Не знаю, на что я рассчитывала, но ничего странного не произошло.

Элияра купол пропустил через невидимую границу щита. Даже нигде не вспыхнул.

Мы довольно скоро оказались в особняке, хоть Корвин и бухтел, что приходится идти «пёхом».

Хухлик магией уложил летающего в горизонтальном положении парня на его кровать, после чего велел мне поесть, пока он «смотается» во дворец к Маро.

Я приняла душ в покоях Эля, застегнула халат и присела дожидаться Зизрана в кресло.

Правитель демонов не заставил себя ждать. Хухлик держался напыщенно и важно, пока Зизран осматривал сына, явно злясь на всех и вся.

— Так… к балу очнётся наша спящая красавица. Насчёт подселения — нет там никого лишнего. Только ипостась. Я просканировал Эля вдоль и поперёк. И демон не спит, что совершенно не укладывается в голове в силу произошедшего. Литерганский порошок действует на ипостаси нечистей однозначным образом — мы впадаем в глубокий, беспробудный сон. А тут такое оживление потоков… и силы, чтоб меня! Как бы не пришлось идти к родовому кристаллу ещё раз.

— Что?

— Потом объясню, — шепнул Корвин, взглядом советуя мне молчать.

— Так! — Маро обернулся ко мне, строго сведя брови. — Из дома ни ногой! По периметру особняка поставлю стражей, раз вам спокойно не живётся. Будут ходить вдоль границы и днём и ночью. Всё поняла?

— Да. Я и не против.

Демон скривился:

— Зато Элияр был против. Ну, теперь мы все видим, что слушать всё, что он говорит, не всегда правильно. Эх, дети… привыкли вить из меня верёвки. — Зизран устало провёл по лицу дрожащей рукой. — Я пошёл. Корвин, если что, пали сигнальные заклятья, стражи сразу будут здесь, хотя защиту невозможно сломать… если только сами титаны рискнут сюда заявиться. Леся, не забудь про своего отца и Ваду Хуг.

Маро разбил портальный шарик и растворился в серой дымке.

Спать улеглась рядом с Бусаном. Корвин не возмущался, но явно был против такого произвола. Фамильяр забрался на стоящую неподалёку софу и сверлил меня оттуда подозрительным взглядом.

Примостившись на плече своей «спящей красавицы», не могла избавиться от чувства, что за мной наблюдает не только Корвин. Но в объятьях Эля было так спокойно… пережив насыщенный на приключения день, сама не поняла, как уснула.

«Это точно не мой демон!» — Делая это умозаключение снова и снова, без зазрения совести пользовался чужеродной силой. Её неограниченность казалась такой… правильной, что ли. А желание уберечь Лесю от всего и сразу — изнывающим.

У меня не получалось вспомнить, что произошло после нападения, но с момента появления Леси на поляне, забыть следующее одно за другим события — невозможно. Она, как солнце. С её приходом что-то растолкало меня, заставило принять свою силу и спасти Царёву.

Отец был не прав. Я не спал… спало моё тело. И демон… он не стал сильным. Он вообще растворился во мне, пустив в себя нечто иное. Сильное, древнее… Оно не давило на меня, а осторожно присматривалось. не навязывало свою волю, как это было с ипостасью, но в определённых желаниях поддерживало меня так, что я чувствовал безграничность.

Желание отца использовать родовой измеритель силы — не есть хорошо. Оно вызвало у меня опасения. Правило наследования гласит, что занять трон может только сильнейший. Пока наследником Херона является старший брат, и это нормально, учитывая, что первенец у демонов — самый одарённый и сильный среди всех детей, но, положа руку на сердце, я понимаю, что демон Лоика не дотягивает до моей неожиданно появившейся ипостаси, и это может стать проблемой.

«Не для наших с братом отношений, а лично для меня. Я не хочу быть правителем! — Паря в метре над Лесей, которую обнимал Михаэль Ор’аз, только что прибывший, как и предупреждал отец, недовольно хмурился, подбирая слова для отказа в проверке. — Он однозначно будет орать. Возможно, обидится, но я уверен — это правильное решение.

