Наверное, именно так чувствуют себя дети, у которых отняли любимую игрушку, дав лишь поиграться на время. Понимаю, что уже не в том возрасте, чтобы так реагировать, но было больно. Настолько, что комок к горлу подступил, а на глаза навернулись слёзы. Если до сегодняшней ночи мечта о сфинксе была чем-то эфемерным, то воплотившись всего на несколько часов, дала понять, а главное – почувствовать, что за этим стоит нечто большее.

Наверное, именно сейчас я поняла Дианку, которая однажды мне сказала, что, влюбившись в какую-то одну породу, влюбляешься не столько в экстерьер, сколько в присущие ей черты характера, и больше никогда не захочешь видеть рядом с собой кого-то иного. Помню, как она как-то поделилась, что после гибели первого питомца из-за теплового удара, зареклась когда-либо заводить французского бульдога, чтобы история снова не повторилась. Однако не смогла сдержать данное себе же самой слово... Вот не оказалось для неё ни более подходящего, ни породистого, ни беспородного пса, сочетающего полюбившиеся черты характера. И спустя пару лет забрала Арчи, когда от того отказались прежние хозяева. Пса с поломанной психикой и старыми травмами. И сказала те же фразы, когда увидела объявление о пристрое отказника, что и я сегодня ночью. Моё. Не отдам. Вот только мне пришлось отдать.

Из стены выпрыгнул Арно и вскоре оказался рядом со мной на покрывале. Судя по тому, как быстро показался Брик, простынчатые уже знали, что мне пришлось отдать кошку.

– Пусть остаётся. Но остальных видеть не хочу.

Брик исчез моментально, а я частично развоплотилась, чтобы погладить призрачного пёсика: – Ты хороший и понимающий. Но мне всё равно будет не хватать Лиз... Надеюсь, что её хозяйка любит так же, как Брик тебя...

Арно затарахтел, подсовывая ещё дальше под мою ладонь свою лобастую голову. Ладно, когда всё закончится, попробую найти в Хеймране или где-нибудь за его пределами, где можно будет приобрести кошку-сфинкса. Хоть не одной придётся влачить своё санатеровское сущестование.

Незадолго до ужина явилась Брона, но я отослала и её. У меня не было ни обиды на Габриэля с Рэйдом, ни каких-либо претензий к ним вообще, но пока лучше с ними не видеться, тем более что их снова вызывал к себе Штаргард. Знаю себя: если не в духе, то способна переругаться со всеми подряд, так что наиболее оптимальным вариантом будет временное уединение.

О том, что пора готовиться ко сну, я догадалась, лишь увидев Сантию, Мидду и Талли. Портить отношения с собственными призрачными слугами в мои планы тоже не входило, поэтому восвояси была отправлены и Далия с Лавинией, заглянувшие после того, как предыдущая троица простынчатых покинула спальню быстрее обычного. Завтрак я «якобы проспала», пользуясь тем, что обычно на вторые сутки после выполненного задания так и поступала. Габриэль снова покинул поместье, а Рэйд умудрился вдрызг разругаться с Бриком. Наверное, так даже лучше будет, не стоит мне ни с кем сближаться.

Арно ненадолго отлучился куда-то, но потом вернулся, протащив через приоткрытое окно свежеиспечённую плюшку. Выпечка была восхитительной на вид и, наверное, приятной на вкус, но мне показалась не вкуснее картона. Честно говоря, и есть-то не особо хотелось, просто французик скорчил такую обиженную моську, что не хотелось его обижать. Он же не виноват в том, что у меня такое состояние. Как же хотелось послать весь этот мир с его санатерами, грирами и гейрами к чёртовой матери и просто быть обычным человеком! Многие мечтают стать магически одарёнными, а для меня это стало настоящим проклятием!

Около спальни послышался шум и запахло озоном с лёгкой примесью сырой земли.

– Тори, открой, пожалуйста! Нам очень поговорить с тобой нужно, – одновременно со стуком в дверь раздался голос Рэйда. – Мы просили твоих простынчатых тебе передать, но они отказались.

– Уходи, пожалуйста. Я сейчас действительно не в настроении с кем-либо разговаривать. Если появятся какие-то новости по делу, передайте через Джоэла.

