— А это он не давит и решение за неё не принимает, — хмыкнул где-то сбоку Влад.

— Марин, правда, — не обращал внимания на Влада и Алину я. — Про бабки вообще не парься. И потом, давай по чесноку. Ты сама сколько раз говорила, что с малыми возиться тебе больше нравится.

— О, точно, я слышала, Лада говорила, что тебя очень интересует педиатрия, — добавила Алина. — Задача не из лёгких. Из медсестры реанимации в детского врача.

— Да, но мне нужно тогда учиться, а времени, — растерялась Белка от такого напора. — И мне наверное поздно уже...

— Что поздно? Учиться? — переспросила Алина. — Это дело такое, что никогда не поздно. Я не намного младше тебя была, когда попала в медицинский.

— И времени будет достаточно, — пообещал я.

— Да, Кира подтвердит, с малыми свободного времени завались, — ехидно вставил Влад.

— Я сказал, что спокойно будет учиться, значит будет, — ответил ему я.

— Ну, пока они тут поспорят, пойдём-ка займёмся осмотром, узи, первичными анализами, — позвала Алина Белку.

— А можно... - замялся я.

— Что можно? На осмотр или на узи? — явно нахваталась ехидства от Влада Алина. — Можешь пока в процедурку пройти и сдать за Марину кровь на вич, рв, гепатиты и на всякий случай на торч-инфекции. Влад, проводи пожалуйста. И заодно сразу скажешь, что я просила, за Марину.

— А на УЗИ? — пожалела меня Белка.

— После сдачи анализов, если плакать не будет, то можно, — кивнула Алина.

Роман.

В центре мы пробыли ещё пару часов. Я с удивлением узнал, что оказывается я могу за Белку сдавать анализы крови.

— Все могут, не думай, что это к тебе особое отношение или ты здесь особо приблатнённый, — объяснял Влад. — Правда очень мало кто этой возможностью пользуется. Все ж мужики, брутал на брутале, железо ворочаем, бороды по отпускали, а как иголочкой потыкать, кровь взять, то неее. Пусть беременная девчонка идёт.

— Ты за Алину тоже сам сдавал? — улыбнулся я.

— Что значит "тоже"? Это ты тоже. А я первый и сам пошёл, — толкнул меня в плечо Влад.

— И на роды пойдёшь? — спросил я. — У Киры же был.

— Там я за компанию оказался, — нахмурился Влад. — И вроде думаешь, а как она там без меня. Но Алина не очень радуется этой идее.

— На родах страшно? — прямо спросил я.

— До усрачки. До сих пор, как вспомню, так холодный пот прошибает, — признался побратим. — Но ещё больше пугает то, что я оставлю её одну в этот момент. Понятно, что помочь я мало чем смогу. Но хоть за руку её подержу, она хоть сказать сможет, что она обо мне в тот момент думать будет. Всё легче будет. А ты уже о родах думаешь? Ты вроде пока только на УЗИ заслужил.

В кабинет УЗИ я заходил с непонятными ощущениями.

— Ты чего это, — удивилась Алина. — Вроде ты у нас уже со второй беременностью?

— Да я... Я с Мотькой обошёлся оплатой чеков. Так-то я его уже готовым получил, — почувствовал себя не в своей тарелке я.

— Что значит готовым? А сейчас что? — внимательно смотрела на меня Алина. — Готовым он сына получил. Здорово. Только ты похоже путаешь беременность и урок занимательной кулинарии. Пирожок у него выпекается.

Только я всё это пропускал мимо ушей. Мне уже Сабир успел порассказать, какой бывает милая и добродушная Алина, когда надевает свой халат.

Тем более всё моё внимание было сосредоточенно на экране. Наш пирожок напоминал то ли букву эс, то ли фасолинку. Алина подтвердила наши сроки, определив десять недель.

Пока она что-то там фиксировала, наводя курсор на этот пирожок, я буквально прикипел взглядом к крохотным ручкам и ножкам.

— Они только начали развиваться, на этом сроке даже даже замеров ещё не делают, — оказывается Алина уже наблюдала за нами. — И ты сейчас Марине ладонь сплющишь.

— Как это, только начали развиваться, если вон, все пальчики видно, — указал я. — А это что?

Моё внимание привлёк дополнительный экран в уголке.

