— Не выходит? — подмигнул мне Глеб.

— А ты сам попробуй, — оскалился я. — Потом поговорим.

— Вот ещё, — фыркнул братец. — Но совет могу сразу дать. Представь, что у тебя поясница посреди жопы. Тогда прогиб в спине получаться будет легче, а от этого и шаг пойдёт чётче. Попробуй.

— Ого! Товарищ бальник? — хохотнул Влад. — И правда, этот момент в объяснении я упустил.

— Откуда? — с недоверием смотрел я на Глеба.

— Ну, что ты так удивляешься? Я же ещё в тот раз сказал, что танцы с кадетки терпеть не могу. А меня пихали в первые ряды, — пожал плечами Глеб.

— С чего это? — удивился я.

— С записи в личном деле. У меня мама педагог-хареограф. Мне и в детстве досталось с этими танцами, пацанов в бальных вечный недобор, — ответил Глеб. — Догадайся, кем мама все дыры пыталась заткнуть.

— Ага, а ты случайно вот эту парочку не знаешь? — Влад протянул ему фотографии, которые я стащил у Белки.

— Знаю, Димка и Марина. Одни из последних маминых учеников. Она всё переживала, что пара распалась. Родители парня уехали, ну и он само собой. А с Марининым характером подобрать пару без шансов, — ошарашил меня Глеб.

— А что там не так с характером? Вроде милая девочка, — не понял Влад.

— Только на фотках. Она упрямая и трудолюбивая была. Могла репетировать и отрабатывать проходку часами. Такое далеко не все могут выдерживать. Да и Димка её откровенно тянул вниз. Он физически не мог выполнить сложные элементы. Чем сильно резал рисунок танца. Зато тот арсенал, что у них был, был отработан больше чем на идеально. — Тут же рассказал Глеб. — А вот тут на фото мама. Переживает. А вот я, только отвернулся, поэтому любуйтесь моей макушкой. Погодиии

— Ага, — заржал Влад, сразу подтверждая догадку Глеба.

— Марина твоя девушка, ради которой ты танго осваиваешь? А сын? Это выходит моя мама тебе невесту воспитала? — удивился Глеб.

— Вроде того, — вздохнул я. — Так что действительно, зря твоя мама считала, что испортила мне судьбу.

Роман.

Вечером после ужина, когда я мыл посуду, а Белка игралась с Мотькой и Мурзом, я решил, что пришло время для одного важного разговора.

— Марин, давай прокатимся кое-куда, — начал я.

— Сейчас? — удивилась она.

— Нет, завтра. — Я решил не пытаться что-то объяснять, а сказать, как есть. — Помнишь же Влада?

— Владушка молодец? — улыбнулась Белка.

— Он самый. Но ещё большая молодец его жена. Алина, — прикрыл я воду. — Я не хотел, чтобы ты думала, что я пытаюсь давить на тебя или подталкиваю в сторону нужного мне решения. Но... Пара умных людей мне намекнули, что в нашем случае это не давление и не попытка решить за тебя, это, скажем так, уточнение ситуации.

— И ты через друга договорился о приёме для меня? — то, что Марина продолжала улыбаться, я посчитал добрым знаком.

— Ну, как он мне сказал, он просто уточнил время, — поделился я. — К Алине пробиться сложно, но она старается не отказывать. Влад говорит, что иногда ждёт жену по несколько часов. Поедем?

— Конечно, — кивнула Марина. — От таких предложений не отказываются. Спасибо.

— За что? — удивился я.

— Тебе за то, что думал о нас, — она положила ладонь на живот. — Владу и Алине, что откликнулись. Боюсь, я не смогу объяснить, насколько важным может быть для меня мнение такого специалиста, как Власова Алина. Попасть к ней для меня... Даже сравнить не знаю с кем или чем. И хорошо, что те умные люди дали тебе такую подсказку.

Утром Марина удивилась двум сумкам, которые я брал с собой.

— Малого у Сабира оставлю, мало ли что, — объяснил я, не вдаваясь в подробности. — А от Мавра уже с Владом поедем.

В доме Сабира нас встречала Кира. Влад, поздоровавшись с Мариной, потащил меня в сторону, обсудить пару новых всплывших моментов о нашем аптекаре.

