Говорить ей, что я с конца октября на строгой диете и голодном пайке, я не собирался. Наверное, впервые я сам получал кайф от того, как потихоньку приучал девочку к себе. Будил в ней те эмоции, которые до этого она не испытывала. Хотя спать с ней в одной постели становилось всё сложнее с каждым днём.

Я работал в охране, она в цветочном, теперь полный день, а не на подработке. Я, если был на выходном, а она работала, встречал её после работы. Она прибегала ко мне на сутки, принося что-то вкусненькое. Хотя я теперь ходил на смену с рюкзаком, в котором были три стеклянных контейнера с едой. Домашней, вкусно приготовленной едой.

— А у нас ёлки нет, — улыбалась она. — Смотри какой шарик, как будто горные вершины.

— Как для нас вывесили, — засмеялся я.

— Потому что с белками и горами? — спросила малая.

Историю про своего потерянного друга я ей давно рассказал.

— Ну и смотри, — хмыкнул я. — Ты Белка, любящая горы. Для меня белка зверь особый, а мой позывной был Гора.

Почему-то я решил, что нужно ей рассказать о том, что в прошлом я наёмник.

— Тогда точно для нас, — кивнула Белка, направляясь в магазин.

Из магазина мы вышли довольные и нагруженные новогодней лабудой. Помимо самой ёлки, которую ещё предстояло собирать, мы выбрали две гирлянды на окно. На ёлку Белка даже смотреть не стала.

— Дома две гирлянды невероятной красоты. Правда. Одна свечками, её на лапки прищепками крепить надо. А вторая разноцветными фонариками, — рассказывала она.

— Я стесняюсь спросить, а сколько этим гирляндам лет? Как только столько выдержали, — усмехнулся я.

— И ещё выдержат! — упрямо заявляла Белка. — И игрушки у бабушки тоже все хранятся. Ёлку просто настоящую ставили.

В итоге мы купили штук двадцать разных шаров с белками и с росписью в китайском стиле, где были горы.

Дальше наш маршрут лежал мимо автосалона. Там работал знакомый парень, он меня и окликнул.

— Ром, зайди, глянь какого нам красавца пригнали, — пригласил Арчи. — Просто под тебя!

Огромный джип сверкал дисками и боками. На полчаса я выпал из жизни.

— Белка! Запрыгивай, — подсадил я малую в салон, — пока Арчи разрешил.

Сам Арчи ухохатывался, наблюдая за мной и обсуждая начинку зверя. Но когда назвал сумму, я вернулся на землю.

— Мдаа, мне на него ещё лет пять копить, — вздохнул я, с сожалением хлопая по рулю. — Но хорош. Это же мечта, а не тачка.

— А в кредит? Скидку небольшую можно сделать, и если без доп обвеса, — задумался Арчи. — Погоди.

Вернулся он минут через десять. Сумма, которую он назвал была на триста косарей меньше, но от этого менее космической не становилась. Сказав, что подумаю, я взял притихшую Белку за руку и мы пошли домой.

— Тебе правда так понравилась эта машина? — хмурясь спросила она. — Или ты так говорил, только чтобы друга не обидеть?

— Арчи хороший парень, но он только давний знакомый. Друг, это что-то другое, — вспомнились мои пацаны. — А машина да, охренительная. А тебе не зашла?

— Ну, — замялась она. — Я в этом ничего не смыслю. Большая, ну и всё что я могу о ней сказать.

Я конечно тут же сорвался. Ну, как же! Свободные уши ещё не слышавшие от меня о моей мечте на колёсах. Почему-то Белке я мог легко об этом рассказать.

— У меня конечно есть накопления, — закончил я. — Скажем так, моя прежняя работа щедро оплачивалась. Но даже если я весь запас выгребу, будет только треть суммы.

— Та, прежняя, работа, — нахмурилась Белка. — Была опасной? Раз за неё так хорошо платили?

— Да. Наёмник ЧВК. Я воевал за деньги. Иногда думал, что наверное стоит вернуться. Там остались друзья. — Прямо ответил я.

— Хорошо, что ты туда не вернулся, — ответила Белка. — Пусть лучше твои друзья приезжают сюда.

— Это да, — хмыкнул я.

Ещё я не стал говорить, что на заначку у меня свои планы.

