— Хорошо, мы подумаем над этим, — говорит мама.

— Вот контакты человека, который занимается почти всеми нашими вопросами на Земле, — даю телефон Илоны.

Другой неожиданной проблемой стало наступление пауков в нашей соте Гильдии.

Поднимаюсь наверх, раба Тореза на лестнице, естественно, нет. «Пятачок» — блошиный рынок наполовину опустел, хорошо — тёмный эльф Дарнок здесь:

— Что происходит? — спрашиваю у него.

— После пропажи Тореза пауки из соседней соты начали заползать сюда, атакуя игроков, многие опасаются выходить из клан-залов. Побудь здесь, я сейчас принесу тебе оставшееся по соглашению за координаты планеты.

— Кстати, как там? Никто не нагрянул?

— Пока нет, но охотничьи группы различных существ частенько подлавливаем через принятие миссий на защиту родной локации, несколько членов нашего клана временно сменили прописку.

Он за тройку походов приносит все оговорённые Священные очки, полный расчёт с его стороны. Достигаю двадцать девятого игрового уровня. Прикидываю, что получив долг с Ранаумира и Негара, доберусь до тридцать пятого уровня. Кланы из ячейки Тореза оказались более дисциплинированными, рассчитались ещё до смерти «оригинала».

— А что думаете делать с пауками? — интересуюсь у эльфа.

— Думаем, но с ограничениями Гильдии довольно тяжело справляться с ними…

— Ясно, — зато у меня проглядывает неплохой вариант.

К его исполнению приступили, как только собрались все не ушедшие на перерождение гвардейцы. Вылетаем стаей человеко… то есть, гуманоидо-птиц, держась повыше, чтобы нас не сразу заметили. Влетаем в зону, где располагаются кланы насекомых.

Движемся в сильно разреженном порядке, визуально, но с истинным зрением, осматривая улицы внизу, благо спрятаться можно разве в магазинах и под деревьями в парках. Завидя паука, обычно в сопровождении свиты из слаборазвитых юнитов — его детишек? — открываем огонь из автоматов, либо приземляемся на крыши строений и используем пулемёты. Просадив защиту паука-игрока, сокрушением из Лома отправляю его во врата сумки Правителя.

С юнитами-«мелочью» около метра-полутора высотой, разбираемся прямо на месте. Быстрый сбор трупов и сматываемся — через двадцать минут, когда Система убирает все посторонние предметы, ничего не указывает о произошедшем недавно нападении.

Тактика оказалась очень прибыльной, но недолго действующей — самых глупых и жадных игроков-пауков вырезали, остальные стали более осторожными, передвигаются по несколько особей, быстро не подавить, могут разбежаться. Появятся дружинники после перерождения — попробуем своей большой толпой. К тому же, у меня остался запас нервнопаралитического газа: не выдаст Эльфирон второе Сердце Младшего Титана для моей жены — хрен ему, а не продолжение сотрудничества, используем газ здесь.

— Устал? — спрашивает любимая, усаживаясь «на ручки» лицом ко мне.

Мы сейчас на Бали, возле бассейна перед главным коттеджем, Саша попросила выходной наедине, не стал отказывать моей родной и единственной.

— Просто немного заколебался, — отвечаю со вздохом.

В принципе, руководящие кадры подобраны, задачи нарезаны, но брать на себя всю ответственность они не желают. Поэтому планёрки, совещания, утверждения, согласования, составление графика очерёдности поставки…

Потихоньку, со скрипом, проблемами, недоделками и временными решениями, грозящими стать постоянными; а также нехваткой квалифицированных кадров, но процесс индустриализации на Руси начал своё движение. Строятся цементный завод и малый комплекс переработки нефти, которую довольно быстро обнаружили — она, словно на старых Бакинских промыслах, аж сочилась из земли, и её выходами пользовались гоблины.

