— Ты сделаешь, как я прошу, или нет? Если нет — мне жаль, но нам придется расстаться здесь и сейчас. — Он медленно поднимается со стула. — Если тебе нужны деньги, я могу помочь...

— Эй, притормози. — Я поднимаю руку. — Я не возьму твоих денег. Я готова получать их за честную работу, и никак иначе. Я не нуждаюсь в подачках.

Его взгляд немного смягчается. К моему удивлению, он кивает.

— Согласен.

— И клянусь, я не пытаюсь всё усложнить, — быстро добавляю я. — Просто… помоги мне понять. Очевидно, для тебя это важно, иначе ты бы не стал об этом просить. Но давай без всей этой загадочности. Просто поговори со мной. Скажи прямо, чего ты от меня хочешь, а я скажу, смогу ли это сделать.

Он медленно садится обратно.

— Что, если я скажу тебе бежать?

— Типа, из магазина?

Он кивает.

— Из магазина... откого-то в магазине... или отменя .

Черт, почему даже только мысль о бегстве от этого мужчины уже заводит меня? Я быстро прогоняю мысленный образ.

— Да, если мой босс вдруг ни с того ни с сего прикажет мне убегать от него, я, скорее всего, так и сделаю.

— А если я скажу тебе не прикасаться к чему-то? Или не разговаривать с кем-то? Если прикажу немедленно уйти и не задавать вопросов почему?

Я пожимаю плечами.

— Честно говоря, все это звучит довольно адекватно... разве что контекста немного не хватает.

— Значит, мы договорились? Ты согласна с правилом слушаться моих приказов?

Ладно, разве все это не ужасно странно? Конечно. Но даже если бы у меня был выбор, у меня такое необычное чувство, что я могу доверять Джасперу Прескотту. И я точно доверяю Фиби. Она бы не предложила мне работу, где мне бы угрожало неожиданное расчленение. Выдержав его пристальный взгляд, я киваю.

— Отлично, договорились. Независимо от того, покажется мне твой приказ разумным или нет, пока я нахожусь в твоём магазине, я буду доверять твоему суждению и слушаться тебя.

Я невольно улыбаюсь, специально используя его слово.

От него ничто не ускользает. Он хмурится ещё сильнее.

— Хорошо. Тогда правило номер два…

— Подожди, стоп. — Я снова поднимаю руку. — Сколько правил всего?

— Это и еще одно.

Я вздыхаю, опуская руку.

— Хорошо, давай, говори.

Между нами повисает тишина. Наконец он тихо ругается себе под нос и говорит:

— Если увидишь на острове ворона, особенно рядом с магазином, сразу же сообщи мне.

Я откидываюсь на спинку стула.

— А что, вороны какие-то опасные?

— Они чужаки, — рычит он, и в его глазах вспыхивает ничем не прикрытая ненависть. — И несут только разрушение. Они настоящее бедствие для этого острова.

— Господи, он еще и воронов ненавидит, — бормочу я. — Эй, быстрый вопрос. Обычно на этом месте твои свидания идут наперекосяк, да? Ну, знаешь, когда девушка уходит в туалет до конца вечера, а потом перестает отвечать на звонки?

В ответ он лишь снова закатывает глаза. Может, начать вести ежедневный счет? Когда дойду до десяти, он будет должен мне приз. Назовем это упражнением по сплочению коллектива.

— Я вхожу в совет Фонда экологии острова Берр, — объясняет он тем же сухим, официальным тоном, будто ему регулярно приходится объяснять свою эксцентричную ненависть к воронам. — Сейчас мы отслеживаем всю активность воронов на острове, чтобы держать их численность под контролем. Так что, если увидишь хоть одного, сразу сообщи мне.

— Конечно. Никаких воронов. Поняла. Последнее правило?

— Правило номер три - никогда не снимай с Пиклза его ошейник.

Проходит добрых десять секунд, прежде чем я снова начинаю смеяться.

— Тебе покажется это странным, но я немного разочарована.

— Почему?

— Ну, по сравнению с первыми двумя, третье правило какое-то скучное.

Но, видимо, самому Джасперу его правила не кажутся какими-то странными, потому что он начинает подробно объяснять.

— Пиклз любит где-то шастать. Но он никогда никуда не встревает. Проблема в том, что некоторым владельцам других магазинов не нравятся коты, гуляющие по острову. Уже несколько раз они вызывали службу контроля за животными, чтобы его забрали.

