Я чувствую, что всё больше привыкаю к голосу Эльверона, к его чуть грубоватой, но напевной манере выражаться, к едва слышимой хрипотце, проступающей, когда он спокоен и расслаблен.

«Да что со мной такое?» — думаю я порой, — «Неужели, мне настолько не хватает общения? Или дело в чем-то другом? Например, в том, что только ему я могу выговориться. Подобно тому как и сам Эльверон открыл передо мной свою страшную тайну…»

Но пока я не могу себя остановить.

Ведь эти разговоры – единственные минуты в сутках, когда я позволяю себе быть собой, без оглядки на все проблемы, что меня окружают. Слышать в кристалле спокойный голос Эльверона — словно глоток свежего воздуха. И, похоже, наши разговоры важны и для него тоже — по крайней мере, я чувствую это по тому как меняется его настроение, по тому как он реагирует на мои рассказы, по тому как рассказывает что-то сам…

От этого становится и тепло, и тоскливо одновременно. Я смеюсь над собой: «Оливия, ты потеряла голову, словно девчонка, влюбившаяся впервые.» Но что мне остаётся делать, когда с этим человеком настолько легко, что я даже порой не верю что подобное вообще возможно?

Однако, все это отходит на второй план, когда на горизонте маячит новая встреча с графом Рено. И говоря слово “встреча”, я имею в виду, что сама собираюсь прийти к нему.

Габриэл

Я скольжу взглядом по собравшимся вокруг бойцам. Эти избранные три десятка солдат — моё лучшее достояние, проверенное в бесчисленном множестве передряг. Сухие лица, холодные глаза, привычные к любым жестоким поручениям.

Среди них есть и пара магов, неспособных, конечно, тягаться со мной, но отлично справляющихся со сложными ситуациями.

Мои ноздри улавливают запах пота и нагретого металла: они только что отрабатывали новые тактические приёмы.

Я вышагиваю между ними, чувствуя, как внутри разгорается тягучая ярость от воспоминаний о прошлом.

«В тот момент… — стискиваю я зубы от одного только воспоминания, — …когда я наконец-то нашёл Оливию, эту чертову беглянку, которая попыталась спрятаться в землях Аквинии… когда я почти схватил её, Эльверон вмешался в мои планы. Снова. Словно только этого и ждал»

Но больше такое не повторится. Больше он не заставит меня отступить.

Теперь никто не сбежит. Ни я, ни Оливия. Потому что я иду ва-банк.

Если ничего не выйдет, это будет конец всему, что я создавал и на что надеялся. Но я чётко осознаю: другого пути у меня просто нет.

Бойцы обступают меня чуть плотнее, ожидают приказа. И я отдаю его им.

— Слушайте меня внимательно! Скоро мы двинемся вглубь Аквинии земель, где скрывается моя жена. Я хочу, чтобы вы воспринимали это как военную операцию. Да, вы не ослышались! Считайте, что мы будем действовать на территории врага. Соответственно, и вести себя мы будем точно так же: четко следовать моим указаниям, пленных не брать, самим в плен не сдаваться. В любой момент в наш бой может вмешаться Эльверон. Если так произойдет, оставьте его на меня. Я сотру его в порошок.

Замечаю, как у некоторых бойцов загораются глаза в предвкушении скорой битвы.

Да, Эльверон чертовски опасен. Но и я уже давно не тот, кто раньше уклонялся от прямого столкновения.

«Пусть Эльверон только попробует вмешаться», — мысленно усмехаюсь я. — «Я приберёг для него сюрприз. В какой-то мере я даже хочу, чтобы он показался. Чтобы у меня не осталось другого выбора, кроме как стереть его в порошок.»

Выдохнув, я вспоминаю о своей настоящей цели: «Оливия… вот мой ключ к будущему могуществу».

И дело не только в ее собственном даре всевидения. Благодаря ей я нашел самый настоящий клад – наследие того чокнутого мага, Раймона де Лаона. Трудно в это поверить, но сказки о запрятанном в недрах лабиринта могуществе темного мага оказались правдивы.

Впрочем, сейчас не об этом стоит думать.

— А теперь, собирайтесь в дорогу. Бегом! – рявкаю я, поворачиваясь к подчинённым.

