— Спасибо, Рафаэль, — говорю я, слегка улыбнувшись. — А теперь, пойдем на кухню. Похоже, нам предстоит еще одна бессонная ночь.

***

На кухне к нам с Килианом снова присоединяется Сильви. Она то и дело ворчит, что мы совсем не щадим ни себя, ни окружающих, работая без продыху, но все-таки делает это по-доброму, со свойственной ей задорной улыбкой.

Вскоре по кухне разносится аромат готовящейся начинки для вишни и топленого шоколада. Яркий аромат пряностей наполняет воздух.

Работа кипит до первых лучей солнца. К этому времени мои руки все в шоколаде, волосы сбились в легкий беспорядок, а от аромата карамелизированного сахара кружится голова. Впрочем, кружится она может и потому что я уже который день на ногах и так до сих пор не могу толком отдохнуть.

Я надеюсь, что хотя бы сегодня мне удастся отоспаться, но, похоже, что моим надеждам не суждено сбыться.

Когда, казалось, прошло лишь несколько мгновений с того момента, как я без чувств рухнула в постель, до меня доносится настойчивый стук в дверь. А встревоженный голос Рафаэля окончательно выдергивает меня из сна.

— Оливия! Ты должна проснуться. К тебе приехали гости.

Я со стоном открываю глаза. Сонно моргаю, прокручивая в голове то, что только что сказал Рафаэль и моментально настораживаюсь.

— Какие гости? Мы никого не ждали.

— Они не представились, но сказали, что вы с ними знакомы и у них есть к вам какое-то срочное дело.

Я растерянно встаю с кровати и быстро одеваюсь, перебирая в голове кто это мог приехать.

— Это случайно не те самые кредиторы, о которых мы говорили вчера? — спрашиваю я Рафаэля, открыв дверь и спускаясь по лестнице.

— Не похоже, — задумчиво отвечает Рафаэль.

— Ну, может, какие-нибудь еще отличительные черты есть? Хоть что-нибудь?

— Единственное, что я могу сказать, так это то, что это кто-то влиятельный, — пожимает плечами Рафаэль, — Они приехали на дорогой карете.

Уже оказываясь возле двери двери и протягивая руку, чтобы открыть ее, я замираю, как громом пораженная.

Так, еще раз.

Приехал кто-то влиятельный, на дорогой карете. Кто знаком со мной и хочет во что бы то ни стало встретиться.

Холод пробегает по спине. Перед глазами сразу предстает недавнее видение, как Габриэл хватает меня за горло, стоит только открыть дверь.

Я моментально отдергиваю руку от дверной ручки и поворачиваюсь к Рафаэлю. Едва справляясь с волнением, от которого голос предательски дрожит, говорю:

— Закройте все двери! Никому не открывай, не выходи наружу и передай остальным, чтобы оставались внутри! Срочно вызови стражу, мы в огромной опасности!Рафаэль смотрит на меня с тревогой:

— Оливия, что происходит? Ты в порядке?

— Просто сделай это! — молю я его, чувствуя как по спине проносится толпа мурашек. Хоть я до конца не уверена в своих опасениях, но мне кажется, что в данный момент это единственное верное решение.

И все-таки, оно запаздывает…

Потому что прежде чем Рафаэль успевает мне хоть что-то ответить, прежде чем он успевает хоть что-то сделать, из-за двери раздается грубый голос:

— Оливия, это невежливо заставлять мужа ждать за дверью. А вызывать стражу — это вообще перебор!

Я замираю, не в силах пошевелиться.

Этот голос я ни с чем не спутаю.

Габриэл.

Это точно он.

— Рафаэль, пожалуйста, вызывай стражу! — кричу я, чувствуя, как паника охватывает меня.

Но уже слишком поздно.

Внезапно дверь с оглушительным грохотом распахивается, и на пороге появляется Марк, начальник охраны Габриэла. Его массивная фигура заполняет весь дверной проем.

— Беги! — кричит Рафаэль, отталкивая меня и бросаясь на Марка.

Я разворачиваюсь и несусь что есть сил по лестнице, но кто-то резко хватает меня за руку и бесцеремонно дергает на себя.

Рука заходится дикой болью, я теряю равновесия и оступаюсь.

