— Шаман, тебе не надоело на мозг капать? — вздохнул я.

— Так это у меня призвание такое, в бубен бить пока у окружающих просветление не начнётся, — развёл руками Влад.

Два дня спустя мы сидели той же компанией в офисе Сабира. Только уже не смеялись.

Влад молча положил передо мной папку с распечатками и пару флешек.

— Дерьмо история, — жёстко произнёс он. — Совсем дерьмо, Гор. Походу, и ты, и девочка эта, Марина, попали в такой замес, что непонятно почему вас вообще решили отпустить, а не по-тихому избавиться от слишком явных доказательств своих дел.

— Когда Влад скинул мне первую инфу, я тоже решил попробивать, но с другого конца, — отошёл к окну Сабир. — Вот что выходит. Вся медицина у нас в городе, да и не только, плотно сидит в лапах некоего Валерия Стерохина. Он не из наших. Говорят его сюда поставили из Москвы.

— Стерохин, Стерохин... - задумался я. — Я где-то эту фамилию слышал.

— Это человек, который решает, кто получит госзаказ, кто выиграет тендер на обеспечение больниц, на ремонт, какие аптеки получат право отоваривать рецепты, — перечислил Сабир.

— Точно! А у этого Стерохина сына Толика нет? Потому что, насколько я помню, именно под этого Валеру моя тёща хотела подложить Маринку, чтобы решить проблемы своих аптек — всплыл в памяти случайно подслушанный разговор.

— Есть. Кстати, адреса, где раньше располагались аптеки твоей тёщи, проверили. Там по-прежнему аптеки. Только с другим названием и принадлежат... Стерохину Анатолию Валерьевичу. — Многозначительно усмехнулся Мавр.

— Погоди, это как? Он же ещё три года назад торчком был, — начинал разбираться в этих пазлах я. — Это отчего его так вштырило, что талант предпринимателя проснулся?

— Официально, наш Анатолий на пмж в Испании. Управляет от его лица наёмный директор, а контролирует, чисто помогая сыну, старший Стерохин, — оскалился Влад.

Хотя нет. Сейчас с нами явно был его альтер эго, как это стало модно называть. Шаман.

— Похоже неугодного наследника папаша просто запер в какой-то платной больничке, — вставил своё слово Тайгир Тахмиров. — На свободе такие родственники быть точно не должны. Уж больно мысли в больные головы приходят... Дерьмовые.

Отношение обоих Тахмировых к подобным зависимостям было понятным. Их сводный брат, алкаш и нарик, был причиной смерти почти всей семьи и долгое время травил единственного сына Амирана.

— Об этих планах ещё моя тёща трепала, — подтвердил догадки Тайгира я.

— Мать Марины начинала очень скромно. И лет пять весь её бизнес представлял из себя два ларька на разных концах города. Но похоже она прекрасно чуяла, где и как можно найти выход к мутной воде, в которой, как известно, улов больше, — скривился Сабир. — Смотри, тут Кира для наглядности схемы нарисовала по годам. Вот отправная точка, примерно в это время твоя тёща постоянно светится рядом со Стерохиным. И чем чаще её замечают рядом с этим товарищем, чем плотнее её приписывают к, скажем так, свите данного персонажа, тем лучше у неё дела. Сеть аптек растёт в геометрической прогрессии. Совсем другие помещения. Многие берутся не просто в долгосрочную аренду, но и выкупаются. Естественно, большая часть тендеров и госзаказов попадает в руки твоей тёщи. И следующие лет десять, примерно до тех пор, пока вы с Мариной не сошлись, её мать уверенно занимает положение среди самых обеспеченных и влиятельных людей города.

— Схемы бизнеса становятся всё мутнее, она уже почти в открытую перестают соблюдать хотя бы видимость законопослушного предпринимателя. — Добавил Влад.

— Зарвалась, — озвучил и так понятное всем собравшимся я.

— Она по-прежнему получала огромные суммы, как оплату госзаказов. Всё больше лицензий на отпуск рецептурных лекарств... Она была уверена, что благодаря покровительству Стерохина ей ничего не угрожает, — сел в кресло Сабир. — Документы вон, в папке. Судя по всему, аппетиты росли не по детски.

