— Проходи в комнату, я на кухне чай разлила. Сейчас Даня успокоится, вытру.

Кирилл разделся и прошел, а я безуспешно пыталась успокоить кричащего малыша. Под рукой в памперсе потеплело, и мальчик успокоился.

— Кирилл, ты посиди, мы сейчас памперс поменяем и вернемся. Ты не торопишься?

— Нет, не переживай, подожду сколько нужно.

Когда мы вернулись, на руках у меня спал чистый ребенок, в новом подгузнике.

— Я не вовремя? Прости, что опять без приглашения, — прошептал Кирилл.

— Ты очень вовремя! Мне жутко неудобно просить, но у меня нет другого выхода. Посиди с Даней, я схожу в магазин. Его нужно будет держать на руках и легонько покачивать, последние дни он невозможно капризный. Никуда не отпускает, не могу отойти от него ни на секунду. Все дела делаю с ним на руках, а о душе даже не мечтаю.

— Давай, сделаем по-другому: ты диктуй список, я все куплю.

— Ну, неудобно… — пролепетала я, но внутри дико обрадовалась этому предложению.

— Удобно. Укладывай ребенка, а я схожу. Говори, что купить.

— Нам нужна смесь, подгузники и шампунь. Все продается в ближайшем супермаркете. Пойдем, сделаешь фото, чтобы не возникло проблем.

— А тебе ничего не надо?

— Нет, у меня все есть. Только для Дани.

— Может торт пока в холодильник поставить?

— Да, поставь, только в лужу не наступи. Там смесь на столе, такую купи. Две баночки, а лучше три. Я сейчас шампунь покажу.

Кирилл пошел на кухню, а я в ванну.

— Вот такой шампунь, очень хороший, — мы встретились в коридоре, Кирилл сделал фото, — Пойдем, в комнате памперсы.

— Сколько памперсов взять?

— Если такая упаковка, то одной хватит, если меньше, то две. Пойдем, дам ключи, сам зайдешь, чтобы ребенка не разбудить.

Свободной рукой, я достала из кармана куртки ключи и вручила их Кириллу. В сумке нащупала кошелек, и в нем карточку.

— Вот карта, код 3825. Запомнишь? Хотя он и не потребуется, но на всякий случай.

— Василиса, убери. У меня есть деньги.

— Кирилл, давай не будем ссориться. Я не сомневаюсь, что у тебя есть деньги. Но ты мне и так поможешь, если сходишь в магазин. Возьми карту.

— Хорошо. Давай.

— Код запомнил?

— 3825.

— Отлично. Если возникнут вопросы, звони.

— У меня нет твоего номера.

— Точно! Он на беззвучном, но я положу рядом и увижу, что звонишь.

Я разблокировала смартфон и отдала Кириллу. Он набрал с него свой номер, потом сбросил.

— Теперь есть, — улыбнулся он, уже одеваясь.

Кирилл ушел. Я же, покачивая Даню все спокойнее, пошла с ним в спальню. Все-таки Настя не такая уж эгоистка, Кирилла прислала вместо себя.

Аккуратно и очень медленно я положила мальчика на свою кровать. Едва я убрала пальцы из-под спинки, он закряхтел и открыл глаза. Я прилегла рядом и слегка его покачала. Он успокоился и засопел. По козырьку балкона забарабанил мокрый снег. Спокойно и уютно дома в такую погоду, а монотонный стук за окном лучше любой колыбельной. Вот досталось Кириллу, еще и промокнет.

«Как вкусно пахнет! Картошечка с грибочками! Еще бы молока холодненького! Мама ты — чудо!», — думала я, переходя из сна в бодрствование. Так беспомощен человек в эти секунды. Время суток, день недели, где ты, куда надо пойти, и что сделать — ничего неизвестно, ничего непонятно.

«Блиин… Кирилл в магазин ушел, а я вырубилась».

Я схватила телефон. Не звонил. Прошло не больше часа. Он там готовит что ли? Как неудобно… Что же делать? Встану — Даня проснется, а спать он еще часа два может. А на кухне Кирилл.

Я попыталась подняться, но мальчик был бдителен, и сразу заголосил.

— Тише, тише. Мама здесь, не плачь. Я взяла его на руки, приоткрыла дверь, чтобы он постепенно привык к свету. Запах еды манил. Сейчас я съела бы что угодно, но пахло вкусно, похоже меня ждет великолепный ужин.

Кирилл стоял у плиты.

— Прости, я уснула, даже не заметила.