Разворачиваюсь, чтобы не растянуться на полу и в тот же момент ледяные пальцы стискивают мою шею. Перед глазами появляется раздраженное лицо Габриэла. Не отпуская мою шею, он с силой припечатывает меня к стене. Глаза Габриэла сверкают яростью, а на его лице играет самодовольная усмешка.

— И куда же ты собралась, моя дорогая женушка? — его голос пропитан сарказмом, — Тебе еще не надоело играть в прятки? Мне уже хватило, что ты один раз сбежала от меня. Больше я не повторю этой ошибки!

Эльверон

Я провожаю взглядом Оливию Шелби, которая покидает мой кабинет, и ловлю себя на мысли, что ее образ задерживается в моем сознании намного дольше, чем следовало бы. Что-то в ней зацепило меня, что-то неуловимое, но настойчивое.

Я хмурюсь, пытаясь разобраться в своих ощущениях. Когда она вошла, испуганная, но старающаяся держаться с достоинством, я увидел в ней лишь очередную молодую особу, пытающуюся урвать кусок так удачно свалившегося на нее наследства. Её глаза, полные тревоги, меня совершенно не впечатлили.

Однако, по мере того как долго шел наш разговор, я стал замечать изменения, происходящие с ней. С каждым новым словом ее голос крепчал, поза становилась уверенней, и я кожей чувствовал ее твердую непоколебимую решимость.

А затем она заговорила о людях. О крестьянах, о слугах, о тех, кто зависит от ее решения. Именно в этот момент она перестала для меня быть очередной алчной наследницей.

Перед собой я увидел девушку, готовую бороться до последнего за тех, кто ей доверился. За чужие судьбы, которые почему-то стали для нее важнее ее собственной.

Я еще раз вспоминаю момент, когда она, сжав ручку корзинки, подошла ко мне и, несмотря на явное волнение, твердо произнесла:

— От вашего решения зависит не только моя судьба, но и судьба всех, кто живет и трудится в поместье.

В её глазах вспыхнул огонь, и на мгновение мне показалось, что передо мной не хрупкая девушка, а воин, готовый бороться до конца. Это было неожиданно и... удивительно.

Я откидываюсь на спинку кресла, не сводя взгляда с двери. Её слова, её решимость — всё это пробудило во мне какое-то забытое чувство. Может, уважение? Может, восхищение?

А, может, что-то вообще третье? Совершенно иное…

Стук часов возвращает меня в реальность.

Я моргаю, заставляя взять себя в руки и сосредоточиться на делах, которые я должен завершить до момента моего отъезда, который с каждой минутой все ближе и ближе.

***

Закончить мне удается только когда на горизонте уже брезжит рассвет. Я отдаю распоряжение слугам, чтобы они собирали мои вещи и готовили карету. Сам же выхожу из-за стола, чтобы размяться и именно в этот момент мой взгляд падает на корзину со сладостями, которую оставила мадам Шелби.

Хм… а я почти забыл о ней.

При взгляде на нее у меня в голове снова всплывают ее слова. Полные волнений и переживаний, такие искренние и настоящие: “Если вы скажете, что эти десерты не достойны продаваться на улицах города… что ж, мне будет очень больно, но если ваши слова будут искренними, я их приму. Значит, мои навыки готовки не так уж высоки”.

“Разве я могу после всего этого оставить ее просьбу без внимания?” — усмехаюсь я и подхожу ближе.

К тому же я уже давно чувствую голод, а запах сладостей будоражит мой аппетит и сводит с ума.

Я снимаю полотенце, открывая содержимое. Внутри аккуратно уложены десерты, каждый из которых выглядит как маленькое произведение искусства. Беру один и подношу к лицу, обращая внимание как ровно блестит шоколадная оболочка. Она слегка пахнет горьким какао и чем-то терпким. Принюхиваюсь и обостренное обоняние дракона улавливает волнующий запах мяты.

Интересно.

Откусываю. Шоколад хрустит, раскрывая скрытую внутри вишню, которая словно взрывается во рту ярким, сочным вкусом пряностей и яркого аромата мяты. Сначала горьковато-сладкий вкус шоколада обволакивает язык, но затем приходит время безудержной свежести, что наполняет рот ярким ощущениями и непередаваемыми ароматами. Я невольно закрываю глаза, наслаждаясь сочетанием.