– Тори, открой по-хорошему, иначе я разнесу эту дверь в щепки! Как же вы оба такие правильные и непреклонные мне надоели! – закричал Рэйд. – Габриэль тоже со мной, просто ему пока говорить неудобно, и руки заняты! Вот обсудите все свои заморочки, тогда и уйду!

Некромантская магия ощущалась всё сильнее, и я нехотя сползла с кровати. Повернув ключа в замке, я распахнула дверь и замерла. Вьющиеся вокруг Рэйда фиолетовые смерчи тут же исчезли, а сам он подтолкнул вперёд Габриэля, который пытался осторожно отодрать от своего лица впившееся когтями и гневно шипящее серое тельце.

– Слушай, Тори, розовых кошечек не осталось, только такого смогли добыть, – одновременно извиняясь и складывая в молитвенном жесте, умоляюще произнёс Рэйд. – Посольские вообще заявили, что котёнок не жилец, но Габриэль там что-то по-свойски нашаманил и забрал его в качестве вознаграждения за возвращение Айлис.

Котёнок мяукнул, словно подтверждая, что он живее всех живых, а те, кто его заочно похоронил, станут трупами гораздо быстрее, чем он. Я отодвинула Рэйда в сторону и подошла к Габриэлю, погладив пальцем по сфинкса по спинке. Потом осторожно отцепила тонкие острые коготки от лица эльфа, забирая котёнка себе.

– Спасибо, – шмыгнув носом, я виновато посмотрела на обоих ищеек. – Просто психанула.

– Да ничего, я всё понимаю, Тори. Пусть хоть кто-то останется с тобой... – пробормотал Габриэль, когда бросилась ему на шею, не давая договорить до конца.

Впиваясь когтями в платье, котёнок дополз до плеча, освободив тем самым вторую мою руку, которой я притянула Рэйда.

– Вот и чудно. А то меня на вас двоих точно не хватит, разорвусь пополам, а обратно никто сшить не сможет, – съюморил Рэйд. – Ты как это чудо назовёшь, Тори? Уж извини, что так, без полагающегося обращения.

– Да что уж там... Все свои, – я покосилась на тощее тельце с выступающими рёбрами и виднеющимися позвонками. – Мор! Отличное имя для такого экземпляра.

Котёнок чихнул, а затем недовольно пискнул.

– Ничего, меня моё настоящее имя тоже сильно бесило. Поэтому у тебя тоже есть шанс всё изменить.

– Тори, тебе нужно хоть что-то поесть. Переживания-переживаниями, но от голода станет только хуже, – Габриэль приобнял меня, стараясь держать своё лицо подальше от Мора, хотя царапин не осталось и в помине.

– Да-да, это он обычно на меня ворчит за пропуски еды, а тут мне пришлось плясать вокруг него в столовой, – наябедничал Рэйд, тут же ойкнув, когда его эльф наступил ему на ногу.

– Да вас всех тут откармливать нужно! – грозно поддакнула Брона, высовываясь из стены. – Взрослые люди и нелюди, а ведёте себя как дети! Животине тоже миску поставить надобно!

В конечном счёте накормлены оказались все, котёнка так и вовсе оттаскивать пришлось от тарелки Габриэля, в которой ему почему-то казалось, что всё намного вкуснее, чем в собственной миске.

– Что-то я не пойму: то Мор тебе пытался глаза выцарапать, то всё под руки подлезть норовит не только за едой.

Габриэль вздохнул, словно готовясь признаться в страшном грехе: – Я его искупать решил перед тем, как к тебе отнести. У жены посла несколько таких лысых кошек, которых она повсюду с собой берёт. По приезде в Хеймран одна из них окотилась, но Мор оказался последним в помёте и самым слабым. Здоровых котят раздали на подарки, а его в подвал положили, так как убивать им вроде как по религии запрещено, а лечить до года не принято, дескать, естественный отбор. В общем, Мора отнесли в подвал и попросту забыли. Кухарка тайком свою кошку ему подсовывала да подкармливала. Но ты не переживай, Тори, сейчас котёнок абсолютно здоров и проживёт долгую полноценную жизнь. Его только чуть откормить нужно.

– Жуть какая... Слушай, делегация приехала ведь совсем недавно, а Мору на вид месяца три, как такое возможно?

– Немного с природной магией переборщил, но мне кажется, что так даже лучше вышло.

Очень хотелось поцеловать Габриэля, только присутствие за столом Рэйда остановило.