«Да… на самом деле это тяжело. Можно понять и не влюбляясь. Мотив — это страшная вещь, способная оправдать любой поступок, тем более, когда он совершён ради спасения жизни другого… Однако, если я и смогу когда-нибудь подпустить к себе этого человека, то только в тайне от других, потому что дворцовые интриги — это совсем не моё!»

— Об одном прошу, — продолжил Кристол, — Тати — очень хорошая девочка. Подружитесь. Я вижу, что моя…

— Папа, — ласково улыбнулась Татиана, гладя хрупкими пальчиками мощное плечо своего отца. — Всё в порядке. Мы с Лесей и так дружим. Ничего не изменится после сегодняшней сенсации. Ты просто отведи любопытные носы своих придворных от персоны нашей царевны… — девушка хихикнула, окончательно разряжая обстановку, которая меняла свой характер с удивительной скоростью. — Не ровен час, сестричка их сломает.

Папа Миша громко разразился хохотом. К нему присоединился Зизран, поднимаясь из-за стола ректора.

Король Тартис натянуто улыбнулся, пытаясь отогнать от себя горечь.

— Я сделаю всё, что в моих руках… и… Олеся, береги себя.

«Это невозможно! Он такой несчастный!!!» — Не знаю, что это! Дурацкий славянский менталитет или просто женская дурость, но я сдалась.

Приблизившись к мужчине, просто обняла его, даря то тепло, которого он так жаждал. Было сложно, но и не так, будто я на горло себе наступила. Нет. Никакой зажатости. Никакой ненависти.

«… а всё благодаря ему! Мужчине, окутавшему меня с ног до головы своей любовью!»

Посматривая из-за королевского плеча на улыбающегося Михаила Царёва, подмигнула папусику и прошептала одними губами: «Ты у меня самый лучший! Я люблю тебя!»

Папа подмигнул в ответ.

— Спасибо, — тем временем оттаял правитель Оралима. я отстранилась первой. — Если тебе будет что-то нужно — только скажи!

Мне оставалось только кивнуть. Порыв быстро прошёл, и я надеялась, что отношения между мной и Кристолом Тартисом никогда не придётся разбирать на молекулы снова, погружаясь в прошлое, которое лучше забыть, ибо изменить его не по силам никому — даже времени.

Моё существование в академии мы разобрали достаточно быстро. До самого выпуска всё и так предельно ясно — учись и не хлопай ушами, а дальше заглядывать я мужчинам категорически запретила. Смысл!? Пять лет — это слишком долго, чтобы планы триста раз поменялись. Да что там говорить?! Я за пять минут могу перевернуть всё с ног на голову — чего мои обнимашки с правителем Оралима стоят! Я ведь совершенно не собиралась отпускать свою обиду, а стоило мужчине признаться, что мамина жизнь была в руках злого короля, ненавидящего полукровок… тут хочешь-не хочешь, а поставишь себя на место молодого парня между «надо» и «люблю-не могу-умру».

Когда мы с Тати были отпущены, у меня никаких сил не было. Будто выкачали. Столько эмоций выпустила из себя… Невероятно!

— Где ты была!? — Вырос на пути Эль, мрачный, как тысяча демонов. — У нас медитация. Забыла?

Тати открыла рот, но я взяла её за руку, призывая молчать.

Меня терзала одна мысль:

«Новость о том, что я — сирена, скоро разлетится по всей академии. Что будет, когда Элияр узнает, что я — сирена?»

— Время покажет! — Фыркнул молчащий всё это время Корвин, жадными глазами зыркая на выбранный им элемент страсти.

Вздохнув, улыбнулась, снисходительно покачав головой.

— Действительно. Медитацию пропускать нельзя. Тати, скажи девочкам, чтобы торт без меня весь не смели.

Принцесса, кивнув, быстро удалилась.

— Куда идём? — После минутной тишины поинтересовалась у замороженного брюнета.

— Ко мне в комнату. Я, кстати, тебе подарок приготовил…

«Забавно…»

Сфера в руках зажглась по инерции, стоило Крейгу ворваться в мой кабинет без стука.

— Ваша Светлость!!! У меня для вас неприятные новости.

— Дитя, — обратился к помощнику с холодной усмешкой, — от смерти тебя сейчас спасло просто чудо.

