Вот только Влад выглядел слишком уж ехидно довольным, когда оторжавшись, передал белый прямоугольник Мавру. Сабир странно посмотрел на меня, на Булада и тоже начал смеяться.

— Что случилось? — сразу спросил я.

— Да вот, слушаем, как Монгол со своей красавицей познакомился. Оччень интересная история вырисовывается, — лыбился Влад.

— Монгол, ты всё Лена и Лена, она мол, юрист... - озвучил я свои догадки. — И она отсюда? Отдыхать на Байкал ездила?

— Да, здесь у неё правда никого не осталось. Кроме трёх подруг. Хочешь, расскажу, как их зовут? — ответил вместо Монгола Влад.

— Серьёзно? — опешил я. — Монгол, ты во всей своей Сибири никого другого найти не мог?

— А зачем мне кто-то другой, если я нашёл самую лучшую? — улыбнулся Монгол. — А теперь мне нужно поехать и сообщить ей, что я приехал.

— Позвонить никак? — спросил я.

— Неа, — заржал Влад. — Он же при расставании обидел девочку, она от него сбежала, даже адреса не оставив. Так что, держись, Рома, девочка с отпуска приехала злая, как хищная зверюга!

— Главное, чтобы эта хищница не успела Белке на уши присесть, — нахмурился я.

Переписку подруг я читал, и не единожды. И размер подвалившей проблемы примерно представлял. Да ещё и Монгол что-то совсем странное рассказывал. Со слов его Язвы, это я кинул Белку на бабки и подвёл под допрос.

Встреча Монгола закончилась нашим с Мотькой переездом в квартиру к Монголу. К счастью, квартиру сняли двухкомнатную.

Утром Монгол появился в костюме.

— А ты чего такой весь официальный? При костюме, — уточнил я.

— У Лены заседание в суде, я её там и встречу, — ответил Булад. — Заедем в офис, а потом поеду.

— В аптеку не забудь, от обострения язвы чего-нибудь захватить, — скривился я. — Я тоже в офис. Идейка тут нарисовалась. А потом тебя подброшу.

В офисе выяснилось, что и ещё один отправляется в ту же сторону. Кайрат, двоюродный брат Сабира, неожиданно для себя узнал, что он оказывается уже много лет, как отец двоих пацанов. Вот только как не старался, у него события не сходились.

Пока Булад ждал окончания заседания, а Кайрат пытался выяснить, каким образом у него родился старший сын до того, как он присвоил себе его мать, мы с Владом заняли место за большим столом в кафе через дорогу.

Первым вернулся Кайрат, следом пришёл Булад.

— Ну, вроде руки-ноги на месте, — хмыкнул я.

— Мы толком и не общались. Лена обещала сюда прийти, — предупредил Монгол.

Его язва не заставила себя ждать. Не стесняясь нас, она вылила на Булада ведро помоев, главным посылом которых было, что зря приехал. Я долго терпел, вспоминая высказывания этой девицы в свой адрес, и главное о Мотьке.

— А ты всегда такая правильная, и всё своими именами называешь? — не выдержал я.

Она повернулась ко мне с маниакальной улыбкой. Во взгляде этой Язвы была не ненависть, а откровенная брезгливость. И кажется вмешавшись, я открыл ящик Пандоры. Девица не постеснялась опуститься до угроз.

— Да давай, — хмыкнул я. — Ну, сяду, и? Мать сразу от сына попытается избавиться. Малого ждёт детдом. А ты сама веришь, что Марина это допустит? Сама же и будешь Белке помогать опеку оформлять. А я буду письма писать с признаниями. Надо же будет на что-то оформленный тобой срок тратить.

— Свободного времени у тебя не будет, Ромашка. Альфонсы, жигало, и прочие проституты с замашками стукача и доносчика на зонах очень заняты, — процедила она.

— За языком последи. Вот скажи, с херов ли вы решили, что я за чьи-то бабки жил? — осадил через край поверившую в себя девицу я.