— А это наше сердце. Сто семьдесят семь ударов в минуту. Хороший ритм, в норме, — довольно протянула Алина.

— Сколько? — чуть не подскочил я. — Какая же это норма? Шестьдесят по пульсу считают.

— Это удивительное создание сейчас всего семь грамм весом. Но он всеми силами торопится и спешит. Ведь у него всего тридцать семь, максимум сорок недель, что пройти весь путь эволюции, который занял у человечества тысячи лет, — мягко улыбаясь и тёплой нежностью в голосе произносит Алина. — В его организме все процессы сейчас протекают на невероятных скоростях. Поэтому то, что для нас сигнал, чтобы срочно обратили внимание, для него всего лишь норма.

— Да, брат, сам офигел, когда узнал, — лыбился Влад.

Эта картинка с монитора всё время была перед глазами. Отвлекался я только когда Алина озвучивала нам своё первичное заключение.

— Я не буду скрывать, ситуация очень сложная. И опасения, которые высказывает Лада, действительно имеют основания. Эти результаты, — показала Алина на папку, которую ей передала Марина. — Это основание для прерывания беременности. Ты сама это понимаешь. Но... Я всегда ищу то самое "но", которое может стать шансом. О твоей беременности. На данном этапе, мне всё нравится. У нас проблемы только со стороны последствий твоей травмы. Поэтому вести твою беременность мы будем совместно с Ладой. Чтобы компенсировать внутренние нагрузки придётся исключить внешние. Это в первую очередь вопрос с работой. Скорее всего, придётся долгое время лежать на сохранении. Это будем решать по ситуации. Наша минимальная цель это тридцать две полных недели благополучной беременности. Нижняя планка до которой нам необходимо дотянуться. Ну и немножко из области суеверий. Тебе принципиален пол малыша?

— Нет, сын у меня уже есть, — вдруг выдала Белка, заставив меня замереть и смотреть на неё не дыша.

— Ну, и отлично. Значит, будем надеяться, что это девочка, — улыбнулась Алина.

— Что? Нет! Ни в коем случае, — выкрикнул я и начал объяснять под перекрёстными удивлёнными взглядами. — У меня от одного слова, что это может быть девочка, вся жизнь перед глазами! А как... А если обидят, а если ей понравится кто-то? А он муд@к? И потом они... А ей рожать?

— Это всё да, но по статистике, в случае ранних или преждевременных родов, больший процент благополучных исходов когда появляется девочка. Женский организм как будто больше приспособлен к адаптации и выживанию. Это не научный факт, это обобщённое наблюдение, — бросила взгляд на старую фотографию на своём столе Алина.

— Слушай, тут уже ничего не изменить. Кто он там, пирожок или булочка, сам решит. Всё от яиц зависит, — заржал Влад.

— В смысле? — не понял я. — Это у тебя жена гинеколог, ты нахватался что там отчего зависит.

— Тут как раз от гинекологии мало чего, больше от кулинарии. Кайрат говорит, что если яйца как следует взбить, то любой батон уже становится пироженкой. Дамы, прошу прощения за пошлость. Не удержался, — склонил он белобрысую башку. — Но вообще, я теперь уверен, что это будет девочка. Гор, это тебе расплата! Ты только представь, милая улыбчивая белочка! С хвостиками.

Приложил он кулаки к башке, изображая бантики с двух сторон.

— Смотри, задумался, — веселился Влад.

— Да, вот... Со всеми этими делами девчонки совсем и не видятся. Марин, надо вам как-то почаще встречаться, — поделился я своими мыслями.

— А это ты сейчас вообще к чему? — не понял Влад.

— А я всегда говорил, что у Лены и Лады характер огонь! Отличный пример для девочки, — объяснил уже я.

— Дааа? — вытаращил глаза Влад. — Что-то с памятью моей стало... Там вроде другие слова были.

По дороге в голове крутилась только одна мысль. Алина, как и предупреждала, никаких золотых гор не обещала. Но всё же, я словно дышать начал свободнее. Алина смогла снять какую-то тяжесть. Вот только вроде шуточное окончание разговора не отпускало. Я практически уде точно знал, что у нас будет Булка.

— Марин, а если и правда девчонка? — спросил я Белку по дороге.