— Просто невероятно, — присев у склона, провела рукой по растущему ковылю.

— Не думал, что ты так удивишься. Насколько я знаю, твоё озеро — тоже закрытая экосистема. Если не ошибаюсь, там даже нечисть живёт?

— Да. Русалки, тритоны, хухлики, сами тени… и ещё пару существ низших.

— Воооот. Здесь же никого нет. Только ты и я…

Элияр так многозначно произнёс последнюю фразу, что я насторожилась, когда он присел рядом.

А когда потянулся к моему лицу, так и вовсе шарахнулась в сторону.

То, что у меня ничего не вышло — другое вопрос.

— Ты чего? — Выпучив глаза, поставила между нами руку.

Из-за напористого приближения демона она быстро легла поверх его расстёгнутой рубашки.

— Элияр?!

Бусан подмял меня под себя, хватая за бедро и не позволяя откатиться.

— Я против такой медитации! — Выдала последнее требование, не зная, как объяснить поведение пятикурсника. — Отпусти сейчас же!

Демон отрицательно мотнул головой, и его губы расползлись в поистине расслабленной улыбке:

— Нет. Вчера… Та песня… Я узнал твоего возлюбленного, и демона сдерживать больше нет сил.

Я не на шутку испугалась напора наглого наставника и стала активнее сопротивляться.

— И что?! Думаешь, увидел себя в моей песне — и теперь можно позволить при живой невесте… — запнувшись, шлёпнула Бусана по руке, когда она полезла от талии вверх. — Как тут в высших слоях общества домогательства называют?!

— Фривольности? — «Мило» улыбнулся Эль, перетягивая меня к себе на колени, чтобы его руке было совсем удобно творить беспредел.

— Вот-вот! — Пытаясь слезть обратно, добилась только того, что убедилась в наличие самого настоящего возбуждения.

Без того красные щёки запылали ещё сильнее.

Мне понадобилось не меньше десяти секунд, чтобы прийти в себя.

За это время староста боевиков упрочнил свои позиции — так удобно умостил меня в кольце своих рук, что даже сопротивляться не хотелось.

«А надо! Это, действительно, безобразный беспредел!»

— Элияр, отпусти меня, а то я тебе сейчас в глаз дам! У тебя совесть есть? Я хотела лишь получить ответы на свои вопросы, а не стать объектом для домогательств почти женатого мужчины. Если бы знала, что ты будешь себя так вести, никогда бы не согласилась идти на медитацию! Сколько тебе лет!?

— Мы с Банно расторгли помолвку ещё на практике, — выдал Элияр, наклонившись к моей шее.

Бусан тяжело дышал. Можно было подумать, что ему физически больно.

— Что?! Но… — от признания боевика я окончательно потеряла способность к сопротивлению.

— Объявлять о разрыве отец запретил. После трёх нападений на меня он решил, что так будет безопаснее, хотя я полностью с этим не согласен. Хотел сказать тебе сразу…

— Каким образом? Шарахаясь от меня, как от прокажённой? — Стукнув парня в плечо, сглотнула, когда мой кулачок был перехвачен и… поцелован.

Сердце забилось в груди так громко, что я смутилась под обожающим взглядом Бусана ещё сильнее.

Сидеть с ним на пике скалы и видеть, как он раскрывает передо мной свои душу и мысли — невероятное приключение.

— Я боялся, что ты меня отвергнешь… — Элияр затаил дыхание, следя за моей мимикой. — Ведь это я притащил тебя в этот мир, да и отношения между нами всё это время сложно было назвать дружескими. Ты мне с первого взгляда нравилась… а потом я познал твой противный характер, упорность, независимость…

— И испугался?

— И был покорён ещё сильнее! — От заявления Бусана у меня дух перехватило. — Я никак не ожидал, что демон в нашем с ним симбиозе одержит верх и категорически обозначит тебя своей парой. Это смертельно! Делать выбор в отношении сирены, которая к тебе холодна… Ипостась до сих пор в бешенстве, что я посмел ему отказать и не забрать тебя себе, как это принято у демонов… Ему не понять, что ты — сирена, и что именно ты выбираешь себе пару. Ещё эти твои поклонники…

— Какие ещё поклонники? — Я еле пришла в себя, сбитая с толку тем признанием, что Элияр на меня вывалил.

— Те, которых ты даже не замечаешь. На одном твоём потоке я насчитал пятерых.

— Что?! Я…

— Леся, я поступил неправильно, в тот день, когда попытался надеть на тебя наручи, но ты должна знать, что я всегда относился к тебе со всей серьёзностью. Признаться честно, я рад, что Адриэль помешал мне окончательно испортить о себе впечатление. И дело даже не только в том, что ты — сирена, хотя это тоже немало важно.

Эль замолчал. Его сердцебиение, вопреки внешнему спокойствию, наращивало темп работы.

Когда тахикардия стала уже совсем явной, Элияр прошептал:

— Скажи… не мучь меня… Ты… в твоей песне был я?

Волнение в глазах парня стало контрольным выстрелом в голову.

Я смотрела в зелёные глаза Бусана и была полностью покорена его прямотой и искренностью.

— Да… — выдохнула раньше, чем приняла решение о взаимной откровенности. — Ещё сама не поняла, почему, поэтому не спрашивай, но… да. В той голограмме был ты.

Никаких признаний в любви или симпатии не сказала, а такое ощущение, что произвела эффект взрывающегося салюта.

Элияр не пытался меня тискать, не лез с поцелуями… лишь смотрел, как… как на супер-чудо. Как на звезду, упавшую ему на ладонь.

Смотрел и не мог наглядеться.

— Перестань, — смутилась окончательно, подавшись вперёд и положив голову парню на плечо, лишь бы укрыться от его глаз.

— Спой мне… пожалуйста, — попросил демон с придыханием, глядя на горизонт, где ненастоящее светило стояло в самом зените.

Отказать даже мысли не появилось.

Выбор мне был неподвластен.

Каждый раз, когда меня просят спеть, магия пробуждается вопреки желанию.

Я, как сломанный проигрыватель, выдаю то, что система выбивает в случайном порядке, ориентируясь на мои знания. А меломаном я была весьма выборочным.

Когда песня появилась одной лишь мыслью, уже удивилась её выбору… и на всякий случай предупредила Эля:

— Это просто песня — никаких намёков. Я ещё не готова к признаниям.

Бусан кивнул, едва сдерживая улыбку. Демону будто бы и не нужны никакие слова — он уже видит меня насквозь.

Выбравшись из горячих рук парня, поднялась на ноги.

Волнение играло со мной дурную шутку. Я боялась представить, что под песню современных певиц может выдать магия сирены. «Ноченька» вон чуть сцены «18+» не показала инновационным диафильмом!

«Лишь бы никакой пошлости на этот раз… Сдаётся мне, хухлик сейчас меня не прервёт».

Музыка уже рвалась из груди, вызывая изжогу.

Я сдалась, принимая правила странного дара.

Едва зазвучала мелодия, прикрыла глаза, чтобы не видеть Элияра и запела:

Открыв глаза, убедилась, что моя ипостась пробудилась.

Голубые пряди эффектно развевались, принимая поддержку сердца академии имени Гора.

Пространство заискрило впереди.

Я видела себя и Элияра, но… это были какие-то не настоящие мы. Будто из другой жизни.

Эта пара держалась за руки, а из них расходились потоками…

Я не могла остановиться, чтобы спросить у Эля. Только испуганно смотрела на него, продолжая петь вопреки желанию.