— Ну как же, — расплылась она в змеиной улыбке. — А давай-ка напомню. Как твоя машинка поживает? Внедорожник, чёрного цвета. Хорошо, да? А кто на него кредит брал? И выплачивал потом со всеми штрафами и неустойками, работая на двух ставках? И когда, пожив за счёт восемнадцатилетней девчонки и сообразив, что ничего не светит, ты решил попробовать поднять бабла. А не вышло. Поэтому ты и исчез. А о своей профессии ты сам сказал. Когда эта самая наивная девочка, после всего, что ей пришлось по твоей милости пережить, едва пришедшая в себя после тяжелейшей черепно-мозговой травмы не могла до тебя дозвониться и пошла искать по клубам. И ведь нашла. Бухого, в компании шалав, с которыми ты чуть ли не совокуплялся прямо там. Что ты ей сказал? Мол, эта машина оплата за твой член. Не за бесплатно же ты его в её, не ручаюсь за точность цитаты, помойку пихал.

— Мы встречались с Мариной после её выхода из больницы? — охренел я.

— Не верю, актёр из тебя так себе, — скривилась Елена.

— Кредит, — мне показалось, что меня в этот момент от души кирпичом по затылку приложили. — Я забыл... Твою мать!

— Вот уркам об этом и будешь рассказывать. Чтобы собственной заднице передышку дать, — фыркнула девица и испарилась.

Я вообще не заметил, как она ушла. Я всё последнее время радовался тому, что не пересекался с Мариной перед контрактом. А выходит моя память, вырубленная нахрен пойлом, сыграла со мной злую шутку. Я закрыл лицо руками.

— Ещё и кредит? — вздохнул Влад.

— Вот куда все бабки у Маришки уходили, — понял я.

— Ладно, по пьяни ты ни хера не помнишь. Про кредит ты как забыл? — удивился Влад.

— Так мне следаки впарили, что никаких кредитов не было, и деньги взяты были с её счёта. И я даже и думать об этом забыл. Хотя прекрасно помнил, что машину мне Белка подарила. — Чувствовал я, как поднимается внутри холодное бешенство. — Ничего, у меня есть у кого поинтересоваться, что же за хрень тогда произошла.

Влад ещё утром сообщил мне, что тот следак, что вёл моё дело вышел на свободу, вернулся в город и сейчас работает сторожем с проживанием.

— Остынь. Не вздумай один лезть. — Понял моё состояние Влад.

— Мне нужно узнать, сколько денег отвалила за это время Белка. Сможешь помочь? — спросил его я.

— Так это проще через банк узнать, — предложил Кайрат.

— Монгол, смотаешься со мной на адрес? — попросил я Монгола, понимая, что Влад прав.

Роман.

Машину я оставил у кафе. Навещать недоброго знакомого из моего прошлого я отправился на пассажирском сиденье машины Влада.

— Мы и вдвоём бы справились, тебе к свадьбе готовиться надо, — не понимал я решения Влада. — Ты же изначально не собирался с нами ехать.

— Не собирался. Но чует моя жоп... Пусть будет интуиция, — внимательно осматривался по сторонам Влад. — Что надо с вами ехать. Ты ж потом всё равно ко мне придёшь. А тут я сразу и сам все уточняющие вопросы задам.

— Странно, — присматривался к окружающему пейзажу Монгол. — Трущобы какие-то.

— Это не трущобы, это вечный головняк для всего города, — хмыкнул я. — Во времена моей бабки, эта часть города вообще к самому городу не относилась. Это изначально вообще колония-поселение была. Всякие с неуголовными статьями здесь жили и работали. Потом стал вроде просто посёлок, потом посёлок городского типа. В основном рабочие на времянку здесь селились, ну и, как бабка говорила, всякая шушера. Там потом какие-то программы по благоустройству этого района вроде начинали. Даже расселение было. Собственно моя бабка так и переехала отсюда. Какие-то дома успели снести, это ещё при советской власти. Что-то даже начали строить. Но так на стадии фундамента и двух-трёх этажей блоков всё и осталось. В общем, одна из самых злополучных окраин города. Сюда сейчас даже менты только группой и не отходя от машины. А во времена, когда отец Мавра был, отсюда да с заводского посёлка весь бандитский подсос шёл.

Ощущение отовсюду и впрямь шло угнетающее. Часть домов была просто брошена, часть смотрела на мир заколоченными окнами. Тем хуже выглядели те, в окнах которых горел свет.

— Именно так должна выглядеть иллюстрация к словам "беспросветная безнадёга", — отвернулся я от вида за окном.

— И именно здесь где-то устроился на работу сторожем вчерашний зэк и бывший следователь? — хмурился Булад.