— И то верно.

— Да и амулет сирены Михаэль не смог бы тебе подарить, если бы Тиа была жива… прости…

Неожиданно накатила грусть. Я не знала материнской любви, в принципе, но то знание, что эта любовь отсутствовала по причине смерти настоящей матери, вносило свои коррективы. Теперь представления и фантазии наполняли моё сердце жалостью и печалью, и стало невообразимо тоскливо.

— Что ж… — теперь уже Вада погладила меня по спине, притягивая к своему плечу.

Первые капельки побежали по щекам.

«Нельзя! Нельзя себя жалеть!»

— Раз уж сама судьба вернула тебя обратно, несмотря на желание твоей матери уйти и оставить свой народ, будем бороться за своё собственное удобство. Прочь слёзы. Постарайся пять дней не отсвечивать… я пока для тебя подготовлю договор. Ректор мне должен. Навру ему, что контракт с Академией имени Гора мне нужен для какой-нибудь другой девушки. В конце концов, блат не чужд ни одному миру!

— Спасибо.

— Ты сама-то понимаешь, что обучение длится только пять лет?

— К чему спрашиваете?

— Кажется, мы договорились перейти на «ты».

— И всё-таки?

— Император Зизран будет ждать твоего выпуска с маниакальным нетерпением. Держись от демонов подальше…

— А они здесь есть?

— Есть, но я указать на них не имею права. На мне клятва. Как подданная Нижнего мира, я не могу изобличать своих земляков в Оралиме. Стандартный УК Херона. Пусть сейчас политика Оралимского государства изменилась по отношению к полукровкам, но наши законы в разрезе характера этого пункта остались неизменны.

— Потрясающе, — буркнула недовольно.

— Ага. Так я это о чём — не вздумай забеременеть без брачного тату и раньше выпуска, иначе контракт с академией по природе своей будет расторгнут. Тут декреты никто не выписывает.

Мне как-то не по себе стало.

— Не собираюсь я беременеть. Это вообще в мои планы на ближайшие десять лет не входит. Как и брак.

— Ты маханула с десятью-то годами… Самое главное — влюбиться самой… и в течение пяти лет. Венчание в любом храме и никто к тебе не будет приставать со списком кандидатов в мужья. Там уж никто не сможет тобой помыкать.

«Не было печали!»

— Почему? Аааа… поэтому маме не смогли запретить уехать и быть приживалкой наследного принца? Из-за того, что она влюбилась?

— Выбор пары у сирен — процесс весьма долгий и сложный, но не оставляющий вариантов, раз уж это случилось! Некоторые считают, что носительницы крови Толксинои — девушки с ледяным сердцем, но это не так. Всё дело в проклятье первой сирены. Сложно ответить на этот вопрос, но думаю, что суть в этих наблюдениях есть. Ладно… я тебя, по-моему, нашпиговала информацией. Даже сама в некоторых моментах сомневаться начала.

— Хорошо, что у меня этих сомнений нет, — мрачно подвела черту, поднимаясь с широкого стула, на котором сидела вместе с Вадой. — Не знаю, что там себе надумает ваш правитель Херона, но плясать под его дудку я не собираюсь именно потому, что ты сказала. Если сирены обязаны влюбиться для того, чтобы иметь детей, то вообще не вижу проблемы! Буду познавать этот мир в своё удовольствие. А прессинг… на каждое повеление самодура есть жёсткое — «Иди на х**!»

Троллиха сначала выпучила глаза, а потом разразилась диким хохотом.

— Ты совсем не похожа на Тианну. Мне уже жалко Маро. Да и логика в твоём заявлении есть.

«Партизанить — это тебе не за зайцами с лопатой бегать!»

— Ты совсем не похожа на Тианну… если только внешне, и то с натяжкой из-за странных волос и голубых глаз. У подруги они сияли синим… Тиа была робкой, милой девушкой… Она даже собиралась после учёбы принять предложение правителя демонов и поучаствовать в отборе женихов. Всё — ради родного Херона… А ты… ты воспитана совсем в другом менталитете. Мне уже жалко Маро.

Слева звякнул колокольчик, и хлопнула дверь.

Хуг резко замолчала.

— Кто там?

Из-за стеллажей появился Джага, блондинистый друг Элияра. Собственно за Джагой застыл сам Бусан.

