— Ты понимаешь, что это значит? — Спросил Привалов, и не дожидаясь ответа, продолжил. — Это значит, что если здесь произойдет протечка, нам придется закрывать потерну, чтобы она не затопила шахту. А это значит, что мы будем отрезаны от выхода наружу.

— Может быть не все так страшно? Здесь даже не каплет.

— Это пока. Раз вода нашла в бетоне проход, она на этом не остановится.

В тот момент, когда он произнес эту фразу, с потолка упала капля. За ней другая и тут же следующая. Юрий замер, загипнотизированный капелью, как кролик удавом. Капля за каплей на глазах превратились в тонкий ручеек, звонко падающий на пол.

— Юрий Михалыч? — Испуганно произнес Довбыш. — Что делать?

Вопрос ефрейтора вывел Юрия из ступора.

— Так, Иван, сматываемся! — Юрий торопливо направился к выходу.

Иван наступал ему на пятки. У ворот они резко остановились.

— Иван, ты остаешься здесь. Если вода пойдет, закрываешь их. Понятно?

— Так точно, това…, Юрий Михалыч.

— Хорошо.

— А вы куда?

— Опять клаустрофобия?

— Нет…, да, побаиваюсь.

— Потерпи, я быстро.

Привалов оставил у первых ворот, находящихся непосредственно перед шахтой, Довбыша и поспешил к техникам. Второпях, чуть не сорвался с лестницы, взял себя в руки и осторожно спустился до шестого отсека. Постучал в дверь и сразу окликнул.

— Федор, дело есть. — Позвал Юрий техника.

Он намеренно не стал объяснять причину, чтобы не напугать женщин.

— Что случилось? — Яцук встревожился. Он знал, что командир не станет просто так отвлекать в смену отдыха.

— Вылезай, расскажу.

Через две минуты, после возни в отсеке, из полной темноты показалась голова техника.

— Полезай за мной. — Привалов не стал ждать реакции и бодро застучал ботинками по лестнице.

Довбыш стоял у двери, упершись в нее плечом, на всякий случай.

— Как обстановка? — Спросил у него Привалов.

— Пока сухо. — Ответил ефрейтор.

— Так что, потерна протекла? — Догадался Яцук.

— Ага, не хотел, чтобы бабы услышали. — Объяснил интригу молчания майор. — Пойдем, посмотришь, что там можно сделать.

— А я? — Испуганно спросил Довбыш.

— Жди здесь.

Через несколько десятков шагов ноги зашлепали по воде.

— Твою мать! — Ругнулся Привалов. — Куда добралась!

— На вкус пробовал? — Поинтересовался Яцук.

Не дожидаясь ответа, он нагнулся и набрал воды в ладонь.

— Тоже соленая. — Констатировал он.

— Можешь мне ответить, почему она соленая?

— Потому что в ней много растворенной соли. — Шуткой ответил Яцук.

— Да, смешно.

Послышалось журчание. В свете фонаря блеснула струя воды, стекающая с потолка. Подойдя ближе, Привалов оценил, как за несколько минут увеличился напор воды. Толщина струи была размером в карандаш и била из потолка с приличной силой, как под большим давлением.

— Что тут можно придумать? Как ее заткнуть? — Юрий водил вокруг дыры в потолке лучом света.

— Ты знаешь, я специалист в другой области. Железки скрутить, провода, а тут я не готов сразу тебе назвать готовое решение. Заткнуть надо чем-то. Распорку поставить. Пока я буду думать, надо солдат сюда поставить, чтоб дыру заткнули. Мне кажется, что вода бетон точит.

— Однозначно, точит. У меня на глазах она капала, а потом потекла.

— Так, пойду с Лехой придумаю, из чего распорку сгондобить, а вы, наверное, придумайте, как временно заткнуть дыру.

— Хорошо.

Они оба скорым шагом покинули потерну. Привалов пошел собирать срочников. Нашел их и отправил к Довбышу, ждать указаний. Из подручных материалов сделал подобие тампона. Завернул в несколько пакетов свою майку. Ему подумалось, что сработает.

Срочники были немного напуганы. Довбыш постарался расписать им во всех красках последствия протечки, усиливающейся на глазах.

— Мужики, все будет хорошо! — Привалов постарался выровнять субординационную привычку у бывших солдат.