А когда я зашёл за Мариной, застал удивительную картину. Мотька восседал на коленях у Марины. И даже достав интересующую его игрушку, снова возвращался к Белке. Словно впервые был здесь.

— Моть, ты чего это? — потянул я сына в сторону, к его явному неудовольствию.

— Он хвастается, — засмеялась Кира и повернулась к Марине. — Он всегда так внимательно наблюдал за мной, когда я брала на руки кого-то из сыновей. А теперь вот, показывает, что ты вся его, а мальчишкам меня приходится делить.

— Он просто очень добрый и ласковый ребёнок, да ещё и маленький, — чмокнула мелкого в макушку Белка.

— И как всякому маленькому, доброму и ласковому ребёнку ему хочется внимания и заботы, — мягко улыбнулась Кира, чуть опустив ресницы.

Марина в этот момент казалось, что и не слышала, что сказала Кира. Всё её внимание было сосредоточено на поднявшего к ней после поцелуя в макушку свою довольную мордашку Мотьке. Но слишком яркий блеск глаз выдавал, что каждое слово Сабировой лисы попало в цель.

Алину нам пришлось подождать. Едва мы появились в центре, как пожилая медсестра за стойкой регистрации поприветствовала Влада.

— Сразу в кабинет идите, наша на родах. Роженицу привезли внепланово. С йоги для беременных, — в тоне медсестры хорошо читалось всё, что она об этом думает.

Алина вошла в кабинет стремительно. В идеально белом и наутюженном халате. Только собранные в тугой узел на затылке волосы и след от шапочки на лбу выдавали, что она едва сняла вещи в которых была в родовом и приняла душ.

— Приветстую. Наслышана, — начала она с ходу. — Если честно, думала, что раньше встретимся.

И при этом так на меня посмотрела, что стало непонятно, что именно должно было произойти раньше. Приём или появление причины этого приёма.

— Рома не хотел на меня давить. Надежды на благополучное протекание беременности и благоприятный исход почти нет. Точнее, объективно её нет. И решение сохранить беременность, — совсем поникла Марина. — Не кажется адекватным с моей стороны. А если бы Рома первым делом привёз меня к вам, то все решили бы, что он заставляет меня выносить ему ещё одного ребёнка.

— Пфф, — не выдержал я. — Главное, чтобы ты так не думала. Остальное я переживу.

— Ну, начнём с того, что давай на ты. Хорошо? — тепло и понимающе улыбалась Алина. — А дальше... Слова ты какие страшные говоришь. Можно я тебе не поверю? По-крайней мере, сразу?

Марина смотрела на Алину так, словно та была кем-то нереальным. Столько надежды было в её глазах, что у меня засосало где-то под рёбрами от понимания в каком состоянии Белка все эти дни, хоть с виду и оставалась мягкой и спокойной. В этот момент я понял, что меня царапало в её вопросах и странном выражении глаз.

Она приготовилась уйти, подарив жизнь нашему общему ребёнку. Поэтому и спрашивала, приму ли я его как Мотьку. На рефлексе я нашёл её ладонь и крепко сжал.

Я не собирался её отпускать.

— Карту Лада готовила? — спросила Алина, внимательно рассматривая страницы в толстой папке с Мариниными дркументами.

— Да, и все обследования тоже она проводила, — подтвердила Марина.

— Я оставлю себе, для детального ознакомления. Возможно, что-то придётся проходить заново, всё-таки у нас куда более современное оборудование. Ну и сама понимаешь, по моему профилю мы всё начинаем с нуля, с первичного осмотра, — сложила руки на столе Алина. — Марина, в любом случае ситуация не простая. И впереди достаточно сложный период. Я не буду тебя обещать чего-то невероятного, но я лично сделаю всё, что будет в моих силах. Однако ты должна мне пообещать, что будешь сама в первую очередь помогать и себе, и будущему малышу, и мне.

— Я тоже, если что-то нужно, — пытался найти слова я.

— Само собой, — пожала плечами Алина. — Я на другое и не рассчитывала. Самое главное, Марин, ты ведь понимаешь, что даже речи о работе сутками и идти не может? Нам придётся исключить любые нагрузки. А работа в ночное время, тем более дежурства в реанимации, нам с тобой на пользу не пойдут. Что делать будем?

— Увольняться она будет! — выпалил я. — Послушал я, сами к ней вечно бегают, чтобы подменила, а за спиной... Атмосфера там негативная.