— Вы льстец. Разбудили девушку среди ночи и нагло ей льстите.

— А девушка не хочет рассказать почему не встречает Новый год, как все нормальные люди?

Он прищурил свои серые глаза и внимательно смотрел в мои.

— Трудно ответить в двух словах.

— А я не спешу, — сказал он, открывая шампанское. После тихого хлопка из бутылки пошел дым. Кирилл встал, открыл шкафчик над раковиной, достал два высоких стакана. — У меня дежурство в девять начинается.

Он разлил игристое, поставил передо мной стакан, и сел за стол.

— Конфеты будешь?

Не дожидаясь, ответа, он сорвал пленку и открыл коробку.

— С Новым годом! — произнес Кирилл.

Мы чокнулись, выпили до дна и съели по конфетке. Откровенничать не хотелось, точнее во мне много чего накопилось, но излить все на незнакомца, да еще в новогоднюю ночь было бы жестоко.

— А ты почему не остался с родственниками?

— Они детей уложили, и там намечается грандиозная пьянка, а мне на работу утром. Проще сбежать, чем объяснять, почему не пью.

— А у меня традиция такая: одной Новый год встречать, — шампанское достигло цели, и я стала разговорчивее. — В прямом смысле одна я первый раз встречаю, а без пары остаюсь всегда под Новый год.

Кирилл погрустнел. Его мужественное лицо, стало еще суровей.

— В этом году тоже?

— В этом году я сама все оборвала, когда поняла, что такие отношения — это тупик. Да и отношений-то не было. Гуляли вместе по улицам два чужих человека, хватаясь друг за друга, как за последний шанс избавиться от одиночества. Не об этом я мечтала.

— А о чем? — серьезно спросил Кирилл, будто волшебный посох Деда Мороза был еще у него в руках.

— Семью хочу, детей. Искренних, открытых отношений. Ну, и любовь само собой, чтобы взаимная, а не так: один любит, а другой по сторонам смотрит, в поисках лучшего варианта.

— У тебя и такое было?

— И такое, — вздохнула я и придвинула пустой стакан к бутылке. — При чем я побывала по обе стороны. Сначала думала, что за это и расплачиваюсь. Но бумеранг все возвращается и возвращается, конца не видно.

Кирилл налил шампанское, мы чокнулись, и я продолжила:

— Еще в школе я с парнем встречалась, а нравился мне его друг. Два года встречались. Счастьем для меня было, когда мы втроем гуляли. Свои чувства я скрывала, а его друг был настоящим другом, он на меня даже не смотрел, как бы откровенно я не наряжалась. Глупая, игралась чувствами человека, а он меня очень любил. В один прекрасный день мне все надоело, и я предложила расстаться, кстати, под Новый год. Никогда не забуду его глаза, наполненные слезами. После этого он пить начал, девчонок менял каждую неделю. Как будто вместо меня мстил всем, кто попадается на пути. Потом вроде женился. Знаешь, я думала меня все так будут любить, как любил он. Но нет, никогда я так сильно не ошибалась.

Кирилл внимательно слушал, разлил остатки шампанского, и мы допили его.

— Потом появлялись новые поклонники. Один постоянно рассказывал пошлые истории якобы из своей жизни, а я слушала и пыталась найти в нем плюсы, закрывая глаза на минусы. Но к счастью, за неделю до конца года он исчез, перестал приходить и звонить. В соцсетях он активничал, поэтому я вздохнула с облегчением: он жив-здоров, и мне не пришлось говорить с ним о расставании. Другой потенциальный жених, как крот из сказки про Дюймовочку. Однажды решил разориться и подарить мне цветы. Зашли в магазин, он выбрал самые дешевые, с засохшими листьями три розы и вручил мне их с таким видом, будто это самый большой бриллиант в мире. Видел бы ты ухмылку продавщицы. Я отказалась встречать Новый год с его друзьями, а он обиделся и больше не пришел. Но даже не в жадности дело. Если бы я влюбилась, то не замечала бы ничего, засушила бы на память эти розы и любовалась бы ими перед сном.

Я замолчала и перевела дыхание, потому что дошла до самой болезненной для меня истории.

— Мужчина моей мечты встретился мне гораздо позже. Когда я увидела его, сразу поняла: Это Он! Вот тут я и ослепла, и поглупела. Не видела ни лжи, ни равнодушия, ни жадности. Я примерила на него шаблон своего идеала и не хотела замечать, что он совпал лишь внешне. Через два месяца, в середине декабря, он сказал, что так и не смог меня полюбить и не хочет больше тратить без толку мое время.

