А сейчас, когда я неведомым образом угадала, чего она хочет, сменила гнев на милость. Некое существо по-прежнему играет со мной. Только если утром хозяйка наказывала куклу: таскала за волосы и кидала об стену, сейчас игрушку приодели в лучшее платье и потчуют пряником.

Никита тем временем рассказывает, как почувствовал непреодолимую тягу выйти на улицу. Демонолог редко полагается на голос интуиции, предчувствия – не его сильная сторона, но сегодня маг четко знал: удача ему улыбнется.

Парень блуждал в поисках меня по городу и, ух какая неожиданность, нашел! Нет, не нашел. Нам позволили встретиться или даже подтолкнули в объятия друг друга.

Запоздало понимаю: никакой финал еще не настал. В любой момент я могу снова чем-то не угодить, и тогда неизвестная Сила вновь приступит к разрушению города.

В груди холодеет, но я отгоняю тревожные мысли. Любой человек заслуживает небольшой передышки. Чем бы ни была наша встреча с демонологом: счастливой случайностью, подарком или даже подкупом – я ее принимаю.

– Куда хочешь пойти? – неловко спрашивает парень, краснея как подросток. – Ты голодная? Хочешь в рестик? Столик я не бронировал, сама понимаешь. Но может быть, где-нибудь найдутся свободные места.

Он достает телефон, выходит в интернет и начинает гуглить. В городе еще не закончилась истерия. Большая часть заведений закрыта. Единственный кинотеатр тоже не работает якобы по техническим причинам.

Но, если быть честной, я и не в настроении куда-то идти. На вымученные светские диалоги и ухаживания совершенно нет сил. Я просто хочу побыть рядом, пока есть такая возможность.

Неизвестно, как долго она продлится.

– Поехали к тебе или ко мне.

Всегда считала, в отношениях не стоит чересчур торопиться. Но здесь другой случай. Мы уже прождали друг друга чересчур долго.

Мне всегда нравилась Никитина квартира – пол покрыт коврами из мягкого ворса, массивная мебель сделана из натурального дерева, в гостиной, под полками с книгами, потрескивает декоративный камин.

Кажется, будто мы оказались в уютной медвежьей берлоге, где можно навсегда укрыться от лишнего шума и суеты. Я с наслаждением тону в огромном кресле, Никита варит на кухне глинтвейн.

Вскоре мой главный инструмент – разум – отключается, и я позволяю нашим аурам, а затем и телам слиться воедино.

Следующий день мы решаем провести вместе, преимущественно в кровати. С утра заказываем пиццу и с наслаждением уминаем ее. Никита изо всех сил развлекает меня: смешит, делает массаж, то и дело пытаясь как бы ненароком вывести на откровенность.

Что происходит в последнее время в городе? Почему на центральной площади вдруг появилась жуткая статуя?

– Мне-то откуда знать? – минус романа с коллегой в том, что маги чувствуют ложь. Но сейчас врать нет причины – я знаю о статуе ненамного больше простых горожан.

И не собираюсь втягивать парня в свои проблемы. На этот раз точно.

– Ладно, вижу, ты будешь играть в партизана, – наконец сдается демонолог, когда очередная попытка «зайти издалека» и «тактично выведать обстановку» терпит поражение. Если Никита и недоволен, то не подает виду. – Понимаю, ты очень устала. Давай расслабимся. Посмотрим фильм, выпьем глинтвейна…

– Прямо с утра?

– Ну не хочешь, как хочешь, – бурчит Никита.

Он уходит на кухню и возвращается с двумя бокалами своего восхитительного напитка. Нос соблазнительно щекочет запах гвоздики, имбиря и корицы. Кажется, кое-кто знает, как найти общий язык не только с демонами, но и с женщинами.

Едва я делаю глоток, как по телу разливается блаженное тепло. Я будто плавлюсь и из сильной опытной ведьмы медленно превращаюсь в маленькую неразумную девочку, которой больше всего хочется, чтобы ее оградили от бед.

А кто защитит лучше демонолога?

Мой мужчина, моя любовь, самый надежный человек на земле… Кому довериться, как не ему? Где-то в глубине сознания будто вспышка мелькает мысль, что я не могла так разомлеть от пары глотков глинтвейна, но она растворяется в дымке тумана.

