Дальше сопровождению идти было запрещено. Так что мои вещи понесёт тот самый парень. Не стали долго прощаться с Сергеем, только нервы трепать, не навсегда же…

Коротко обнялись ещё раз, не удержавшись всё-таки, пустила слезу.

— Всё, проваливай, Ёжа! — шепнула и пошла к ожидавшему меня парню.

Теперь я одна. Не отшельница в лесу, но всё же… Это не знакомый для меня мир, а скорей забытый. Со своими законами и сильными мира сего. Кому-то происходящее здесь может показаться детской вознёй, но я знаю одну истину: подростки очень жестоки, амбициозны и практически лишены страха.

Здесь правят главы шаек, несмотря на социальное положение там, во внешнем мире, просто по праву сильнейшего. Сомневаюсь, конечно, что какая-то княжна станет подчиняться простолюдинке, но прислушиваться и бояться будет.

И самое прискорбное, что взрослые не будут вмешиваться, если не дойдёт до тяжёлых случаев. Ведь подавление жертвы не будет публичным, подростки очень изобретательны… Так что жду нападок. В моём случае им будет сложно. Видимая хрупкость, может сыграть для них злую шутку.

Но не всё так страшно, как может показаться. Первый курс — это начало. Отсутствие знакомств, незнание возможностей однокурсников, не дадут сформироваться этим шайкам быстро. Так что данный семестр будет для меня относительно спокойным.

А вот дальше меня ждёт тяжёлое испытание, это в том случае, если я перейду на второй курс. Там уже сформировавшееся общество со своими лидерами и изгоями. Кто-то вздохнёт с облегчением или злорадством, увидев меня: мелкую белобрысую моль.

Так что к этому времени я должна отрастить такие зубы, чтобы они покрывались холодным потом, просто увидев меня. Я хмыкнула, что могло показаться странным со стороны, ведь я рассуждала сама с собой, идя к гостинице.

А вот Соне будет намного сложней. В случае поступления ей придётся отстаивать своё право находиться здесь, не только перед однокурсниками, но и перед преподавателями.

И я никак не смогу ей помочь. Екатерина Савельевна настоятельно просила не идти на контакт с бывшей компаньонкой. У преподавателей, к моей знакомой могут начаться придирки. Да и мне не стоит тесно общаться с простолюдинкой.

«А как же равенство?» — спросила тогда я, не скрывая сарказма.

«Позвольте, Софье его не доказывать», — ответила Екатерина.

«Почему вы так радеете за неё?» — не удержалась и всё же задала этот вопрос.

«В самом начале пути, один человек, — в глазах преподавательницы промелькнула теплота, — в меня поверил. Сейчас я хочу отдать долг. Соня очень похоже на меня, я словно себя вижу, в прошлом. И она достойна добиться высот, с её талантом это будет несложно».

Гостиница сильно отличалась от жилых корпусов: никаких тебе балконов и отделки, просто кирпичные стены с рядами окон, хорошо хоть довольно больших. Я даже получила приступ ностальгии, так это было похоже на привычное студенческое общежитие.

По центру здания единственный вход. Простая двухстворчатая дверь была открыта.

Парень, который меня сопровождал, зашёл туда, поставил чемоданы и слегка поклонившись, удалился.

Я оказалась в большом светлом фойе, где находилось несколько таких же растерянных девушек. Но страх был у нас разной природы, я думала о своих больших чемоданах. Как я их буду тащить без помощи? Но когда увидела крепкую женщину, которая, схватив похожий багаж, устремилась к лестнице, расслабилась.

К ключнице образовалась очередь, и я уже слышала возмущение от одной из барышень. Она раскудахталась как базарная баба, совсем не взвешивая слова.

Ой, зря она так. Здесь, где нет слуг, а только обслуживающий персонал, никто не будет пресмыкаться перед тобой. Там, где твой титул ничего не стоит, впечатление легко испортить, а вот восстановить будет сложно. Потому что очень много преподавателей вышли из простого народа у них сформировался особый комплекс, который никогда не пройдёт.

А сейчас за нами ещё и следили. Женщина под пятьдесят, в строгом костюме, стояла в стороне, ни во что не вмешивалась, просто наблюдала.

