— Астра, назад! — закричала Елена, безуспешно шаря ладонью по опустевшему колчану. — Сгоришь!

Послушный зверь тут же вырвался из огненной пасти и метнулся к ногам хозяйки и там замер, оскалив обожженную морду и готовясь драться и защищать свою госпожу даже ценою жизни. Волк с грозным ревом устремился за ним следом.

И свалился, затухая. Брошенный мною топор сверкнул, дважды провернувшись в воздухе, и по самую рукоять вонзился в шею хищника. Я сжал кулаки и огляделся по сторонам, но драться, похоже, было уже не с кем. Откуда-то со стороны усадьбы громыхнул последний выстрел, и теперь тишину нарушал только треск огня, пожиравшего остатки конюшни за моей спиной.

— Жива милосердная! — Елена вытерла локтем пот со лба. — Неужели закончились?

Обстановка не слишком-то располагала, но я все равно на мгновение залюбовался мокрой от жара фигурой, поблескивающей в отблесках пламени. От беготни и схватки майка прилипла к телу, а темные волосы Елены растрепались косматой гривой. С луком в руках девчонка напоминала не сиятельную княжну, а отважную воительницу из древних легенд.

Впрочем — почему напоминала? Она и была воительницей — вряд ли суровой старик Горчаков мог вырастить кого-то другого.

— Тише, Астра, тише! — Елена потрепала похожую на волка голубоглазую собаку между ушей. — Все в порядке!

Я этим я бы, пожалуй, поспорил. Сражение завершилось, но где-то вдалеке за соснами еще пульсировала магия. Сердито и как-то болезненно, будто сам аспект больше не хотел сражаться и не отказался бы удрать куда подальше — но почему-то не мог.

И лишь пройдя с полсотни шагов я сообразил, в чем дело. И почему отважная и наверняка приученная ко всяким охотничьим и боевым трюкам Астра продолжала рычать и скалиться, не отходя от хозяйки ни на шаг.

— Осторожно! — Елена бросилась вперед и поймала меня за руку. — Там капканы!

— Вижу, — усмехнулся я. — И в один из них, похоже, кто-то угодил.

Завидев меня, огневолк вскочил и дернулся было навстречу, но тут же с жалобным скулением завалился набок. Стальные челюсти, впившиеся в переднюю лапу, держали крепко и не давали ни драться, ни сбежать. Взрослый хищник наверняка справился бы, пусть даже ободрав шкуру или сломав кость, но этот еще не набрал силы, да и размером был чуть ли не вдвое меньше Астры.

Которая сердито лаяла и приближалась уже без всякого страха — с двумя Одаренными собака чувствовала себя в безопасности. Огневолк кое-как поднялся и зарычал, скалясь и выплевывая из пасти и ноздрей горячие искры. Пусть шансов у него не было, сдаваться без боя таежный хищник явно не собирался.

— Еще один. — Елена достала из ножен на поясе короткий кинжал с широким обоюдоострым клинком и протянула мне рукоятью вперед. — Заканчивайте, друг мой. Он ваш по праву.

— Подождите, — отозвался я, шагая вперед. — Может, не стоит так спешить?

Не знаю, что заставило меня задуматься, а не просто свернуть огневолку шею, как его собратьям. Может, я просто на мгновение вдруг увидел в звере себя самого — каким я был несколько месяцев назад. Искалеченного, одинокого, потерявшего все и всех — однако еще способного сражаться.

Капкан сломал зверю лапу, но его дух полыхал мощью аспекта.

— Он совсем еще щенок. — Я осторожно выставил руку вперед. — Если вырастит такого — станет другом и защитником не хуже Астры.

— Хотите приручить огневолка? В жизни не слышала ничего более… странного. — Елена явно собиралась сказать что-то другое, однако все же решила меня не обижать. — По мне так бесполезное занятие. Эти звери умны, но не признают хозяев.

— Ну… все когда-нибудь случается в первый раз, ведь так? — усмехнулся я, разворачиваясь обратно к волку. — Тихо, дружок. Я не собираюсь тебя убивать.

В ответ раздалось сердитое рычание, и огненный силуэт вспыхнул чуть ярче. Но я и не подумал отступать. Наоборот, пододвинулся ближе, переступив по земле босыми ногами. А потом еще ближе, пока не оказался совсем рядом.