Утром я проводил малую на работу. Когда вернулся, у подъезда уже ждала бригада. Договаривался я в надёжном месте. Компания по строительству и ремонту принадлежала ещё отцу Мавра. Сейчас там присматривал его дед, пока сам дотягивал контракт. Насколько я помнил, у них с Шаманом остался последний год.

Зал и спальня были обклеены красными, почти тёмно-бордовыми обоями. В маленькой комнате с белыми пышными цветами, в зале с золотыми. Понятно, что за столько лет и золото стёрлось и белые цветы стали серыми. Но, бабушка Белки любила такие цвета. Если на кухне всё должно было быть белым, чтобы было видно, что чисто, то комнаты должны были быть в её понимании "тёплыми".

И это наверное было единственным, в чём взгляды внучки и бабушки расходились. Белке больше нравились белые и бежевые тона. Лёгкость, пространство и свобода.

Кто бы знал, как я выворачивался, чтобы вытянуть из неё это всё. Как вроде случайно вывел её на разговор на эту тему во время прогулки, когда мы "очень удачно" проходили мимо отделочного магазина. И как раз зашли погреться.

Я нарочно ткнул в тёмно-зелёные с огромными тропическими листьями. Мол, какие крутые.

— Ага, и постельное бельё под камуфляж, да? — округлила глаза малая.

— Тогда эти? — оранжево-апельсиновый цвет даже сейчас вызвал слюну и ощущение кислоты во рту.

— Если компоновать с контрастно спокойным, например, сливочным цветом, то возможно. Как яркий акцент. Но для комнаты, где проводишь много времени, я бы их не выбрала. Голова же болеть будет, так как яркие цвета раздражают, — улыбалась Белка. — Зато вот, смотри.

На сливочном, как называла этот цвет Белка, фоне вились гирлянды цветов. Причём у основания лепестки были приглушённых зелёных, розовых, сиреневых, синих и голубых цветов, а к кончикам все становились белыми и блестящими.

— Пастель и перламутр, идеально, — кивнула нам продавец.

Ещё Белке понравились просто белые с с какими-то бежевыми вьюнками и кофейные с какой-то белёсой осокой или даже бамбуком. Для меня если честно и те, и те были просто светло-коричневого цвета. А вот это "кофейный пудровый" мне вообще ни о чём не говорило.

К счастью, мебели в квартире было немного. Легче всего было освободить маленькую комнату, где стояла кровать, секретер с полками и небольшой трельяж с зеркалом. А вот неподъёмный шкаф мы просто сдвинули в сторону, чтобы можно было проклеить стены и обмотали бумагой.

К счатью, заниматься потолком мне было не надо. Потолки во всей жилой части были из наборных реечек, как и почти весь коридор, и самодельный шкаф. Да даже вешалка для вещей, зеркало и тумбочки были сделаны умелыми руками Степана Леонидовича.

Коридор предстояло клеить в последнюю очередь. И потому что мало площади под поклейку. И потому что сегодня должны были привести и установить холодильник и новую стиралку. Старые я уже вытащил на балкон, пусть Белка решает, что с ними делать. К счастью никаких накладок не случилось, и за час до окончания рабочего дня моей мажорки вся работа была закончена.

— Теперь плотно закройте двери и сутки в квартиру не входить. Иначе из-за сквозняков и перепадов температур обои могут отходить. — Предупредил меня старший отделочников.

— Как сутки? — обалдел я.

— Так положено, — попытался ещё раз объяснить далёкому от ремонтных работ мне старший. — Иначе могут быть проблемы.

— Да я понимаю, что в дуло перед стрельбой не заглядывают, — чесал я башку. — Ладно, придумаю что-нибудь.

Вопрос с ночёвкой стоял остро. Портить сюрприз не хотелось, но как объяснить Белке, что она не может пойти к себе домой?

— Ладно, попробую просто довериться, — ворчал я.

— Мы сегодня быстро закрылись, — довольная улыбка появилась на мордахе выскочившей на улицу Белки.

— Класс, — кивнул я и выпалил. — Сегодня ночуем у меня на хате.

— Что случилось? — удивилась малая.

— Ничего, но в квартиру ещё сутки возвращаться нельзя, — сказал я.

— Почему? Опять жэк вызвал подъезды от всяких насекомых травить и дома воняет? — предположила Белка.