Кстати, работниками гоблины оказались пока немного туповатыми, и не знающими системного и русского. Но если научить что-то делать, мотивировать, а главное, не забывать присматривать и сразу наказывать за неправильно сделанное — ничем не хуже многих людей, работающих в современной России. Даже с языком у них почти такая же ситуация)

Культ Лешего тоже приступил к завоеванию умов и сердец, пока по большей части среди гоблинов, которые знают, что боги точно есть. Леший и Леший, очередной, поклонимся и ему, от нас не убудет, хотя бы по хребтине не прилетит.

В общем, в этом направлении работать и работать, пока есть два «жреца»-хобгоблина и три десятка храмовых служек из гоблинов, которым дано задание всё почистить, вымыть, надраить, облагородить растительностью — благо вода с помощью насосов на вершину холма поступает в потребном количестве.

Теперь надо думать — как не отпугнуть людей видом кровавых жертвоприношений, что нужны для подпитки Сердца Сектора? Сделать центральный храм с жертвенником каким-нибудь Храмом памяти усопших или прощания с жизнью? Надо подумать над названием и функционалом. Ограничить вход, а ближе к спуску вниз или даже вообще внизу, в самом городе поставить отдельный храм, где всё будет чинно — благородно. Совместить с Церковью Любви и проводить в нём церемонии бракосочетания. В очередной раз: любое вероучение — это обман.

— А ты правда меня любишь? — жена задаёт несколько неожиданный следующий вопрос.

— Конечно, моя северная птичка, — обнимаю её. — Я стал редко говорить тебе об этом? Прости, постараюсь чаще.

— И это тоже… Просто… у меня для тебя есть новость.

— Ка… — начинаю я, и тут меня пронзает догадка, с чего вдруг она стала такая застенчиво-стеснительная? Ну и второй поток сознания подсказку дал. — Ты беременна?!?

— Да… Ты не злишься? Не знаю, как это произошло, контроль фертильности не отключала, — затараторила она, не давая сказать и слова. — Возможно, это когда преодолевали барьер в плоти — ты ещё передал мне свою прану, а потом мы занимались любовью… и вот…

— Тебе не в чем оправдываться, скворчонок! Неужели ты думаешь, что я скажу, что наш ребёнок мне не нужен?

Она уткнулась в мою шею и начала всхлипывать.

— Сашенька, Сашуля, не надо плакать, — глажу её по голове. — Ты стала чересчур нервной в последнее время, а ребёнку лишние волнения не нужны.

— Хоро-шо-оо-о! — она всё-таки всплакнула от избытка чувств. Вот так я стал папой…

Первая партия гвардейцев вернулась с перерождения из домена Одина в полном составе. Несмотря ни на какое развитие, полностью отметать шанс неудачи и смерти даже при пригляде бога нельзя.

Собираемся на нашей подмосковной базе, отметить это дело. Сейчас тут далеко не так многолюдно, как было во «времена до Сектора», когда проживали славяне, но и в одиночестве мы не были. Илона, а точнее «сарафанное радио», заработало в полную силу: на базе собралась очередная партия в двадцать шесть инвалидов, что пожелали излечиться и начать новую жизнь.

Большинство — солдаты-сверхсрочники и бойцы различных спецподразделений, которым не повезло на контракте в какой-нибудь горячей точке, наши будущие «герои». Всё же мы не благотворительная организация, и им сразу даётся понимание, на что подписываются. Тут навстречу также пошла Ассоциация ветеранов спецподразделений России, с представителем которой как-то «работали» — дают информацию о нас своим членам, что не излечатся никаким другим способом.

Многие из них с семьями, но есть и те, кого бросили, не пожелав всю оставшуюся жизнь ухаживать за инвалидом — этим лечить и душевную травму. Похоже, штат «медиков» всех профилей необходимо будет снова расширять.

Однако расслабиться не вышло:

— Один туманно намекнул, что завтра могут быть проблемы, — докладывает Смольников.

— Почему именно завтра? — недоумеваю я.

— Годовщина прихода Системы на Землю. По ТВ и в инете только и трубят об этом, — просвещает Илона, приехавшая к своему «возлюбленному», Рэму.

— Уже год⁈ Нихера себе! — мне не до СМИ, поэтому данную новость пропустил. К тому же я был в седьмой волне, и моё «приключение» началось второго октября.