Подперев щёку ладонью, рыжий переводил взгляд то на меня, то на эльфа: – Вот даже не знаю, можно ли вас оставить одних, или снова начнёте раньше времени друг друга хоронить. Давайте как-нибудь отпустим ситуацию и будем решать проблемы по мере поступления? Я серьёзно. Вытаскивать то одного, то другого из депрессивного состояния немного неудобно. Как камушек: стучусь то в одни закрытые створки, то в другие. В следующий раз буду взламывать и взрывать, не обращая внимание на протесты и правила хорошего тона.

– Рэйд, ты, случайно, не в декабре родился? – прикусив ноготь на большом пальце, решила полюбопытстовать я. Хоть и не знала точного ответа, но была уверена, что он окажется положительным.

– Да, а что? – не на шутку встревожился Рэйд, ожидая какого-то подвоха.

– Нет, ничего, как-нибудь расскажу, когда дашь ответ на тот вопрос, который я тебе недавно задавала.

Рыжий надулся и пробубнил, что он так не играет.

После еды меня начало клонить в сон, но уходить не хотелось. Поглаживая замшевую шкурку задремавшего на моих коленях Мора, я попросила принести мне кофе.

– Подвижек в деле никаких?

– К сожалению, да. Штаргард рвёт и мечет, Кроденер пытается достучаться до него и прикрыть всех, кого может, в том числе и нас. Большие надежды возлагались на доки, но, как ты и сама знаешь, они не оправдались. Взрыв в доме госпожи Лагерен произошёл из-за неисправности какого-то новомодного прибора «для красоты», хотя твой начальник продолжает упорствовать и искать лучше. И я с ним согласен, что десяток вышедших из строя артефактов неспособны вызвать цепную реакцию всех остальных, которыми были напичканы светильники, нагреватели и даже климатические в оранжерее. Гантер сорвался в какую-то командировку и уже сутки не выходит на связь, что ещё больше раздраконило Штаргарда. В общем, абсолютный ноль по всем направлениям, – резюмировал Габриэль, пододвигая ко мне ещё одну чашку с кофе.

– Не нравится мне ваш Штаргард.

– Просто, как обычно, пытается усидеть на всех стульях одновременно. Ничего особенного, вполне всё обыденно. Он же всегда старается выслужиться перед королём и показать при этом своё могущество, как главы Управления сыска. Дело и смерти министра до сих пор не раскрыто, с твоим вообще всё непонятно, Тори, – устало махнул рукой Рэйд, закидывая виноградину в рот. – Как показывает наш с Габриэлем опыт, чем заморочистее дело, тем скорее хотят получить результат.

– Понятно. Большинство начальников во всех мирах одинаковы, а отдуваться приходится, как всегда, сотрудникам. Габриэль, двери в тренировочный зал починили? Что-то я совсем раскисла, а ведь нужно разбить последние печати на Джоэле. Как раз вместо дюжины неприкаянных, обещанных Кроденером, призраков оказалось втрое больше.

– Тори, ты уверена? Может, всё-таки отдохнёшь?

– Всё в порядке, Габриэль, уже наотдыхалась в унынии. Присмотри только за Мором.

Рэйд жестом показал, чтобы котёнка передали ему и шли куда подальше и желательно на подольше. До самого тренировочного зала мы большей частью молчали, потому что объясниться всё никак не получалось. Вроде Рэйд и так всё за нас сказал, но всё равно каждый из нас чувствовал некоторую неловкость. Зато я настолько разозлилась на саму себя, что разнесла печати с первого раза. Самые чудовищные, как оказалось, и недаром оставленные бабушкой на потом. Читать последнюю волю Ансонии Дигейст было невыносимо тяжело, но выбора мне попросту не дали. Я уже собиралась покинуть зал, как в кармане зашуршало письмо от Кроденера. А прочитав его, времени на жалость к себе не осталось.

«Менталисты не справились. Лорд Хелгар погиб, когда попытался изобразить знак призыва тех самых помощников, что помогали избавиться от полукровок. С учётом всех сведений, добытых лордом Геймовером, эльфийской стороне королём выдвинута нота недоверия. Тебя надлежит передать под опеку Штрагарда в Управлении, после чего Геймовер отправится под домашний арест, а Кадавер, как его пособник, бывший в курсе всех обстоятельств, так же уволен и заключён под стражу. Брайан серьёзно ранен. У вас два часа, с учётом всех бюрократических проволочек, чтобы распорядиться ими с пользой на своё усмотрение. Если мне удастся добиться не отставки, а лишь своего отстранения, то три. Прости, Тори, я сделал всё, что смог. Кроденер».

