— Скажите, а вы не знали Виктора Романова? Он здесь раньше работал.

— Нет. Наверное, давно работал? Я здесь полтора года уже.

— Да, давно. Спасибо! — сказала я и наконец вошла.

В холле я подождала пока через охрану прошел последний сотрудник. Мужчина с черными густыми усами заметил меня и спросил:

— Вы кого-то ждете?

— Мне нужен Алексей Петров. Он сегодня заступил на службу?

— Так вот же он, предпоследний зашел. Не заметили?

— Нет.

— Сейчас я вызову его.

— А это удобно?

— А чего ж не удобно-то?

— Он же на службе.

— Вызовов не было, он пока свободен.

Мужчина позвонил и через три минуты вышел худощавый среднего роста молодой человек лет двадцати пяти.

— Вы ко мне? — спросил он.

— Да.

Он приложил к турникету электронный пропуск, и мы отошли к окну. Меня трясло мелкой дрожью. Люди, о которых говорил мне призрак, существуют. О них не могло знать мое больное воображение.

— Слушаю, — сказал Алексей. Вблизи я поняла, что ему скорее около сорока. Морщины в уголках глаз и на лбу не сочетались с угловатой юношеской фигурой.

— Я ищу Виктора Романова.

— Так он здесь давно не работает.

— Я знаю. В двух словах не объяснишь. Мы могли бы встретиться и поговорить о нем? Это очень важно.

— Встретиться-то можно, но только я не видел его почти два года, вряд ли чем-то смогу помочь.

— Сможете, как никто другой, — настояла я.

— Ну, хорошо, — согласился он. — Послезавтра у меня выходной. Вам удобно будет?

— После завтра я работаю допоздна, смогу только утром. К примеру, в девять.

Мы договорились встретиться в ближайшем к его дому кафе, оно как раз открывается в девять. Когда я записывала номер Алексея, позвонил Дима. Пришлось сбросить. Мы попрощались и, выйдя на улицу, я сразу же набрала его.

— Василиса, ты где?

— Дим, прости. Случайно сбросила. Я гуляю. Забрела куда-то.

— В такую погоду гуляешь?

По щекам хлестал дождь со снегом, подгоняемые порывистым ветром.

— Погода испортилась, — объяснила я. Еще десять минут назад на улице было спокойно.

— Где тебя забрать?

— Поезжай по переулку, я сейчас напротив дома восемьдесят, пойду тебе на встречу.

— Хорошо.

Я перешла на другую сторону и быстрым шагом направилась в сторону отеля. Ни ветра, ни дождя я не чувствовала. Лицо пылало, а я вся дрожала от напряжения. Он — настоящий, мой призрак. Я не свихнулась. Я жестоко бросила его. Вычеркнула из памяти, как страшный сон.

Дима пересек сплошную и остановился около меня. Я села в машину. Меня трясло и эту дрожь я уже не могла скрыть.

— Зачем ты нарушил правило?

— Что случилось? — он проигнорировал мой вопрос.

— Ничего. Я промокла и замерзла. Мы проехали отель.

— Ты думаешь я не отличу озноб от нервной дрожи?

— Мы проехали отель, — повторила я четко и настойчиво. Ненавижу, когда игнорируют мои слова.

— Забудь про отель. Я везу тебя домой.

Дима поднялся в квартиру вместе со мной. Помог раздеться мне и снял свою верхнюю одежду. Он прошел со мной в комнату и попросил Настю сделать мне чай.

— Может расскажешь, что все-таки случилось?

— Нет. Не могу. Это не мой секрет.

— Хорошо. Чем я могу тебе помочь?

— Ты уже помогаешь.

— Я не об этом. У тебя возникла проблема. Возможно, я могу как-то помочь ее решить. У меня есть деньги, определенные связи.

— Нет, Дим, это не решится деньгами и связями. Я не помогла одному человеку, просто не поверила ему. А сегодня узнала, что все правда. Он надеялся на меня, а я его подвела. Мне поэтому плохо.

— Ясно.

Настя вошла и молча отдала чашку с чаем Диме.

— Вот, попей. У тебя остались еще те таблетки?

— Снотворное? — уточнила.

— Да, — подтвердил Дима.

— Да, остались.

— Где они лежат?

— В спальне в верхнем ящике тумбочки.

— Пойди прими теплый душ, а я пока постелю тебе.

