— Да не бойся ты, это хорошие ребята. Говорят, что из другого мира, интересуются, как у нас все устроено. Давай, блесни профессиональной эрудицией.

— Я не понимаю, что это значит. — Большие синие глаза девушки наполнились влагой. — Какой другой мир?

— Мы с Земли. — Гордо произнес Вениамин. — Меня зовут Алекс.

— Петр. — Коллега Вени не стал менять себе имя.

— Жорж.

— А меня зовут Эрла. — Представилась девушка. — Но мне все равно кажется, что это какой-то розыгрыш. У вас нет отметины обращения, а это тяжелое преступление.

— Эрла, я тебе сказал, они не наши. Я был там…, у меня до сих пор колени дрожат. Покажите ей. — Попросил он нас.

— Не, такую красивую девушку пугать не будем, думаю, что ее журналистское призвание достаточно пластично, чтобы поверить в существование других миров.

— Так, та девушка в костюме кошки, она что…, не в костюме? А змея? — Глаза Эрлы стали больше в два раза.

— Вот, смотрите, начинает понимать без всякой наглядной демонстрации. — Обрадовался Веня. — Конечно, это не костюмы, просто люди так выглядят.

— Эрла, мы жадные до интересных историй, про другие миры. Расскажи нам, что такое «обращение».

— Обращение? Ну, это посвящение человека в профессию, происходящее путем передачи генетического кода через кровь. Очень торжественный момент, сравнимый с рождением нового человека.

— Подожди, не понял. — Меня начали терзать смутные сомнения. — Так тот мужик, журналист года, он что кусал этих подростков, чтобы передать им свои профессиональные навыки?

— Верно. А разве можно как-то иначе это сделать? Или вы все-таки те, за кого мы вас приняли?

— Я не знаю за кого вы нас приняли, но только такой способ выбора профессии я встречаю впервые. Это что, профессиональный вампиризм? Укушенный журналистом сам становится журналистом? А вас, какая собака укусила? — Обратился к охраннику.

— Не собака. Меня обратил очень героический человек, полицейский, который погиб недавно, при поимке банды необращенных.

— Прости. Это была поговорка. Значит, вам не нужны вузы, колледжи и прочее, чтобы сделать свой профессиональный выбор?

— Не понимаю, о чем вы говорите? — Девушка посмотрела на меня открытыми удивленными глазами.

— У нас на профессию учат пять лет, но никто не кусает.

— А мы и не пробовали, а может быть сработало бы. — Решительно произнес Веня. — Я бы дал себя укусить олигарху или президенту, или актеру взрослого жанра.

— А тебя походу уже укусил какой-то женский угодник. — Буркнул Петр.

— А что, сменить профессию реально? — Поинтересовался я.

— Вряд ли кому это захочется. После обращения ты начинаешь жить ею. Она питает тебя, заставляет творить. — С огоньком в глазах поделилась Эрла.

Веня внимал ей с открытым ртом.

— А ты не хотела бы посмотреть другие миры. Для журналиста это могло быть очень познавательным. — Мне пришла прекрасная идея, как отвадить Веню от Ляли и похоже это сработало.

— Было бы здорово! — Тут же согласился Веня. — У нас такая прекрасная команда, дружная, веселая. А уж где только мы не бываем.

Петр отвернулся, чтобы не слышать поток словесной патоки, которым упивался любвеобильный коллега. Одна и та же ситуация для него и Вени выглядела диаметрально противоположно. На девушку приглашение Вени так же произвело обратный эффект, она поспешила распрощаться с нами.

— Спасибо за предложение. Как-нибудь в другой раз. У меня столько дел запланировано, ух. Я могу идти? — Поинтересовалась девушка у нашего охранника.

— Подожди снаружи. Тебе надо будет подписать бумаги о неразглашении.

— Конечно, разумеется. — Девушка выскочила из машины.

— Эрла. — Мечтательно произнес вслед ей Веня. — Я вернусь за тобой.

— Можно вопрос? — Я поднял вверх руку, как прилежный ученик. — А если меня укусит собака, я стану оборотнем?

— Нет. Тебе сделают прививку от бешенства.

— А если меня укусит человек против моей воли?

