Та только кивнула, осторожно отступая.

Через минуту я услышал, как она передаёт мои слова, быстро спускаясь.

Я вдохнул и распахнул дверь, шумно затаскивая сумки вовнутрь.

Роман.

В башке молнией сверкнула мысль, что коммунальщики похоже оказали нам услугу. Из-за того, что гости не видели мою машину, они скорее всего не подготовились к нашему возвращению. И неизвестно, успел бы я отослать Марину с Мотькой.

Взгляд зацепился за брошенные на тумбочке ключи. Та самая связка с зелёным ключом домофона, которая пропала вместе со старой курткой Белки в квартире моей матери.

Я изображал обычное возвращение ничего не подозревающего человека домой. Наверняка товарищи в курсе, что я тут очень частый гость. Время утекало, и надо было быстро решать, в какой комнате искать гостей. Я предположил, что он выбрали спальню. Удобно наблюдать за входом в подъезд в ожидании хозяев. Вернее хозяйки.

В углу стояли засунутые друг в дружку старые валенки, которые Мурз использовал как когтеточку. Ещё раз похвалив себя, что не просто попросил кого-то приходить кормить кота, а сплавил Мурза подальше, я незаметно поднял валенки.

Резко швырнул их в комнату и заскочил следом, ударив по выключателю. В комнате было трое, ещё один заскочил следом за мной, со стороны зала.

Но я не идиот, чтобы оставлять за спиной большую часть квартиры, не зная кто там. Летящие валенки навели шороху, прилетев прямо в голову тому, кто видимо затаился напротив входа.

Представив на секунду, как ничего не подозревающая Белка, быстрым шагом входит в комнату и врезается в этого амбала, я почувствовал, как во мне проснулось бешенство.

Самый шустрый, успевший кинуться мне наперерез, быстро об этом пожалел. Осколки сломанной кости пропороли его кожу чуть выше локтя.

— Не хер чувствовать себя как дома, и раздеваться, — рыкнул я, всаживая кулак в бок второго.

Мышечный корсет на теле неравномерен, и есть места, которые никак не накачать. Например, рёбра сбоку, примерно на уровне солнечного сплетения, если нет жира, практически беззащитны. А броники ребята решили не надевать.

Резкий, громкий хруст лучше всего подсказал, что я угадал с местом удара. Мой противник начал хватать воздух ртом, видимо не хватало дыхания. Да и становящаяся всё более красной от крови слюна намекала, что сломанные рёбра задели или вообще пробили лёгкое.

Однако ребята пришли в гости не с пустыми руками. Тяжёлая бита опустилась со всего размаха уже на мою руку, на внешнюю сторону кисти. И тут же, что-то тяжёлое прилетело мне в голову. Я успел на рефлексе отдернуть голову, и удар пришёлся по челюсти. Почти сразу заполнившийся кровью рот подсказал, что меня снова ждёт встреча со стоматологом.

— Баба где? — заверещал тот, которому я в самом начале сломал руку. — Её велели притащить. Этого с@ку кончайте! И так...

Что там у него "и так" мы все узнать не успели. Время, что потребовалось парням, приставленным в качестве охраны к Марине, на то, чтобы добежать до квартиры истекло. И к нашим посиделкам добавились ещё три комплекта кулаков. У парней и стволы при себе были, но стрелять в квартире в жилом доме было чревато.

Хотя один из подосланных дебилов вытащил нож и начал им размахивать. Тихий и незаметный Омар быстро его угомонил, вывернув руку так, что этот герой собственным ножом проткнул себе ляжку. Не зря Мавр всегда говорил, что если не умеешь пользоваться ножом, то лучше не трогай. А то и выглядишь смешно, и сам себя повредишь с большей вероятностью.

А ещё был очевиден большой про@б в организации охраны. Мы почему-то исключили момент, что какие-то гондоны будут ждать Марину уже в её квартире, а не вести от работы или ещё откуда.

И хорошо, что я заметил тот след, который оставило на Белке пережитое.

Оставшихся на ногах придурков быстро скрутили и уложили в рядочек. А ещё минут через десять в квартиру вломились Шаман, Упырь и Мавр. С такой толпой, как будто здесь не четыре у@бка, а целая армия в засаде.

Естественно на это, а ещё на шум начали выглядывать и возмущаться соседи.

