Хозяйка побежала к двери, а я просто выглянула в окно. У открытой калитки стоял Пётр и смотрел на Морока. Я тут же взяла его под воздействие менталистом, расстояние было приемлемым. Он так же, как и жена расслабился, закрыл калитку и, посматривая на коня, пошёл в дом.

Дождь закончился, а мой жеребец так и стоял под призрачным зонтиком, зрелище, конечно, забавное, но по-своему пугающее.

Мужчина о чём-то пошушукался с женой, я не стала подслушивать, не было необходимости. Зайдя, низко поклонился.

— Доброе утро, госпожа!

— Доброе, Пётр! Как здоровье? — задала вопрос, на который знала ответ.

Он постоянно работал под воздействием эманаций чёрной крови, даже если на расстоянии и с перерывами, они всё равно накапливаются. А восстанавливать здоровье ему не дают, вон, наоборот, списать хотели. Хотя я догадываюсь, чем занимаются в том лагере, да тем же самым, только не на свободе и по сменам, а на постоянке до конца жизни, очень короткой и мучительной жизни в нечеловеческих условиях.

— Да какое там здоровье, даже не знаю, как завтра на смену выходить, едва дышу, — мужчина действительно дышал как загнанная лошадь, и это в спокойном состоянии. Взяв кружку из руки жены, он отхлебнул чай.

Вздохнула и решилась. Всё таки я в первую очередь целитель и в данном случае должна помочь. Глядя на Петра, понимала, что он просто не переживёт эти дни. В своём страхе Степанида была права, от там умрёт и не от разбойников или тварей, а потому что сердце не выдержит нагрузки.

Без предупреждения просто накинула на него капсулу, и он замер прямо с кружкой в руке.

— Ой, что с ним? — успела сказать женщина и тоже замерла.

Пусть вдвоём вспомнят молодость, — хохотнула я, наблюдая, как растаяла капсула на мужчине.

Я не стала оставлять им память об исцелении. Накинула капсулы ещё разок, откатила время чуть дальше, дав задачу рассеяться через десять минут, и ушла. Надеялась, что не переборщила. Они мне больше не нужны, так что неважно, даже если меня не вспомнят, главное, чтобы дальше жить смогли.

А меня ждало возвращение. До обеда было мало времени, да почти не оставалось, поэтому я отправилась в ближайший лесок и создав портальную точку, прыгнула в яблочный сад, недалеко от дома.

Людей здесь не было, хотя меня не сильно волновала реакция на моё появление из ниоткуда. На деревьях заметила несколько яблок. Ночью скорей всего ударит мороз, и они упадут. Почему-то вспомнились холодные клетушки для прислуги, вот кому будет несладко зимой.

Сорвала яблоко, вытерла и укусила. Оно было кислое, чуть недозрелое, но я всё равно его кусала, хотелось вкусить последние моменты уходящей осени. Завтра они упадут и оставшиеся листья тоже.

Стало грустно. Прошло полгода с моего исчезновения, а я даже шага к цели не сделала. Я так и полжизни здесь проживу. Миша вряд ли меня будет столько ждать. Появится красотка, утешит, он и забудется. Зачем я об этом думаю, только тоску нагнетаю!

Так, настроилась и делай намеченное! — мысленно прикрикнула на себя.

Сейчас у меня обед и дальнейший путь по поиску какого-нибудь города. Сомневаюсь, что приисками кристаллов управляют централизованно, скорей всего это мелкие канторы или ячейки, которые приезжают примерно раз в месяц и забирает добытое. Или раз в неделю, если брать в расчёт смены. Значит, находятся где-то рядом.

С учётом этого за добычей приедут через неделю. Ждать я не смогу, нужно что-то делать, поэтому продолжу путь по дороге. Она пока одна, значит, нет необходимости спрашивать про город, всё равно ехать.

Дожевала яблочко, от него ещё больше возбудился аппетит и отправилась в дом.

Как только подъехали, ворота начали открываться. Ну да, ждали. Это был тот парнишка, Михаил. Увидев меня, робко улыбнулся и поклонился. Я кивнула и, спрыгнув с Морока, сразу отправилась в дом.