— Мы ищем иномирянку… уже нашли, — криво усмехнувшись, Бетт перекинул свои седые длинные волосы через плечо. — Царёва, вас ректор вызывает.

«А вдруг вечно мрачный Бетт и есть один из демонов?! Бусан — вряд ли… его дядя не был бы ректором, если бы кто-то из родни, вопреки законам короля, оформлял залёты от демона…»

— Зачем? — Подозрительно прищурилась Вада, пока сомнения и домыслы раздирали меня на части.

— Возникли вопросы о происхождении иномирянки, — нехотя выдавил Элияр, чем-то недовольный. — Хухлики не могут становиться фамильярами кого ни попадя.

«Это он меня "кем ни попадя" сейчас обозвал!?»

— Какие хухлики!? О чём вы!?!

«Оу! А про Корвина я-то рассказать своей названной тётушке не успела!»

Отрицать существование фамильяра уже не имело смысла, поэтому я ляпнула первое, что пришло в голову:

— Мне надо переодеться. Вада, поможешь? — Повернувшись к Хуг, выразительно выпучила глаза.

— Ооо… Да? — Ваде понадобилась секунда, чтобы быстро сообразить. — Конечно, дорогая. Ты будто в лесу извазюкалась — такая замазура… На глаза ректору появляться в таком виде просто неприлично!

Парни переглянулись.

Бусан хмыкнул.

— Поторопись. На улице тебя подождём.

Едва мы вошли в "квартирку" троллихи, она тихо зашипела:

— И когда ты успела подцепить хухлика!? Невероятно! Теперь всё станет известно!

— Ой, да ладно, — беспечно махнув рукой, быстро сняла блузку, морщась предложенному платью. — Пока за руку не поймают, можно всё отрицать. Корвин, насколько я поняла, сам по себе кот — любит невидимым бродить. А его вредные бурчания слышу только я! Попрошу хухлика не вертеться рядом со мной — все дела.

— Если всё так гладко и прекрасно, с чего тогда Элияр взял, что хухлик — твой? Где он вообще его увидел?!

— Да Корвин один раз засветился. Точнее, я сама виновата — на руки кота взяла.

— И ты сказала, что хухлик твой?!

— Если дословно, то я сказала, что мой фамильяр — козёл.

Всё, что думает обо мне троллиха, я прочитала в её глазах, потому что воспитанная библиотекарша решила оставить свои мысли не озвученными.

— Одевайся быстрее. И советую, — указательный палец Вады взлетел прямо к кончику моего носа. — Рот держи на замке! Слушай и улыбайся. Пусть сами делают выводы. Сомневаюсь, что Алекс Бусан дойдёт умишком, кто перед ним. Мужик, конечно, ушлый… чего один брак его сестры стоит, да предположить, что ты — сирена — даже я бы не смогла, не увидь кулон. — Хуг нервно хихикнула, но тут же посерьёзнела. — На сферу силы можешь соглашаться смело — ты ещё несовершеннолетняя. Магия сирен дремлет. Всё, что артефакт покажет — это твою связь с водной стихией… Этим маговским умникам сразу не так дико станет, почему хухлик тебя выбрал. Водные черти сейчас самые голодные… Не мудрено — источник более двадцати лет не наполнялся силой сирен! Если ректор предложит тебе подписать контракт на обучение, — Хуг сунула мне в ладонь кольцо, — сразу вызывай меня! Я всё тщательно проверю! Если нестандартные условия — размотаю мага, как блинец по сковороде!

— Почему ты мне помогаешь? — Я действительно не понимала, чем вызвано такое рвение помощи со стороны практически незнакомки.

— Я подвела доверие Тианны. Глупая ревность к мужчине, который никогда не принимал меня всерьёз, затмила разум. Я должна была помочь Тии. Это всегда останется на моей совести! Помощь тебе облегчает мою вину…

Серо-голубые глаза молодой женщины засияли непролитыми слезами.

Я поверила ей. Поверила настолько, что собиралась воспользоваться всеми советами в будущей беседе с главой академии.

Выходила к пятикурсникам, наполненная решимостью заключить этот проклятый договор. Особенно теперь, когда моя независимость колеблется, оставаясь на неопределённой позиции.

«Лучше я буду фигурально принадлежать магической академии, чем миру демонов! Знаем — читали про их инкубов и суккубов, совращающих девиц под ликами прекрасных юнош…»