Возможно, это дежурный преподаватель или воспитатель. Хотя может быть всё проще и существует определённая должность — надсмотрщик. Но от этого не легче. Она здесь не просто так: всё видит, слышит и доложит куда надо.

Я тоже наблюдала, у меня были свои причины, надо было вычислить потенциальную угрозу или, наоборот, лояльных личностей. Да, сейчас это отчасти мартышкин труд, так как здесь собрались абитуриенты на разные факультеты. Да и не все поступят, ведь школьный аттестат не имеет значения. Учитывается только нужная сумма за обучение на депозитном счёте и рекомендательное письмо. У меня оно было в двух экземплярах: от Екатерины Савельевны и от Рокотова.

Скользя взглядом между присутствующими, я заметила очень интересную барышню, она так же, как и я переводила взгляд от девушки, к девушке. Наши взгляды встретились, я слегка кивнула. Она не растерялась, ответила, в глазах мелькнула ехидинка.

А вот и первая акула. С виду ничего особенного: простое круглое лицо, сразу видно кушать любит, живые эмоции — сообразительная, быстро ориентируется в ситуации, дорогая одежда, но не хватает ей особого лоска. Возможно, дочь барона или просто из зажиточной семьи, непохожа она на деревенскую. Но одно видно, характер не простой и подчиняться будет только сильному. Явный лидер и, скорей всего, в будущем хороший боевой маг, преподавать или выполнять бытовую работу, явно не для неё.

Пока я делала анализ присутствующих, подошла моя очередь.

Посмотрев мой талон, ключница положила передо мной лист со схемой гостиницы. Второй этаж был почти весь занят за исключением угловых комнат и рядом с лестницей. На первом я не любила жить, поэтому ткнула в ячейку на третьем этаже. Сторона, вроде солнечная, никого не удивят постоянно закрытые портьеры.

Как только я взяла ключи и подошла к своим чемоданам, одна из крепких помощниц подхватила их и, посмотрев на номер на ключах, направилась к лестнице.

Когда я уже почти поднялась на нужный этаж, мимо меня быстро прошла та хищная девушка. Криво улыбнувшись мне, направилась на четвёртый этаж. Даже стало интересно, кем она меня назначила, конкуренткой или союзником?

Ну вот я и у порога своего временного жилища. Чемоданы стояли у двери, теперь мне их самостоятельно придётся затаскивать: сама виновата, могла бы и поторопиться…

Открыла дверь. Ну что сказать, лучше, чем я думала. Небольшая комната с одной кроватью и шкафом, и что порадовало, отдельный санузел, совмещённый, правда, но не беда.

Волоком затащила тяжёлые чемоданы и закрыла дверь.

От нервов начало подсасывать желудок, надо узнать, где здесь кормят. Обед прошёл. Хорошо, что у меня с собой гостинцы от Марфы, но на ужин хотелось бы что-нибудь посущественней.

Взгляд упал на книжку, лежащую на тумбочке, заинтересовалась, взяла. Неспроста она здесь. Так и вышло.

Книга оказалась уставом Академии, довольно толстая. Это я потом почитаю, заинтересовали брошюрки, которые лежали под ней. Одна была схематической картой городка, просмотрев, я нашла одну из столовых, недалеко от нашего гостиничного корпуса. Вторая — распорядком дня в гостинице и правилами поведения. Пробежала взглядом. Ничего противоестественного, скорей стандартное.

Запрещалось: использование даров, распитие спиртного, громкая речь, нецензурная речь, мордобой, хождение по гостинице после 23.00 и ещё много менее значительных пунктов.

Мда, и это в женской гостинице! Хотя могли быть и общие правила.

Что ж, пора обустраиваться… До ужина ещё много времени, успею всё распаковать. Когда я достала первое платье, оно оказалось сильно мытым, вот и нарисовалась первая проблема — где и кто будет гладить мою одежду? А стирать? Надеюсь, здесь есть прачки. Должны быть… успокойся, Несса! Нет, я и сама смогу, с трудом, правда, слишком много юбок и сложный крой одежды, да и ткани натуральные гладятся и стираются очень сложно.