— Это ты прости, что хозяйничаю на твоей кухне. Ничего особенного готовить не умею, но картошку с мясом пожарить могу.

— И с грибами, — добавила я.

— Да, и с грибами. Ты ешь такое?

— Обожаю. Но тортика было бы достаточно.

— Тортик — это не еда. А тебе надо питаться нормально, чтобы силы были малыша растить. Это я тебе как доктор говорю.

— Я питаюсь нормально.

— Я вижу. Холодильник пустой, кастрюли пустые.

— Форс мажор. Родители уехали, а у Насти дела, — объяснила я, щеки запылали от стыда. Разлитый чай он тоже вытер.

— Дела. Что за дела такие?! Жесть.

— Не ругайся на нее, первый раз так получилось, — чуть приврала я.

— Не знаю, чем питаешься ты, поэтому купил то, чем питаюсь я. На пару дней хватит.

Я насторожено посмотрела на гостя, переложила Даню на одну руку и открыла дверцу холодильника. И сразу закрыла. Это не мой холодильник.

— Я столько не ем. Мне этого на месяц хватит.

— Вот и хорошо.

Кирилл достал тарелку из шкафчика и положил на нее гору картошки с мясом и грибами.

— Мне, пожалуйста, поменьше раза в три.

— А это кому?

— Тебе. Давай вместе поужинаем.

— Ну, хорошо.

Он взял вторую тарелку и чуть меньше положил мне.

— Ууу, как вкусно, — обжигая рот, попробовала я.

— Не пересолил?

— Нет, все идеально.

Поела я очень быстро, и осилила бы порцию побольше. Но добавки просить не стала, стыдно выглядеть такой оголодавшей.

— Теперь торт? — предложила я, когда и у Кирилла опустела тарелка.

— У меня другое предложение: давай я попробую взять ребенка, а ты сходи в душ или прими ванну с пеной. Удели себе хотя бы полчаса.

— Кирилл, я об этом и не мечтала. Жутко неудобно тебя задерживать.

— Давай, аккуратно перекладывай сына ко мне на руки.

Даня сморщил носик, но подмены не заметил. Кирилл начал ходить с ним по кухне, и он, как ни в чем не бывало, продолжил смотреть свои малышковые сны.

— Кирилл, ты потрясающий! — шепнула я. Он лишь хитро улыбнулся, прищурив глаза. Я вдруг узнала в нем того самого деда Мороза. Он видимо по жизни дед Мороз: заботливый, добрый, щедрый и теплый, как ни странно это звучит. Такому родственнику я буду безмерно рада. Лишь бы Настя не подвела.

До ванны с пеной я не обнаглела, но душ приняла основательно: на волосы нанесла бальзам, все тело натерла скрабом, побрила ноги и после душа вся намазалась любимым кремом. Шлейф тонкого аромата потянулся за мной из ванной. В квартире было тихо. Я заглянула в комнату, Кирилл сидел в кресле, прикрыв глаза. Мальчика он держал одной рукой и легонько покачивал. «Вот бы Дане такого папу», — промелькнула мысль. — О, Боже! Нет! Только не это. Нет!». В спальню я прошла на цыпочках, причесалась и чуть взъерошила волосы. Выглядела я на троечку, да и какая разница. Главное я наконец помылась и почувствовала себя человеком.

Стараясь не шуметь, я прошла на кухню, включила чайник и нашла на полке шкафчика хороший, дорогой индийский чай. Презент от Марины, который я берегла для особого случая не один год. И вот именно сейчас мне захотелось его заварить.

Чайник шумел, и я не услышала, как вошел Кирилл. От неожиданности я вздрогнула.

— Извини, напугал, — сказал он.

— А где Даня?

— В кроватке.

— Ты волшебник. Мне это не удается, сразу просыпается. Только вместе спим.

— Он уже научился тобой манипулировать, — улыбнулся Кирилл.

— Да, похоже на то. Ну, что теперь чай с тортом?

— С удовольствием! — согласился он.

Кирилл достал торт, отрезал два кусочка и разложил на тарелки, я тем временем налила чай.

— Вкусны-ы-ы-й, — прошептала я. Нежные сливки с клубничным вкусом растаяли, во рту остался воздушный влажный бисквит и кусочки клубники. Глоток ароматного чая дополнил к этому блаженству свою нотку, оставив волшебное послевкусие.

— А я переживал, что тебе не понравится. Не знаю какие ты любишь.

— Я всякие люблю. Тортики и пироженки — моя слабость.

— Значит следующий раз тоже на свой вкус выберу.