— Что здесь вообще происходит? — ругалась Светлана Васильевна. — Ой!

Увидев мою рожу, она испуганно прикрыла рот рукой.

— Простите за шум, — уверенно поднималась по лестнице Марина. — Пришли домой, а в квартире воры. Это они вам дверь испачкали, чтобы вы случайно не увидели, как они дверь вскрывают. Рома их удерживал, чтобы не сбежали. А это наши друзья и родственники на помощь приехали.

— Мариночка, но в полицию же надо было сразу звонить! — заохала соседка.

— Правильно, — добавил сосед снизу. — Полицию вызывайте, может прикроют хоть на пару лет. А пока те едут, этому ворью хорошенько пи@ды ввалите! Нашли кого грабить! У нас же здесь одни олигархи живут!

— Спокойно, господа. Всех вызвали. И полиция уже тут, и прокуратура, — следом за Мариной поднимались Глеб и пожилой мужик в парадной строевой форме.

Впрочем этого вполне хватило, чтобы убедить всех, что вот она, власть закона. На самом деле, спроси обычного человека, чем отличается парадная форма двух прокуратур, и никто не ответит. А мне одного взгляда хватило, чтобы понять, кто это.

Помимо присутствия Глеба, выдавало папашу и действительно явное сходство, которое не смогли скрыть ни возраст, ни болезнь. Даже гладко выбритый череп не сильно мешал узнаванию.

— Мариш, давай ты на улице побудешь, а? — предложил я, не желая чтобы она видела погром в своей квартире.

— Нет! — сжала она губы так, что они превратились в тонкую линию. — Они же за мной пришли, да? Опять?

— Что значит опять? — тут рядом нарисовался брательник.

— Долгая история, потом расскажу, — отмахнулся я.

— До твоего потом не все могут дожить, так что лучше не откладывать, — встал прямо передо мной отец. — Может в квартиру пройдём? Осмотрим место происшествия.

— Белка, правда, не стоит, — попытался я всё же остановить Марину, запоздало вспомнив, что эпицентр погрома находится как раз в спальне.

Она с таким вниманием и старанием создавала там уют, обустраивала гнёздышко для Мотьки. А сейчас там всё сдвинуто, детская кроватка сломана, на полу лужи крови, светлый ковёр безвозвратно испорчен.

Марина отвела взгляд в сторону, ещё крепче прижав к себе Мотьку. Сын, на удивление молчал и играл в гляделки с моим папашей, только руки на шее Марины не расцеплял.

— Всё настолько плохо? — тихо спросила она.

— Как в стишке. Помнишь? Приходил ко мне Серёжка, поиграли мы немножко, — попытался отшутиться я и поймал застывший взгляд Марины.

Стараясь её успокоить, я совсем забыл о своих боевых трофеях во всю челюсть. А тут как специально и на свет вышел, и побитой стороной морды развернулся. Постарался отвести за спину руку, чем только привлёк внимание Белки. Кисть опухла и на ней наливалась цветом здоровенная гематома. Я подозревал, что просто холодным компрессом я точно не обойдусь.

— Малая, это не так страшно, как выглядит. Правда. Я привычный. И давай-ка мы Мотьку пересадим на другой насест. Марин, ну давай всё-таки к тебе побережнее относиться, а? Мотька вообще-то не пушинка, а ты с ним на руках по лестницам. Ты хочешь чтобы Алина и Лада спорили, кто мне первый башку свернёт? — постарался успокоить я Белку.

— И правда, Марина, а давай парня сюда. Посидит на руках у дядюшки Владушки, — не дожидаясь ответа попытался забрать Мотьку Влад.

— Ром, — развернулась боком, отворачиваясь от Влада Марина. — Я сейчас не ору от страха, только потому, что держусь за Матвея. Не отбирайте его. И... А если я кого-то узнаю?

— Слушай, а ведь верно, — почесал затылок Влад.

— Как же я не хочу, чтобы ты всё это видела, — вздохнул я. — Давай всё же Мотьку Владу отдадим, а для успокоения ты меня за руку держать будешь.

Я уступил и повёл её в комнату. Зашли мы на эпичном моменте. Папенька мой, сидел на краю кровати и уже вёл допрос. Тот, что сам себе в ляжку нож всадил попытался папеньку послать.