Появляется непреодолимое желание вывалить наружу то, что так долго меня угнетало. Я сама не замечаю, как начинаю говорить – и не могу остановиться до тех пор, пока не выкладываю все.

Не стоило недооценивать Никиту. Не одна я владею колдовством. Нашептать над бокалом заговор, который развязывает язык – дело пары минут. А вот сопротивляться простенькой бытовой магии практически невозможно.

Демонолог меня опоил!

Как ни странно, после того, как заканчиваю рассказ, я не могу злиться на Никиту. Чувство, будто внутри долгое время жил персонаж Эдварда Мунка с картины «Крик», а сейчас он прорвался во внешний мир.

Мы лежим друг напротив друга, смотрим глаза в глаза и не можем наглядеться. Затем демонолог нежно проводит рукой по моим волосам и притягивает меня к себе.

– Лика, теперь мы вместе. Оно спасует, чем бы оно ни было.

Его бы устами да мед пить! Если бы жизнь была устроена так просто. Я мотаю головой.

– Мы даже не знаем, с кем имеем дело. Ты видел, что оно устроило, когда разозлилось? Да эта Сила едва не разгромила целый город! Мы по сравнению с ней две надоедливые букашки! Что мы можем сделать?

Никита переплетает свои пальцы с моими. По телу прокатывается волна мурашек, затем становится тепло и внезапно спокойно. Демонолог шепчет, щекоча мочку моего уха теплым дыханием:

– Я стал бы защищать тебя, даже если бы из ада пришел сам сатана.

И я ему верю. День проходит не совсем так, как мы рассчитывали: за обсуждением теорий, что за сила проявляет ко мне столь нездоровый интерес.

Договорились сразу: не стоит сбрасывать со счетов самые бредовые идеи. Вначале мы перечисляем богов, известных своей агрессией и безжалостностью к смертным. Молох, Сет, Кали…

Но справедливости ради, почти любое, даже «светлое» божество, мгновенно уничтожало человека, который его прогневал. Ра, к примеру, натравил на восставших против него последователей свою дочь Тефнут в образе львицы и приказал съесть бунтарей заживо. Даже мудрая Афина превратила Арахну в паука, лишь за то, что женщина посмела превзойти ее в ткачестве.

– Что же, так мы ничего не добьемся. Попробуем зайти с другого бока, – предлагает Никита.

Идеи не заставляют себя долго ждать. Что, если мы находимся в матрице, и я сумела каким-то неведомым образом ее взломать, будто Нео? Или являемся героями книги – видела такой сюжет в одном из современных романов. Тогда клиенты, с которыми я имела дело, – альтер-эго безумного автора?

– А может, – предполагает Никита, – мы NPC в игре и вышли из-под контроля? Тогда твой противник – взбесившийся разработчик.

Он достает карты, хрустальный шар, но я чувствую: привычные инструменты окажутся бесполезны. Таро делают что угодно: дурачатся, куражатся, смеются над нами, но только не диагностируют ситуацию.

В хрустальном шаре ни я, ни демонолог не в состоянии ничего разглядеть. Силуэты распадаются еще до того, как сумели принять четкие очертания. Свеча сзади, что должна создавать преломления света, раз за разом гаснет, упорно мешая работе.

– Может, попробуешь «включить» видение? – не сдается демонолог.

Попытка не пытка. Я выравниваю дыхание и освобождаю мозг. Представляю, будто шум в голове обретает цвет, визуализирую белый экран и направляю поток мыслей в него.

Проходит минута, другая… Наконец внутренний монолог стихает и воцаряется тишина. Я прикрываю глаза, начинаю задавать вопросы – их накопилось достаточно. Однако вместо привычных картинок вижу все тот же белоснежный дисплей.

Что же, иногда отсутствие знака – уже знак.

Интересно, почему магия перестала работать? Ее искусственно «заблокировали», или дело в том, что колдовство изначально исходило от существа, которое пыталось уничтожить наш мир? В любом случае расклад скверный. Все, что мы можем, – думать.

Сказать по-честному, мне до конца не верится ни в одну из теорий, и вряд ли от наших игр разума будет хоть какой-то толк. Но демонологу искренне хочется помочь, а мне – провести немного времени рядом с Никитой.