— Выходит, вы вернулись из деловой поездки?

— Какой еще поездки? — хмурится Рафаль.

С его лица моментально слетает беззаботное выражение лица.

— Ну как… по нуждам особняка, — не понимая с чего вдруг он так отреагировал, отвечаю я.

— Это кто вам сказал такое?

— Мсье Роланд Мосс… — роняю я, уже предчувствуя что-то неладное.

И оно действительно не заставляет себя ждать.

Стоит мне только сказать про Роланда, как у Рафаэля перекашивает лицо от раздражения и он, едва сдерживаясь, рычит:

— И что этот мерзавец сказал еще?!

— Он... он сказал только это, — пораженная такой внезапной переменой Рафаэля, отзываюсь я, — Больше он никак не упоминал вас.

Рафаэль стискивает до скрежета зубы, сжимает кулаки, а в его глазах читается недовольство.

— Что-то случилось? — осторожно интересуюсь я.

Рафаэль тяжело выдыхает, словно пытаясь подавить бурю внутри себя.

— Этот Роланд… — его голос становится ледяным, — Он подлец и обманщик. На днях мне пришло письмо от родственников, которые живут в соседнем графстве Сен-Мари. В нем говорилось, что мне нужно срочно вернуться домой, потому что мой отец умирает от тяжелой болезни. Но на самом деле, это письмо было фальшивкой! — его голос становится резким, в нем снова слышится угроза, — Это была ловушка, и я в нее попался! Только вернувшись и, расспросив знакомых в городе, я узнал, что именно Роланд как-то причастен к этому письму. По крайней мере, это он заплатил местной шпане, чтобы она подкинула письмо на почтовую станцию.

Его глаза полыхают гневом, а у меня в этот момент что-то щелкает в голове. Разрозненные фрагменты, за которые я цеплялась все время с того момента, как приехала сюда, складываются в одну яркую картинку.

— Все ясно, – киваю я, — Видимо, Роланд опасался что вы разрушите его планы, поэтому постарался избавиться от вас таким вот грязным методом.

— Планы? – растерянно переспрашивает Рафаэль, — Какие еще планы?

Я вкратце пересказываю ему все с самого начала — как Роланд пытался подмешать в мою еду снотворное, как я застукала его вместе с бандитами, которые обчищали особняк, как удирала от них, петляя по саду, пока не оказалась прямо посреди лабиринта.

И чем больше я рассказываю, тем более мрачным становится Рафаэль. Его брови опускаются ниже, взгляд становится убийственным. Когда я заканчиваю, он, не выдержав, зло выдыхает:

— Я давно чувствовал, что Роланд что-то замышляет, — бросает Рафаэль, не пытаясь скрыть свою ярость, — Уж очень нагло и самоуверенно он стал себя вести после ухода мадам Беллуа. Но я и подумать не мог, что он решится на такое!

Он снова скрипит зубами, но быстро берет себя в руки и требовательно спрашивает у меня:

– Сколько времени прошло с того момента, как вы сбежали?

Я беспомощно развожу руками.

— Даже не могу предположить... — отвечаю с сожалением, — Может, не больше получаса, а может, и намного дольше. Там внутри... — я с содроганием вспоминаю лабиринт, — …там невозможно было понять, сколько прошло времени.

— Понимаю, — кивает Рафаэль, а потом решительно сверкает глазами, — Тогда, мы должны поторопиться, чтобы поймать этих мерзавцев. Будем надеяться на их жадность – что они еще не успели вывезти из особняка все ценности, — говорит Рафаэль, а его глаза блестят решимостью.

Поддавшись его влиянию, я чувствую, как внутри меня поднимается волна непоколебимости. Меня не надо упрашивать дважды. Если появился шанс воздать Роланду по заслугам, я с радостью им воспользуюсь!

Но, спустя буквально мгновение, в мою голову закрадываются сомнения. Нас всего двое, а их пятеро.

— Я бы с радостью, только справимся ли мы вдвоем? — озвучиваю свои опасения, глядя на Рафаэля.

Он улыбается уголками губ, его глаза искрятся хитростью.

— Не беспокойтесь насчет этого. У меня есть план, — заверяет он. — Просто доверьтесь мне.

Я твердо киваю.

Этот человек однажды уже спас меня. Поэтому, я решаю довериться ему снова.