— Хм, печально, особенно если это случится до официального обращения. Считай, что ты на всю жизнь становишься подневольным рабочим, который умеет только то, что не любит делать. В том и смысл обращения, что ты идешь на это осознанно, поэтому и результат тебе нравится. Принуждение через насилие не даст ничего хорошего.

— Прямо, как лишение девственности на любимой женщине или через принуждение. — Веня сопоставил примеры.

— Конечно, других ассоциаций у тебя не могло возникнуть. — Усмехнулся Петр.

— И последний вопрос — вы отражаетесь в зеркалах?

Охранник крякнул.

— Почему спросил?

— Просто, у нас считается, что вампиры не отражаются в зеркале. Вы же профессиональные вампиры?

— Я не понимаю о чем ты. Каждое утро я вижу свою заспанную рожу в зеркале и иногда думаю, что было бы лучше, если бы она не отражалась.

Снаружи раздался шум подъезжающей машины. Стукнули дверцы, после чего послышался знакомый голос Антоша.

— Не надо меня нести, я и сам прекрасно справлюсь.

Мы, все трое выскочили наружу. Ляля, Антош и недовольный Борис уже стояли у автомобиля. Увидев нас, они просветлели лицами. От ничего не подозревающей толпы нас отделяла стена из крепких фигур, укушенных достойным профессионалом своего дела. Парочка «крепышей» из машины, в которой ехали наши друзья, внимательно следили за руками Ляли, из чего я сделал вывод, что она продемонстрировала им свои приемчики.

— Мы сохраним и засекретим отчет о вашем пребывании у нас. — Пообещал один из служителей власти. — Хотелось бы узнать больше о цели вашего пребывания, о том, откуда вы, но мы не смеем вас задерживать. Сверху поступил приказ содействовать вам.

— Замечательно. У вас мудрое руководство. Сразу чувствуется профессионализм у вас в крови. — Я коротко хохотнул, но меня никто не поддержал. — Если вы хотите знать, кто мы и как живем, дайте свободу фантазии, откройте себя миру и кому-нибудь да и повезет выскочить за границы привычного.

— Непременно воспользуемся вашим советом.

По виду, мой совет смутил должностное лицо, привыкшее читать понятные инструкции.

— По машинам! — Крикнул я и, схватив Лялю за руку, направился к родной «Скорой помощи».

— Вениамин, какая муха тебя укусила? — Спросил у напарника Борис.

Веня не отреагировал.

— Что с ним? — Ляля тихо спросила меня на ухо, глядя на блаженную улыбку уже второй час не сходящую с лица молодого врача.

— Эрла. — Ответил я так же тихо. — Журналистка — вампир. Ничего такая, запоминающаяся. У Вени, наверное, это самая длинная влюбленность.

— Серьезно?

— Да. Я его понимаю, при всей нашей обезьяньей красоте эта девушка прямо таки королева обезьян. Кстати, надо будет показать тебе фильм про женщину-кошку. Думаю, ты оценишь.

— Жорж, я давно хочу задать тебе вопрос…

По тому, как кошка повела себя, я решил, что вопрос на самом деле серьезный. Ляля несколько раз лизнула себе мокрый нос, что делала только в моменты крайнего волнения.

— Жорж, а ты вообще планируешь создавать семью с нормальной женщиной твоего вида?

Неожиданный вопрос поставил меня в тупик. После того, как мы превратились в трио, мысль о семье ни разу не приходила мне на ум. Нужна ли мне женщина, от которой у меня будут дети? Что с ними делать? Таскать по мирам, как цыгане, в обозе. Или приучить их, что отец и муж всегда в отъезде, что его надо ждать, что он вернется уставший, пропахший мирами, с гостинцами и кучей историй. Нет, этого я не хотел точно. Мне было идеально хорошо в нашем триумвирате.

— Не планирую. Что-то подсказывает мне, что семейные радости это не мое. Кажется, я стал бродягой.

Ляля как-будто облегченно ухмыльнулась. Стукнула меня по коленке и подтянув под себя ноги, молча уставилась в окно, глядя на мелькающий за ним пейзаж очередного мира. Кажется, мой ответ ее устроил. Значит, бродяжничать будем вместе.

— Я тоже не собираюсь создавать семью, если это кому-нибудь интересно. — Напомнил о себе будто бы дремлющий Антош.