Они козыряют и тут же разбегаются в рассыпную выполнять мой приказ. Лязг оружия обрывает мои мысли лишь на миг. Я прикрываю глаза, позволяя ещё более мрачным картинам всплыть из глубин памяти.

«С самого детства мне говорили: “В твоих жилах течёт королевская кровь.” – так вещала мать, восторженно глядя на портреты предков. А отец шёпотом добавлял: “Сынок, когда придёт время, мы возьмём трон, который принадлежал бы нам по праву. Но его узурпировал чужак, и все драконьи герцоги склонили перед ним головы… кроме нашего рода.”

Наш род низвергли. Лишили части титулов, земель, перечеркнули все наши заслуги. И вот нам пришлось все начинать практически с самого начала. Мы вынуждены были оправдываться, восстанавливая свою репутацию.

Мы десятилетиями пробивались вверх: обрастали нужными связями, набирали силу, шаг за шагом двигались к своей цели — к королевскому двору. Однако, в тот момент когда я почти добился места в королевском совете… этот недоносок Эльверон возник будто из ниоткуда. Он наверняка подсидел меня, увел мое место прямо из-под носа, воспользовавшись моими ошибками.

А я оказался отброшен на обочину, снова на несколько шагов назад.

Вот тогда-то я и понял: бесполезно мирно чего-то добиваться, когда все вокруг играют не по правилам. И я нашёл свой путь — путь силы. Чтобы самому взять то, что мне положено по статусу и крови.

Я должен восстановить справедливость!

Мне просто не оставили иного выбора, кроме как придти и силой доказать свое право. Без лишних сантиментов, без оглядок на что скажут или сделают другие.

Теперь, когда у меня есть все шансы обуздать бешеную мощь Раймона де Лаона, восстановить королевский род и вернуть всё, чего нас лишили, — меня ничто не остановит.

И Оливия, эта упрямая мерзавка, ничего не останется, кроме как подчиниться мне. После того как я получу силу Раймона, я заберу и ее дар тоже.

Я медленно провожу рукой по рукояти длинного клинка (на случай, если потребуется схлестнуться с кем-то в ближнем бою), и чувствую как меня будоражит одна только мысль о скором реванше.

«Если все получится получится… вернее, КОГДА все получится… когда я завладею силой Оливии и магией Раймона… — я плотно стискиваю губы, — даже Эльверон не сможет мне ничего противопоставить. Тогда я смогу раскрыть тайну прошлого — как избавились от прошлого короля, как предали мой род, и верну себе право стоять во главе престола.

В грудт клокочет праведный гнев: мне недавали жить спокойно, так пусть теперь они узнают, что значит бросить вызов роду Габриэла.

Уже за спиной слышу, как солдаты заканчивают сборы, стягивая тюки с боеприпасами и магическими зельями. Я вдыхаю тяжелый терпкий воздух, чувствую — вот он, решающий бой уже близко.

Нет пути назад. И если я проиграю, то потеряю всё, в том числе жизнь.

Вот только, я не проиграю — я слишком далеко зашёл, чтобы оступиться у самого финиша.

Мы покинем этот временный лагерь уже сегодня вечером и уже скоро будем в Аквинии. Благодаря этому тюфяку графу Рено и его сопливому подпевале… как там его, Леону, нас будут ждать люди, которые помогут пробраться незамеченными.

Правда, граф Рено убежден, что я пришел забрать Оливию. В нашем уговоре он настаивал, что поместье Беллуа должно достаться ему. И я действительно дал ему такое обещание.

Правда, держать его я не собираюсь. Кто он такой, чтобы указывать мне? Как только я заберу свое, я, как и планировал раньше, сожгу это место дотла. И этот пожар будет символизировать начало новой эпохи.

Той, в которой вся королевская знать преклонится перед истинным наследником короны.

Я трогаю эмблему отцовского рода на груди, вспоминая, как давно хотел отомстить Эльверону за все унижения.

«Готовься, недоносок, я уже близко… — мысленно усмехаюсь, — и в этот раз я выйду победителем!»

Эльверон

Я сижу у раскрытого окна своего кабинета, глядя, как заходящее солнце лениво стирает краски с неба. Внутри царит почти физическое ощущение лёгкости, хотя за день я вымотался как никогда.