— Сирена, господин… — Всего одно слово, и вся моя сущность напряглась. — Она вернулась!

— Тианна?! Она не могла выжить. Моя дочь поставила на девку печать смерти…

— Нет, господин. Одна из наследниц титанов, возвращённых поисковым отрядом оралимцев, дочь Тианны Толксинои. Я… почему ваша дочь не сказала, что сирена была беременна?!

Поморщившись, раздражённо передёрнул плечами.

— Какая разница? Разве это было важно? Сейчас нам нужно думать о другом…

«Этот Тартис… И ведь я знал, что кардинальная смена политики засранца ни к чему хорошему не приведёт! Потерянный феникс — единственное, что меня смогло остановить и проголосовать на совете титанов в пользу новой политики Кристола. Надо было закрыть богадельню слишком правильного молодого правителя ещё на этапе задумки… вопреки жадности. Драконы прекрасно справляются без феникса. Царос смог бы обойтись и без ещё одного носителя древней крови! Дурак! И что теперь делать с девицей?» — Вдох-выдох, и я смог взять себя в руки.

— Где она?

— В Академии. Поисковые отряды всех носителей древней крови переносят в Академию магов. Там их сразу принимает на обучение Оралим. Если бы способности магов были доступны демонам, те давно попытались бы вернуть достояние Херонской империи…

Криво улыбнувшись бледному помощнику, вытянул из кипы чистых пергаментов длинный свиток.

«Надо предупредить Цису… и верного друга из штата магистров Оралимской Академии. Пусть присмотрит за девкой!»

— Крейг, готовь ритуал изъятия. Давно надо было это сделать. Жаль, с Тианной не успели…

«… ледяная сирена неожиданно растопила своё сердце на своей территории. Просто замечательно, что эта девица сейчас в среднем мире. Так близко к своей мечте я ещё никогда не был… Если к девке подобраться с правильной стороны, можно завладеть источником душ единолично…»

Во мне всё возликовало, тем не менее, я уточнил:

— Она молода?

— Да. Только-только миновало восемнадцатилетие. Собственно только благодаря ему наш осведомитель смог увидеть преображение девушки лично.

— Значит, — потянувшись к календарю, провёл указательным пальцем по линии цикла кровавого светила, — до полного вхождения в силу молодой сирены у нас почти полгода.

«Ни одна сирена ещё не влюблялась раньше первого ритуального пробуждения светочи. Времени даже больше, чем одно полугодие! Просто прекрасно, однако, я предпочитаю подстраховаться».

— Вызови Риза. Девочку нужно держать под колпаком, всё-таки проживание в другом мире могло повлиять на организацию циркулируемых потоков светочи. Если она влюбится не в того, кого выберем ей мы… — у меня даже дыхание перехватило, когда строчки древнего пророчества замаячили перед глазами. — Не будем отходить от традиции.

«Достаточно того, что упустили Тианну. Пришлось дочери всё исправлять… и ведь едва успела! Великий почти воплотился в избранном сирены. Если бы не печать измены, служить мне и половине Ордена Кристолу Тартису… Нельзя подобного допустить в будущем!»

— Ритуал изъятия, Крейг!!! — Ударив по столешнице кулаком, проводил взглядом парня, бегом выскочившего из страха, порождённого мной.

Я продолжил сокрушаться.

«А всё Херонский источник душ. Если бы не его привязка к сиренам, все давно бы и думать забыли об этих необычных отпрысках демиургов. Ну, ничего. Контроль снова в моих руках. Сирены всегда были покладисты… уверен, эта тоже не станет исключением, несмотря на то, что родилась и выросла вдали от родных пенатов».

Задумчиво переплетя пальцы, положил на них своё подбородок и прикрыл глаза.

«Интересно, какая она — дочь робкой Тии, отравленной ревностью и предательством возлюбленного?» — Усмехнувшись, продолжил переписывать фолиант титана огня, как ни в чём не бывало.

Только фыркнул себе под нос:

— Девчонка… что она может противопоставить целому ордену титанов? Мы не хотим надзирателя. Мы не позволим Ему воскреснуть. Пусть дух Древнего продолжает спать, ибо ни одной сирене не удастся испытать чистую ответную любовь, способную дать Ему свободу…