Чиркнув одну фразу в ответ, до дома я понеслась так, что едва шею себе несколько раз не свернула. Ворвавшись в кабинет, смогла лишь перевалиться через порог и повиснуть на двери: – Габриэль! Мне срочно нужен свежий женский труп.

– Возраст? – Габриэль тут же подскочил ко мне и усадил на диван, даже не спрашивая, для чего понадобилось мёртвое тело.

– Под Далию, но не старше. Плюс-минус. Я потом всё объясню, – сунув ему письмо от Кроденера, опустошила поданный Рэйдом стакан воды и показала жестом, чтобы налил ещё.

– Кто такой Брайан?

– Родной племянник Кроденера. Просто он носит фамилию мужа своей матери – Гантер. Да, он бастард, но сейчас не об этом речь. Суть в том, что переметнуться на тёмную сторону, он точно неспособен. Именно Брайан занимался поисками и проверками артефакторов, в том числе и тех, с которыми работала моя бабушка. И, судя по всему, тоже поплатился за то, что подобрался слишком близко к Ордену.

– Что бы мы ни предприняли, однозначно проиграем, – мрачно произнёс Габриэль, показывая письмо Рэйду.

– Твою ж налево... – выругался Рэйд. – Так, давайте вы пока обсудите все нюансы, набросаете планы, а я тем временем за телом сгоняю. У вас двоих получается хорошо думать, а у меня бегать. Есть как раз кое-какие полезные знакомства. И разговор лучше запишите, чтобы потом время на пересказ не тратить!

– Тори, они нам просто не оставили выбора, – Габриэль щёлкнул пальцами, и один из артефактов на столе едва заметно блеснул.

– О да, выбор без выбора! Моя любимая игра с тех самых пор, как я оказалась в Хеймране. Ты тоже обратил внимание на слово «опека»? Ваш Штаргард может сколько угодно считать Кроденера глупцом, перестраховщиком и лентяем, однако ума моему начальнику не занимать. Всего одним словом показал, где мы с ним оба прокололись, и какая перспектива меня ждёт. Я не особо вникала в нюансы местного этикета или географии, решив последовать некогда данным мне подругой советом: где бы ни оказалась, изучи в первую очередь законы, которые могут касаться тебя и Уголовный кодекс, тогда шансы выжить на воле значительно повысятся.

Мне удалось раскопать уложение, согласно которому все перемещённые с высоким уровнем магии условно считаются недееспособными и им назначают опекуна, обязывая того по истечении года представить отчёт, насколько подопечный управляем и способен владеть своим даром. Фактически до этого моим опекуном считался Кроденер, принявший к себе на службу. Все задания были мной выполнены без лишних нареканий, если не считать сожжённого вместе с гейрами особняка.

Посчитаем это «звоночком» от неуравновешенной магички. Ведь всегда можно всё списать на начальника, который прикрывал свою задницу, скрывая огрехи подчинённой. И без разницы, что там вопрос стоял жизни и смерти. А второй промах, подтвердивший некомпетентность Кроденера и его людей – это история с доками. Ты сам знаешь, Габриэль, какое количество неприкаянных было указано в заявке, а в отчёте я чётко прописала, что призраков было тридцать девять. Что же это за руководитель с такими нерадивыми подчинёнными, которые не способны чётко подать данные? То, что призраков испугали и нагнали позднее, просто спровоцировав аурой грира, выглядит как эмоции психованной барышни. И из всего этого вытекает, что нужен был повод, дабы устранить Кроденера, как сильного противника, а заодно и вас с Рэйдом, меня вывести из места, в которое невозможно проникнуть незаметно. Это ведь Август предложил ваши кандидатуры, а Штаргард согласился, при участии моего начальника вы получили разрешения и копии документов. Думаю, что и лорда Хелгара устранили специально, чтобы ты не рыпался, зная о твоём статусе среди эльфов. По сути, ты же наследный принц, лицо всего эльфийского народа.