Первым полез под струю и обеими руками прижал ее самодельной «затычкой». Вода сопротивлялась. Чувствовалось, что у нее есть сила справляться с препятствием. Юрий сильнее уперся нижней частью ладоней, скрестив их. Поток замер.

— Ну, вот, все просто! Будем по очереди держать, пока наши инженеры не придумают нормальную затычку.

— Товарищ майор, откуда вода? — Спросил Чуркин.

— Оттуда. — Привалов показал глазами вверх. — Мы с вашим товарищем Иваном решили, что уставные отношения в сложных условиях отнимают у людей инициативу. Зовите меня просто Юрием, или Юрием Михалычем, кому сложно привыкнуть. Согласны?

Срочники нестройно приняли предложение майора.

— А пока разминайте руки. Затекают быстро над собой держать. Не атланты мы, однозначно.

Только держать было мало, нужно было давить вверх, потому что с той стороны навстречу ощутимо давил водяной столб. Стоило немного ослабить руки, как вода находила лазейку. Через пять минут Юрий почувствовал, как жжение в суставах от напряжения, сменилось онемением.

— Следующему приготовиться! — Скомандовал он.

Николай Чуркин вызвался следующим. Встал рядом с майором и поднял руки.

— Отходите, Юрий Михалыч.

Привалов ослабил одну руку, Чуркин поставил на это место свою. Воде хватило времени, чтобы ударить в сторону тонкой струйкой. Николай прижал сильнее и уперся второй рукой. Вода перестала течь. Юрий встряхнул руками.

— Ааа! Сложное упражнение. Вы определитесь, кто за кем идет, а я пойду проверю, как у нас там по технической части продвигается.

Привалов оставил солдат и пошел узнать, спорятся ли дела у техников. Промедление грозило слишком большими проблемами. Он не успел дойти до конца потерны, когда услышал металлический лязг и ругательства капитана Яцука.

— Вот темень же, а! Теперь шишка будет. Надо было свет подать в потерну, хотя бы минут на десять.

— Ударился? — Спросил Привалов.

— Твою мать! Юрок, ты хотя бы ногами стучал по полу. Почему без фонаря?

— Парням отдал, чтоб светили. Там без света не получится. А вы уже придумали, как дыру заткнуть?

— Кое-что придумали, но допиливать до кондиции будем на месте.

В коридоре снова раздался шум и на этот раз голос старлея Исупова. Ему хватило ума взять с собой фонарь. Его неровный свет забегал по стенам и уперся на неподвижных фигурах Привалова и Яцука.

— Меня ждете? — Спросил Исупов.

— Да. Иди вперед, свети для всех.

Техники выкрутили трубы из впускного коллектора, выбрав два куска с резьбой. Пока срочники сменяли друг друга, инженеры, вымеряли расстояние от пола до потолка, чтобы правильно рассчитать длину труб. Пилили их ножовкой по металлу, которая была в тревожном чемоданчике Исупова.

— Ты давно решил сделать себе такой чемоданчик? — Поинтересовался у него Привалов.

— Давно, но держал я его совсем не для такого случая. Так, держал все в одном месте, чтобы под рукой было. Например, к отцу в деревню сгонять, подправить что-нибудь по хозяйству. Не тащить же на себе все, что может пригодиться. Взял такой чемоданчик, и хорошо. Я не хотел его брать с собой. Подумал, что у нас тут может произойти. В последний момент кинул в машину.

— И, слава богу! Чем бы мы пилили сейчас.

Трубы скрутили до упора сгонной муфтой. Самодельный тампон убрали. Вода тут же ударила тугой струей. Яцук заткнул ее железной пластиной, вырезанной из крышки шкафчика, с резиновой накладкой, на стороне, обращенной к потолку. Под пластину поставили сгон из двух труб и начали понемногу раскручивать муфту. Труба уперлась в пластину.

— Еще. Еще. Еще. — Яцук вращал муфту ключом, считая витки резьбы.

Вода престала течь. Капитан сделал еще один оборот, поднялся, подергал за конструкцию, проверил, как пластина держит воду.

— Ну как? — Спросил он Привалова. — Сойдет?

— По-моему, отлично. — Привалову конструкция показалась надежной. — Надо пройти до самого выхода, проверить, нет ли еще таких очагов.

— Лучше чтобы не было. Таких труб у нас не много.