У меня внутри все сжимается.

— Боже. То есть они хотят его усыпить? Просто потому, что он гуляет где вздумается? Какое-то варварство.

— Добро пожаловать на остров Берр, — бормочет он. — К счастью, я в хороших отношениях с Тони и Джебом из службы отлова животных. Они хорошо знают Пиклза. Этот ошейник показывает остальным, что он местный. Так что никогда его не снимай, хорошо?

— Да, хорошо. Проще простого. — Оттолкнувшись от стола, я встаю. Он повторяет мое движение. — Так что, закрепим сделку рукопожатием, босс? Ты нанимаешь меня на лето продавцом, я живу здесь бесплатно, и пока соблюдаю твои правила, сохраняю эту работу до тех пор, пока осенью не вернусь на материк. Договорились?

Он медленно обходит стол. Я знаю, что где-то в наших правилах есть и запрет на секс, но, Боже мой, какие же у этого мужчины плечи. Им позавидовал бы сам Атлас. Настоящие плечи, способные удержать на себе целый мир. Держу пари, он мог бы швырять меня по этой квартире, как тряпичную куклу.

Должно быть, что-то всё-таки отражается у меня на лице, потому что он тихо стонет. Я слишком хорошо знаю этот звук. Так стонут от досады и попыток отказать себе, когда до боли хочется того, чего нельзя получить.

— Берди?

— Мм?

От его раздражения и нетерпения не остаётся и следа. Клянусь, я никогда не прощу Фиби, что она не предупредила меня, как выглядит её дядя. Его серые глаза словно начинают светиться жаром, пока его взгляд медленно скользит по моему лицу, пересчитывая все мои пирсинги. Обычно я о них даже не вспоминаю. Но под взглядом Джаспера каждый из них начинает покалывать.

Вздыхая, он качает головой.

— Это ошибка, не так ли?

— Огромная, — шепчу я. — Если так пойдет, сильно сомневаюсь, что мы оба переживем это лето.

— Я добавляю четвертое правило.

Я киваю, позволяя его голосу привлечь меня ближе.

— Что ж, в этом есть смысл. Ты знал, что во многих культурах число четыре это священный знак постоянства. А мы бы не хотели ничего непостоянного между нами...

Кончиками пальцев он касается моих губ, обрывая нервную болтовню.

О, Боже, он собирается поцеловать меня.

А я собираюсь ему позволить.

Потрясающе. Молодец, Берди. Ты продержалась десять минут.

— Что за четвертое правило?

Его взгляд прожигает меня и он опускает лицо. Я машинально откидываю голову назад. Вот так оно и бывает. Позже я пожалею об этом. Его губы приоткрываются, как будто он колеблется, и, клянусь, я уже готова вскарабкаться на него, как на дерево.

— Что за правило? — Повторяю еще раз.

Его пальцы легко, как перышко, касаются изгиба моей шеи, и по рукам тут же пробегает дрожь.

— Джаспер ...

— Берди… — Кончиками пальцев он медленно проводит по моей грудине, а его потемневший взгляд скользит следом, всё ниже. — Такое красивое имя.

— Какое четвертое… ах… — Я удивлённо ахаю, когда его вторая рука скользит мне за шею и зарывается в волосы. Сжав их в кулак, он резко притягивает меня вплотную к своей крепкой груди. Боль, вспыхнувшая в коже головы, пронзает меня, словно удар молнии, разливаясь по всему телу.

— Берди, — рычит он, и от его голоса меня бросает в жар. — Я…

— Эй-эй! Берди, ты здесь?

У нас есть всего несколько секунд, прежде чем Фиби с грохотом начинает подниматься по шаткой пожарной лестнице. Я буквально отпрыгиваю от Джаспера и, ударившись бедром о стул, торопливо отхожу от него на приличное расстояние. Пытаясь совладать с румянцем, который, я уверена, уже пылает у меня на щеках, я резко оборачиваюсь как раз в тот момент, когда Фиби появляется в открытом дверном проёме.

Широко улыбаясь, она протягивает два кофе.

— Как и обещала! Девочка, ты не представляешь, какой эпической борьбы мне стоило заполучить его. Сегодня везде просто какие-то сумасшедшие очереди. Мне не помог даже флирт.