Волк прижал уши и ощерился, демонстрируя свой арсенал — пламенеющую пасть, полную острых зубов. Силы в его челюстях наверняка было куда меньше, чем у матерого зверя, однако ее вполне хватило бы отхватить мне палец или даже кисть.

Так что действовать приходилось осторожно.

— Вот, смотри, — негромко, почти убаюкивающе проговорил я, зажигая на ладони крохотный магический огонек. — Видишь, что у меня есть? Нравится?

Снова рычание — но уже не такое грозное. От меня пахло человеком и, что хуже того — Одаренным, однако родная стихия наверняка внушала волку если не доверие, то хотя бы любопытство. Он все еще скалился, однако чуть приподнял голову от земли, разглядывая пламя в моих руках. Горячее и яркое — такое же, как и его собственное.

— Можешь меня понюхать. — Я опустился на корточки. — Самые обычные пальцы. Только они смогут разжать капкан, а твои лапы — нет.

Разумеется, огневолк не понимал ни слова, однако интонацию чувствовал. Я приближался к нему без злобы и страха, не скрываясь и не опуская голову. Все хищники, с которыми мне когда-либо приходилось сталкиваться, не терпели взгляда глаза в глаза, но этот будто нарочно смотрел прямо, выискивая что-то, понятное только нам двоим.

Аспект. Нет, даже не так — силу. Изначальную энергию, пламя, которое горело в нас обоих — только мое оказалось старше. Оно озаряло еще пустое и мертвое бытие в самом начале времен, и любая магия, любой огонь, когда-либо загоревшийся, были лишь его искрами.

— Чувствуешь? — одними губами прошептал я. И уже в полный голос скомандовал: — Хватит! Погасни.

И волк почуял — может, голыми инстинктами хищника, а может, самим аспектом, намертво связанным с сознанием — что ему больше нельзя огрызаться. Звериная магия, живая и упрямая, понемногу уходила куда-то вглубь, раз и навсегда отказавшись спорить с первородным могуществом Стража. Алые всполохи в последний раз пробежали по шкуре, остывая, и через несколько мгновений огоньки остались только в глазах. А потом потухли и они — сражаться волку было уже незачем.

Он признал старшего — и покорился его воле.

— Ну вот и славно, — улыбнулся я. И уже без всякой опаски протянул руки к капкану и со скрипом разжал стальные челюсти. — Лежи смирно.

— Ничего себе… — Елена отступила на шаг, удерживая притихшую Астру за ошейник. — Никогда такого не видела.

— И вряд ли увидите. — Я осторожно погладил волка между ушей. — Неплохо бы накормить его чем-нибудь.

— И раздобыть поводок. А лучше толстенную цепь. Вряд ли отец будет в восторге от того, что эта зверюга тут разгуливает. — Елена строго сдвинула брови, но потом все-таки не выдержала и тоже заулыбалась. — Как вы его назовете?

— Как назову?.. Вулкан. — Я без особого труда представил, до каких размеров может вымахать огневолк за год или два. — Серая гора снаружи, а внутри — пламя.

— Звучит неплохо. Осталось только объяснить старикам. — Елена указала рукой на приближающиеся из темноты плечистые фигуры. — И заодно осмотреть тут все вокруг.

— Думаете, здесь есть еще звери?

— Звери — вряд ли. Но я не верю, что конюшня могла загореться сама по себе.

— Странное дело, конечно. — Горчаков задумчиво нахмурился. — Обычно огневолки сюда не лезут. Лето, дичи и в Тайге хватает.

Вокруг уже понемногу начинало светать — нашествие зубастых случилось чуть ли не под самое утро. Дружинники уже давно сняли с убитых зверей шкуры и разошлись по своим делам, а мы вчетвером продолжали бродить вокруг догорающей конюшни. И терпение стремительно заканчивалось — слишком уж много аспекта я хватанул от магических тварей, и теперь чужая мана бурлила в крови, требуя выхода.

— На огонь пришли, — тихо проговорила Елена. — Они его любят. Даже обычный свет в окнах, а уж пожар их со всей Тайги соберет. Километров за десять почуют.

— Так, погоди… — Дядя наморщил лоб. — Это что ж получается — не волки конюшню подожгли?

— Скорее всего. Уверена! — Елена тряхнула головой и принялась объяснять: — Твари используют магию только для защиты. А охотятся вообще без огня. Но родная стихия их притягивает. И если уж они решили подойти так близко, значит, тут уже все горело.