— И откаты соответственно тоже, — хмурился Тайгир. — Вот только мне сложно поверить, что эта женщина была дурой. А значит не могла не понимать, что не смотря на всю её верность, она всего-навсего канал получения бабок. И Стерохин получал свою долю, как я думаю, не малую, а отвечать за всю сумму предстояло ей. Смена способа обнала это залог безопасности получателя. Примерно по такой же схеме работают все барыги на трафике. Очевидно, что чем больше такой обналичник знает и чем больше через него прошло, тем болезненнее будет перекрытие этого канала.

— Ты же слышал, что в последнее время перед той истории мать Марины всеми силами и средствами пыталась перевести их отношения со Стерохиным на новый уровень, — напомнил Сабир.

— В родню пыталась попасть, — непонятно зачем уточнил я.

— Даже кровные узы не являются гарантией, — напомнил нам всем Тайгир.

— Она видимо считала иначе, — пожал плечами Сабир.

— А теперь начинается та часть истории, в которой принял участие ты, — взял слово Влад. — Где-то по осени, твоя тёща смогла ухватить невероятно крупный заказ. Фактически, она должна была обеспечить медикаментами все больничные склады юга. Так называемый больничный фонд. Те лекарства и прочие материалы, которые получают пациенты больниц.

— Пи@дец! — попытался я представить эту сумму. — А задница бы не порвалась? Она вообще что ли ох@рела? Тут какие объёмы поставок, склады хранения, откуда брать... И явно же, что за всё спросят! Даже я это понимаю.

— И не говори. Там наверное один откат в ярдах считался, — согласился Влад.

— Скорее всего, она просто не смогла отказаться. — Задумался Тайгир.

— Решили по максимуму качнуть напоследок, а потом слить. — Согласился с ним Сабир, куда больше меня понимавший во всех этих подковёрных играх.

— Кто там и что решил, мало интересно. Всё равно всё пошло по одному месту. — Продолжил Влад. — Кто с кем не поделился и какие там были договорённости теперь не узнать. Но внезапно началась серьёзная проверка. И не местная, то есть рычагов давления у Стерохина не оказалось. И соответственно, кто-то должен был за всё ответить, прикрыв при этом самого Стерохина. Кандидатов на эту роль было немного. Точнее, никого, кроме матери Марины. Её приняли за неделю до тебя. Ну, там и проверять особенно было нечего. А вот дальше, куча странностей. Ни тебя, ни самой Марины по делу не привлекали. Точнее, Марину якобы пригласили для опроса, но приняв во внимание, что мать и дочь давно не общались и отношения разорваны, не стали приобщать её показания к делу. По официальной версии, они никак не проясняли картину. О тебе и намёка нет.

— Да? А где же это я тогда так неудачно упал, что очнулся гипс, подгузник и жрать только кашку? — охренел от новостей я.

— Это у тебя надо спросить, где ты шаро@бился до выбитых зубов и сломаных рёбер. — Оскалился Влад. — Но, в те же самые даты, а точнее в ночь с субботы на воскресенье, в СИЗО скончалась мать Марины. Официально, причина смерти указана как обширный инфаркт. В связи со смертью главного подозреваемого дело закрыто. Да ещё и, вот дела, местная шпана давно баловалась поджогами. В этот раз очень неудачно подожгли здание аптечного склада, где в этот момент шла проверка поставок. Мать Марины утверждала, по материалам дела, что все медикаменты в полном объёме ждут отправки по больницам. Из-за пожара подтвердить или опровергнуть данную версию стало невозможно.

— Главный подозреваемый у тебя всё, кончился. Дело закрыто, — как будто сквозь туман донеслись слова из того далёкого утра, которые я сейчас повторял. — Вот что они означали.

Наш разговор прервало уведомление о том, что мой заказ доставлен адресату. Сам не знаю почему, но цветы и сладости я отправлял в больницу каждый день.

— И что там дальше? Это же явно не всё, что ты накопал, — спросил я у Влада, уставившись в телефон.

— Конечно не всё. Вот только есть нюанс. — Побарабанил пальцами по столу Влад. — А зачем?