Бегом мы направляемся к особняку, обходим его с тыльной стороны и попадаем внутрь через черный вход. Внутри особняка царит тишина, нарушаемая лишь нашим приглушенным дыханием. Выйдя к гостевому залу через череду смежных комнат, мы обнаруживаем, что здесь абсолютно пусто. Лишь возле двери стоит одинокий мешок, набитый драгоценностями. Он словно насмехается над нами, напоминая о коварных планах Роланда.

Глядя на этот мешок, Рафаэль останавливается.

— Успели, — выдыхает он, — Тогда, сделаем так…

Он быстро достает из кармана ключ и протягивает его мне.

— Это ключ от моего кабинета на втором этаже. Последняя дверь перед поворотом с левой стороны, — шепчет Рафаэль, его голос серьезен и сосредоточен, — В верхнем ящике стола вы найдете артефакт — небольшой хрустальный шар с серебряными узорами. Он посылает сигнал опасности ближайшему отряду стражи. Найдите его и активируйте. Я останусь здесь и задержу их, когда они вернутся за последним мешком.

Мое сердце ускоряет бег. Я беру ключ, ощущая его прохладу и вес в ладони.

— Будьте осторожны, — шепчу я, глядя ему в глаза.

— Не беспокойтесь за меня, — усмехается Рафаэль, — Поверьте, за себя постоять я смогу.

Быстро кивнув, я бросаюсь вверх по лестнице. Ступени слегка поскрипывают под моими ногами, хоть я стараюсь двигаться бесшумно. Коридор выглядит бесконечным, поэтому когда я нахожу нужную дверь, мне кажется, что уже прошла куча времени.

Вставляю ключ в замочную скважину, и замок с тихим щелчком поддается. Вхожу внутрь и на мгновение замираю. Кабинет освещен бледным предрассветным сиянием, проникающим через высокое окно.

Меня встречают полки, заставленные книгами, массивный дубовый стол, на котором аккуратно разложены бумаги и чернильница.

Запах старых страниц смешивается с ароматом кожаных переплетов книг, создавая уютную атмосферу. Хочется вальяжно развалиться в кресле и взять с полки подходящую для отдыха книгу.

Вот только, я здесь по другому поводу.

Кидаюсь к столу и открываю верхний ящик. Там, среди пергаментов и перьев, лежит небольшой хрустальный шар, размером с яблоко, оплетенный тонкими серебряными нитями, которые складываются в причудливые узоры. Внутри шара мерцает слабый голубоватый свет.

Беру его в руки, ощущая легкое покалывание в пальцах. На основании шара есть небольшая руническая надпись. Провожу пальцем по ней, и шар светится ярче. Внутри него вспыхивает символ в виде щита с перекрещенными мечами — общепринятый знак городской стражи.

— Пожалуйста, сработай, — шепчу я, надеясь, что все получится как надо.

Шар издает тихий звон, словно отдаленный колокольчик, и свет внутри него мягко пульсирует.

Кажется, получилось.

Аккуратно кладу артефакт обратно и вылетаю из кабинета. Сердце стучит в груди, но теперь в нем есть надежда. В коридоре внезапно слышу доносящиеся снизу глухие удары и крики. Ноги сами ускоряются, и я подбегаю к лестнице, свешиваясь через ограду, чтобы посмотреть что происходит внизу.

“Только бы все было нормально!” — к этому моменту сердце в моей груди бешено стучит, искренне переживая за Рафаэля.

После всего, что со мной случилось, он был первым человеком, которому я по-настоящему могла и не боялась довериться. И мне очень не хотелось бы, чтобы с ним что-нибудь случилось.

Тем не менее, окинув взглядом холл, я чувствую, как по спине ползут ледяные капли пота, а дыхание перехватывает.

Передо мной разворачивается шокирующее зрелище. Двое грабителей лежат на полу без сознания среди разбитой мебели. Осколки фарфора и стекла сверкают на полу в свете люстры.

Рафаэль сражается с самым огромным из грабителей — тем бритоголовым гигантом, которого я огрела кочергой. Его лицо походит на звериный оскал, вены на шее вздуваются мощными жгутами. Гигант хватает Рафаэля за горло, поднимая его над землей. Рафаэль пытается вырваться, его ноги беспомощно бьют воздух, а лицо опасно краснеет. Если так пойдет и дальше, он попросту задохнется.