Я встала, чтобы включить чайник и отвернуться от Кирилла. Эта история до сих пор ранит меня, не хотелось показывать, как от боли скривилось мое лицо.

— Кстати, он был моим первым, — добавила я.

Из шкафчика я достала печенье, из холодильника кекс, нарезала его. Все красиво разложила на блюдо и поставила на стол.

— Вот я зануда, да? — спросила я, уже улыбаясь. Кирилл взял у меня из рук кружку с кипятком и опустил в нее чайный пакетик.

— Нет, совсем нет.

Он больше не смотрел на меня, как будто ему стало стыдно за своих собратьев.

— После той истории я думала, что расплатилась сполна. Столько слез пролито, столько мыслей передумано. Я копалась и копалась в себе, выискивала допущенные ошибки. Вспоминала все мгновенья, проведенные с ним и упрекала себя за каждое слово, сказанное невпопад, за излишнюю навязчивую заботу, за поведение, которое теперь казалось несуразным. Я возненавидела в себе все: прическу, лишние килограммы, писклявый голос, неопытность в постели.

Я отпила чай и обожгла язык.

— Два года мне понадобилось, чтобы принять себя такой какая есть. Я познакомилась с молодым человеком, мне с ним было легко и интересно, внешность вообще перестала что-то значить для меня. Как мне казалось, все у нас было идеально, а на самом деле я лишь стала для него спасательным кругом, после расставания с девушкой. Когда она поманила его обратно, он с радостью побежал, помахав мне на прощанье рукой. И снова незадолго до Нового года, — подытожила я и, пристально взглянув на Кирилла, спросила: — Дедушка Мороз, подойдут мои новогодние сказки вместо стишка?

Он усмехнулся.

— Я испортила тебе праздник?

— Ты? Нет, — улыбнулся он. Под бородой я рассмотрела ямочки.

— Давай теперь ты колись, почему сегодня один?

— Ты же знаешь, что врачи звезд с неба не хватают, — посмотрел он в глаза и снова опустил взгляд. — Я поехал на войну по контракту. Хотел заработать на свадьбу и на новую мебель. Приехал без предупреждения. Купил ей шубу, кольцо с бриллиантом, букет — еле смог его обхватить. Позвонил в дверь, а мне открыл мужик в трусах и спросил: «Вам кого?» Она вышла из спальни, я сказал: «Мне ее», швырнул на пол цветы и ушел. Все банально. Как в анекдоте.

— Шубу и кольцо хоть не швырнул?

— Нет, сестре подарил. Она уже неделю от счастья прыгает.

— Это ты правильно сделал. Кирилл, — посмотрела я на него, — ты только зла не держи на нас всех. Не все такие, просто тебе не повезло в это раз.

— Спасибо за поддержку, Василиса-прекрасная. Пора мне домой.

Кирилл поднялся, собрал атрибуты Деда Мороза и направился к двери, я пошла следом, чувствуя себя рядом с ним маленькой и хрупкой со своим лишним десятком килограмм.

— Спасибо тебе, Дедушка Мороз, за компанию! — помахала я ему рукой, и пока он ждал лифт спросила: — Если вдруг понадобится, вырежешь мне аппендицит?

— Вырежу, — рассмеялся он.

Дверь лифта захлопнулась. Я выключила везде свет, улеглась в постель и потянулась: а не лучший ли это Новый год за последнее десятилетие?

Эгоистка! Выплеснула на постороннего человека негатив, накопившийся за полжизни. Проговорила вслух то, что даже мысленно для себя избегала сформулировать. Признаться в своей женской несостоятельности — не так уж и страшно. Будто из тумана вышла. На горизонте прояснилось, и проблеск светлого будущего мелькнул на мгновенье.

Я закрыла глаза, чтобы оставаться в этой эйфории как можно дольше. Уснуть и наконец-то выспаться. Приятное эмоциональное послевкусие от кухонных откровений медленно затягивало меня в дрему. Из своих мрачных будней я плавно улетала в бело-розовый мир снов. Мертвец из кошмара мелькнул перед глазами. Тревога вернулась, а вместе с ней утомительное ночное бодрствование, зудящее желание поспать с невозможностью отключиться даже на пару часов. Так и до психушки недалеко.