— Тебе домой не пора?

— Иди в душ, — настойчиво повторил он.

Под душем я немного расслабилась, дрожь прекратилась, но нахлынули воспоминания. Я словно пробудилась от долгого сна. Виктор за столиком в пляжном кафе — такой красивый и задумчивый. Рубашка колышется от ветра, и его холодный взгляд в сторону моря. Со мной ли это было? В этой ли жизни? Я вырвала с мясом этот период из своего сердца, из памяти, из жизни, и рана только сейчас начинала болеть.

Дима разложил диван и постелил постель. Он ждал меня, стоя у окна.

— Выпей две таблетки и ложись.

— Две? А можно?

— Тебе? Можно! — сказал Дима и не сдержал улыбку. Он, наверное, и сам не знал в каком качестве он мне сейчас больше нужен: доктора или близкого человека.

Я запила таблетки чаем. Дима все так же стоял у окна. Вряд ли там

в темноте он мог что-то разглядеть. Его спокойствие было только видимостью. Он переживал.

— Все, доктор, — сказала я, выпив таблетки. — Ваше предписание выполнено! Пойдемте я вас провожу.

— Что ты меня все время гонишь?

— Я же знаю, что тебе давно пора домой.

— Ложись, — сказал он, расстегивая верхнюю пуговицу рубашки.

— Ты что делаешь?

— Не хочу помять одежду.

— В смысле?

— Ложись — говорю.

— Ну, ладно.

Я подвинулась к стенке, Дима залез ко мне под одеяло.

— Иди ко мне, — прошептал он.

Я положила голову ему на плечо, закинула ногу на его ногу, и мы молча лежали обнявшись, пока я не заснула.

Что было потом я не знаю. Когда и как ушел Дима — я не слышала. Разбудила меня в час дня обеспокоенная Настя.

— Вась, ты живая? — толкала она меня в плечо.

— Угу, — повернулась я на бок и спряталась от нее с головой под одеялом.

— Вставай давай. — Она безуспешно пыталась стянуть с меня одеяло. — Слушай, чем он тебя вчера напоил?

— Он — врач, ему видней.

— Врач?! Шутишь? Не гинеколог случайно? — засмеялась сестра.

— Дура ты! Дай поспать.

Еще через три часа я проснулась сама.

Дима звонил пятнадцать минут назад. Видимо подсчитал, сколько я просплю от двойной дозы снотворного, а может просто совпадение. Появилось свободное время между пациентами.

«Уже проснулась. Все норм», — отправила я сообщение. На что получила короткое «ОК».

Пока варился кофе, я мыла посуду. Появления Виктора я опасалась, поэтому старалась о нем не думать. Я просто не готова к встрече с ним. Убеждение, что он не существует, очень глубоко залегло в моем сознании. Мне нужно время, чтобы осознать обратное, принять, проанализировать. Для начала я должна встретиться с его коллегой. Вот об этой встрече я и задумалась: составляла вопросы, продумывала их очередность.

Шипящий кофе, как бурлящая лава вулкана, пополз из турки на плиту. Турку я подхватила, остатки пены стекли уже в раковину.

— Проснулась наконец!

Настя заставила меня вздрогнуть. Она стояла одетая: в свитере и джинсах. Живот уже заметно подрос, и неудивительно, что мама догадалась о беременности. Хотя подробностей того их разговора я до сих пор не знала.

— Вась, я домой с ночевкой поеду. Мне утром анализы сдавать, с обеда к врачу на прием. Вернусь скорее всего послезавтра днем. Так что можешь спокойно приводить своего гинеколога.

— Он — психотерапевт, — сказала я и обиженно отвернулась. Выносить ее издевки не было ни настроения, ни желания.

— Ни фига себе, — присвистнула Настя и пошла одеваться. Вскоре входная дверь хлопнула, и я осталась дома одна. Мне стало страшно. Не думать о Викторе я не могла, а его появления боялась.

«Поужинаем?» — пришла спасительная смс-ка от Димы.

Я пригласила его к себе и едва успела к его приходу привести себя в порядок и приготовить ужин. Помогли мамины замороженные котлетки. Полуфабрикаты — величайшее изобретение современности!

Мы лежали в темной комнате. За окном быстро стемнело, а включать свет не хотелось. Дима громко вздохнул — пришло время уходить.