Кассий, поддерживая меня, помогает дойти до выхода. И, едва мы выбираемся на улицу, оставив Леона в зале особняка, капитан тихо спрашивает:

— Это было видение? Вроде того, насчет которого вы предупреждали господина?

Я мимолётно киваю, пытаясь унять внутреннюю дрожь.

Как всегда все было настолько реальным, что я до сих пор чувствую прохладу и сырость лабиринта и этот сводящий с ума страх.

— Кассий, — шепчу, — нам надо срочно возвращаться. Габриэл придёт к нам, и очень скоро. Возможно, уже сегодня ночью.

В глазах капитана вспыхивает тревога:

— Я понял. Садитесь в карету, мы уезжаем немедленно. А как только доберемся до особняка, я тут же запрошу подкрепление.

Я сажусь в карету, ноги дрожат, во рту пересохло. Кассий отдаёт короткий приказ кучеру, тот стегает лошадей, и мы срываемся с места, покидая владения графа Рено.

Мне трудно усидеть на месте — грудь сдавливает от пережитого ужаса. Закрываю глаза и сразу же вижу ту адскую вспышку и Габриэла, что хищно скалится, с упоением наблюдая, как я теряю силы…

«Если всё это сбудется… боги, я даже не представляю, что тогда произойдет!»

— Мадам, — осторожно касается моего плеча Кассий, явно пытаясь привести в чувство, — Прошу вас, не беспокойтесь, мы сделаем все возможное, чтобы защитить вас. Пусть только крестьяне и слуги спрячутся по домам или уедут подальше. Нужно освободить поместье от лишних людей, чтобы никто не пострадал.

Я благодарно выдыхаю, прижимая ладони к груди:

— Спасибо, Кассий…

Всю дорогу я лихорадочно прокручивая в голове то, что видела, пытаясь во всем разобраться, пытаясь найти какой-то выход, но получается слабо. Единственное, что точно понятно — теперь Габриэл нацелился не только на мою силу, но и на силу, которую скрывает Хранитель… чем бы она ни являлась. А еще, он заберет у меня тот амулет… Может, его сразу где-нибудь спрятать, чтобы избежать этого?

Но этого мало. Нужен полноценный план, чтобы дать отпор Габриэлу. Не могу же я просто сидеть и ждать, пока он разнесет тут все. Ведь из видения понятно: он ударит ночью. И, учитывая, что мои видения никогда, кроме самого первого раза, не показывали отдаленное будущее, это случится уже скоро.

Единственное, что хоть как-то “утешает” — это то, что раз Эльверон, зная о том, что произойдет в видении, смог избежать смерти, то и у меня это получится.

Должно получиться! Иначе, зачем я все это время боролась?

Когда карета подъезжает к поместью Беллуа, уже почти середина дня. По двору ходят несколько слуг, среди которых Сильви и Рафаэль. Увидев, что мы приехали, они направляются к нам, но потом замирают на месте, с ужасом глядя на меня.

— Оливия, что случилось? — первой приходит в себя Сильви. — Ты такая бледная! Этот Рено опять что-то выкинул?

Я пытаюсь вернуть голосу твердость:

— Нет, это не Рено… И сейчас это не важно. Гораздо важнее, чтобы вы как можно быстрее собрали вещи и уехали отсюда. Скоро здесь будет опасно и я не хочу рисковать вашими жизнями, как это было в прошлый раз.

Сильви, кажется, понимает что я имею в виду. В ее прекрасных глазах появляется паника.

— Исключено, — внезапно, делает шаг вперед Рафаэль, — Если тебе грозит опасность, я точно никуда не поеду.

Я чувствую, как в горле встаёт комок отчаяния и благодарности:

— Я правда благодарна тебе. Ты столько раз спасал меня, но сейчас все может сложиться по-другому. А потому, умоляю… — мой голос срывается. Я помню слишком хорошо, как Габриэл чуть не спалил дом, а вместе с ним и всех, кто был внутри.

— Нет! — возмущенно отзывается Сильви, — Рафаэль дело говорит! Тем более, что в прошлый раз мы были не готовы к такому повороту событий! Но если мы будем знать, что нападения не избежать, мы ни за что не окажемся той же ситуации!

Я горько улыбаюсь: какое трогательное единство… и какое опасное.