Тряхнув чёлкой, усмехнулся.

«А ведь раньше я был бы только рад. Стать правителем демонов — это куда круче, чем болтаться отщепенцем в качестве угасающего рода Бусанов…» — то, как мама быстро согласилась отдать меня дяде, до сих пор обидой свербело в груди. Даже понимание того, что на тот момент родители ждали рождения Солы, совсем не помогало. Отправить сына в мир, где все будут морщиться при виде него. Где такие полукровки, как он, вызывают только презрение и желание что-нибудь велеть ему сделать? Да, это неплохо меня закалило, да и кардинальная смена политики Тартиса смягчила «приветствие» на тот момент выпускников академии Гора, но я никогда бы не отправил своего ребёнка туда… и плевать, сколько ему лет — восемнадцать или десять.

Сейчас, наблюдая за Лесей и Михаэлем, ловил себя на мысли, что буду другим. Мой отец — не плохой. Более того! Он очень хороший. Такой же, как и Михаэль Ор’аз. Но я буду другим. Ещё лучше! По крайней мере, приложу к этому все усилия!!! Именно поэтому откажусь от власти. Зная Лесю, стены дворца и постоянные придворные интриги изведут её. Она только старается казаться хваткой хищницей, и, несомненно, это отлично выходит у моей иномирянки. Однако постоянно притворяться… Это изведёт кого угодно.

Когда Отец Царёвой предложил ей немного проветриться и вспомнить атакующие удары и защитные блоки, я без труда пошёл за ними. Серой призрачной тенью, но с ясным разумом и нестерпимым желанием не выпускать её из виду.

Леся двигалась великолепно. Каждый удар мужчины, воспитавшего её, встречала с готовой конфронтацией. Не всегда удачной, конечно, но то, как она не пасовала перед противником не могло не вызывать гордость.

«И так было всегда, — усмехнувшись, вспомнил нашу первую встречу. — И кто бы мог подумать, что, получив в нос от девчонки, в эту бестию меня угораздит влюбиться?!»

Со стороны особняка донеслись ароматные запахи еды. Библиотекарь явно великолепная стряпуха, но Царёвы не спешили возвращаться… По-моему, Леся что-то такое упоминала о ней, но когда мне было слушать, когда она так восторженно что-то говорила?! В такие минуты мне хотелось притянуть её к себе и целовать.

Сложно передать словами, какой восторг я испытал, когда Царёва пришла ко мне сама… а ведь она даже не знает, что для сирены первый раз — не просто потеря девственности и очередной шаг во взрослую жизнь. Она теперь моя жена!

Что-то подсказывало, что сиренка не взбеленится от этой новости и примет её нормально, но я не спешил девушку ею огорошить. Зачем? Пройдёт этот Святочный бал, тогда скажу… и кольцо подарю!

«Женааа… — в груди что-то ёкнуло. — Одно слово… такое простое, а сколько эмоций оно способно вызвать!»

Прошелестев, будто лёгкий ветерок, завис позади Царёвой, любуясь каждым её движением.

Девушка выглядела опечаленной.

Что ей портило настроение, мне оставалось только догадываться. Она то и дело косилась на особняк, явно желая поскорее закончить тренировку.

Отец с матерью прибыли к обеду. С толпой хихикающих мастериц. Их услугами мама пользовалась как раз перед важными мероприятиями. Святочный бал именно таким. Когда три огромных мира стирают границы для одной единственной цели — встретить свою пару, это никаким другим словом не назвать. Однако у титанов на этот счёт имеется более циничное мнение — чрезвычайно важный обмен партий.

Леся вяло сопротивлялась «красоте», но маму было не остановить! Она настолько стремилась помочь Царёвой стать в общей массе самой выдающейся нимфеткой, что я даже разозлился. Леся принимала желание правительницы демонов слишком покорно, но я видел, что это ей не нравилось.

Дреды расплели, кожу чем-то таким натёрли, что она неестественно мерцала серебристым блеском. Лицо накрасили. Царёва выглядела восхитительно, но на себя не похожей. Я чувствовал, что это расстраивает девушку. Она даже в зеркало смотрела печально.