Переступая порог, сменила походный костюм на милое серо-голубое платье, строгое, но с небольшой изюминкой в виде ряда серебристых пуговиц и вышитого серебряной канителью пояса. Я видела такой в модном салоне и сейчас воссоздала по памяти. Возможно, не совсем точно, но это неважно.

Обед уже начали накрывать, не дождавшись меня.

— Добрый день! — я вплыла в столовую. На фоне мрачно одетых наложниц и хозяина я смотрелась ярким пятном. — Мм, как вкусно пахнет, — я села за стол.

Рыбу запекли, от неё был слегка дымный запах, пока выглядело великолепно. Но рядом с Прохором Семёновичем было другое блюдо, какая-то птица. Ладно, прислуге больше достанется.

Когда я взяла кусок рыбы, хозяин скривился. Ах вон оно что, он не любит её или вообще аллергия. Это причина притаскивать рыбу почаще, чтобы бесить, — мысленно позлорадствовала и поддела кусочек вилкой.

Нежное, сочное мясо, было чуть недосолено, поэтому немного сладило, но это нисколько не портило блюдо.

— Очень вкусно. Таня, Маша, ешьте, — приказала я, но они посмотрели на Прохора Семёновича, он сжал губы, но кивнул.

Девушки не стали более отказываться и, взяв по кусочку, приступили. Татьяна так чуть глаза от удовольствия не закатывала. Организм требует, что поделаешь. Кого-то во время беременности тошнит от рыбы, а кто-то готов её каждый день есть.

Молча поели. Хозяин с девушками ушли, а я проследила, чтобы всей прислуге раздали остатки рыбы, как и обещала. Они приняли неуверенно, но с благодарностью. Понимаю, что не смогу здесь всё исправить, но хоть немного порадовать хочу.

Отдыхать я не собиралась, поэтому «переоделась», прямо в дверях и велела подать Морока. Михаил и так был наготове, поэтому ждала я недолго.

Доехала до яблочного сада и сразу переместилась в конечную точку моего прошлого путешествия, недалеко от дороги. Пришпорив коня, сразу выехала на стезю и понеслась, насколько позволяла мокрая почва.

Мой путь особым разнообразием событий не отличался. Разок проехала развилку. Дорога была не такая укатанная, продолжила путь по прежней. Пару раз встретились телеги, обе я обогнала. Так как время было послеобеденное, это давало надежду, что максимум через пару часов я выеду к очередному населённому пункту.

Но вначале я выехала к тракту, если можно так назвать такую же грунтовую дорогу, только значительно шире. Было видно, что здесь движение в обе стороны, так как колеи практически не пересекались, да и насыпь была, значит, дорогу прокладывали.

Выехала на неё и задумалась о направлении. Если судить по моей задаче и прежнему движению, то мне нужно вглубь сектора, а, значит, направо. Могу ошибаться, но если буду стоять, то не проверю.

Не задумываясь более пришпорила своего скакуна. И когда нагнала повозку, явно небедных людей, то убедилась в правильности решение. Ну всё верно, город не будут строить рядом с Чёрными путами, а по-здешнему Ведьмиными землями.

Проезжая мимо повозки, чуть притормозила, прежде чем обогнать. Она была крытая, и сразу не видно, кто там сидит. Я поравнялась с ней. Пара гнедых, хмурый извозчик в шинели и войлочной шапке, а в повозке престарелая парочка. Куда они ездили с утра или, наоборот, едут, меня не интересовало. Но когда я громко поздоровалась, то женщина взвизгнула.

Хотелось пошутить про разбойников, но не стала. Не те это объекты, чтобы глумиться. Они и так с ужасом на меня смотрела. Так что, пожелав хорошего дня, пришпорила Морока и ускакала.

Дальше повороты пошли значительно чаще, и движение оживилось, то и дело попадались повозки и всадники. Меня никто не окрикивал, просто провожали взглядами, кто-то, осторожно съезжая на обочину, один всадник, по мне так очень торопливо завернул назад, словно что-то забыл. Возможно, так и было, но выглядело уж очень испуганно.

Мне даже стало интересно увидеть тех, кого они так боятся. Это, по сути, и была моя цель поездки, познакомиться с местными надсмотрщиками, а, возможно, и карателями.

Вдалеке показалась деревня, но я её проигнорировала, сдавалось, что они здесь будут чаще встречаться.