Хочу еще раз попросить их одуматься, но в этот момент к нам подходит Кассий с решительным выражением лица:

— Я отправил сообщение в замок, чтобы они как можно быстрее выслали к нам второй отряд. Думаю, уже через пару часов они будут здесь. Остальным займемся мы.

— Спасибо, — я киваю, чувствуя, как горло будто стискивает невидимая рука.

Вдруг, со стороны ворот доносится стук копыт и грохот колес. Сердце разом замирает, а в сознании проскакивает тревожная мысль: «Кто это? Неужели уже подмога от герцога прибыла? Но разве это не слишком быстро?»

Не сговариваясь, мы вчетвером оборачиваемся, пристально впиваясь взглядами в дорогу и видим там небольшой обоз: три внушительные телеги, груженые какими-то ящиками, мешками, бочонками.

— Кто это? — спрашиваю я, внимательно наблюдая за обозом.

— Кажется… — Сильви задумчиво хмурится, — это Килиана. Помнишь, он же хотел заказать оптом припасов для нашей кондитерской?

Я припоминаю разговор с Килианом: действительно, он собирался сделать крупную закупку ингредиентов для новых десертов, чтобы нам хватило надолго. Но неужели он решил заказать настолько много всего?

С другой стороны, объемы продаваемых нами сладостей с каждым днем все растут. Вполне возможно, Килиан решил заказать ингредиентов с большим запасом.

— Думаешь, что Килиан перестарался? — тихо фыркает рядом Рафаэль, явно обращаясь ко мне, — Я тоже так думаю. Зато, теперь у нас точно будет чем торговать.

Я напряженно выдыхаю и мысленно благодарю его за такую разгрузку.

И, тем не менее, я не могу отделаться от чувства смутного беспокойства в груди. Хоть видение обещало беду лишь ночью, при взгляде на эти повозки мне становится не по себе.

К повозкам уже подбегают люди Кассия. Они о чем-то переговариваются с извозчиками, заглядывают в мешки, но находят там лишь муку. Они машут руками, командуют, помогают разгрузить бочки и ящики. Кажется, нет никаких поводов для паники.

Но именно в тот момент, когда все кажется, нормально, вдруг что-то происходит.

В глубине одной из телег я замечаю резкое движение, гулко трещат деревянные доски. А потом, стремительно, словно распрямившаяся пружина, из глубины телег наружу выскакивает несколько вооруженных людей в кожаных доспехах.

С громким воплем они размахивают оружием: у кого-то в руках короткие мечи, у кого-то арбалеты. Среди криков слышатся яростные боевые призывы, и неизвестные, моментально сгруппировавшись, мигом набрасываются на ближайших стражников Кассия.

— Тревога! — надрывается чей-то голос, — На нас напали!!!

У меня перехватывает дыхание, будто ударили в живот.

“Что случилось? Что происходит? Кто это и откуда они здесь взялись?”

Но на раздумья уже нет времени — Кассий выхватывает меч и кидается на нападавших, сбивая двоих нескольколькими рубящими ударами.

Я почти теряю равновесие от окружающего гомона, гвалта, облаков муки, которые вырываются из распотрошенных мешков. И сквозь это хаотичное снежное марево выныривают все новые и новые неизвестные воины.

— В дом! — орёт Кассий, обернувшись к нам, — Быстрее укройтесь в особняке!

Но не успеваю я сделать и шага, потому что к этому времени новая группа всадников врывается во двор. Тяжёлые копыта бьют по гравию, поднимая пыль. И во главе их…

Во главе их скачет сам Габриэл.

Моя кровь стынет в жилах, когда я скольжу взглядом по его фигуре.

Я вижу его лицо лишь краткий миг, но этого достаточно, чтобы оно врезалось мне в память: оно перекошено от ярости, губы искривлены в хищном оскале, темные волосы растрепаны на ветру, а в глазах пылает непоколебимая решимость.

“Боги… но как?! Как такое возможно, если я видела, что он должен прийти ночью!” — отчаянная мысль пронзает мой разум.

Но вот он, мой так называемый муж, скачет на чёрном жеребце, а вокруг него — еще дюжину вооруженных всадников.

— Проклятье! — вырывается у Рафаэля, стоящего рядом. Он хватает меня за руку и тянет в сторону, — Оливия, нужно убираться отсюда! Быстрее!