– Там, где я родилась и выросла, сложился стереотип, что у эльфов, чьи имена заканчиваются на «-эль» – женские, – Я старалась не смотреть, как кончики ушей Геймовера начинают снова полыхать. – А всё потому, что в нескольких источниках было указано: «-эль» означает «дочь», а поэтому может быть только у женщин. Так вот и сработала у меня ассоциация на «Габи», ведь так частенько сокращают имя Габриэль. Но вы не думайте, что я пытаюсь сейчас вас оскорбить, назвав женщиной!
Кажется, я наговорила себе уже не только на безымянную могилку в саду, но и на надгробие с выбитой на нём надписью «Она слишком много болтала не по делу».
– Хорошо, я это учту, – холодно произнёс Габриэль.
Что там он решил всё-таки учесть, я уже утонять не стала, чтобы не узнать, каково это – быть утопленной в небольшом симпатичном фонтанчике. И Рэйд, гад такой, хоть бы что-то сказал. Понимаю, что Геймовера он знает лучше и дольше меня, но хоть как-то мог же увести разговор в сторону! Но нет, сидел, ухмылялся и умилялся. Свободно выдохнуть я смогла, лишь оказавшись в своей комнате. Если быть совсем точной, то закрыв в неё дверь изнутри, потому что стоило обернуться, как меня накрыло приступом паники. Как там обычно говорят? Стены давят, когда оказываешься в незнакомом помещении? Здесь давить было нечему. Меня капитально оглушило пространством: его было слишком много! Комната? Наверное, когда Геймовер говорил, слишком невнятно произносил окончания, потому что здесь нужно было использовать не «-а», а «-ы»!
Только будуар-гостиная занимала метров тридцать квадратных! Если сдвинуть диванчики и мягкие кресла к стенам, вполне можно мяч погонять. Спальня да, была поскромнее. На пару квадратных метров.
– Мисс Тори! Это вы ещё гардеробную не видели! – сияя восхищёнными глазами, восторженно выкрикивали Сантия, Мидда и Лавиния.
Судя по их настрою, там тоже помещение было «по скромному колоссальным» в сравнении с комнатами в моём особняке.
– Так, вас троих вижу, Талли в шкафу шуршит, Далия с Броной в гостиной, а остальные где?
Оттянув локон у уха, Мидда накрутила прядь на указательный пальчик: – Хорас повёл всех на разведку, так как негоже слугам мужского пола постоянно пребывать на женской территории. Исключение он сделал только для Джоэла, как для вашего помощника, мисс Тори!
Ха! Чтобы Джоэл и пропустил такое развлечение?! Да ни в жизни не поверю! Его отсутствие уже всё сказало за него самого. А раздающиеся то тут, то там визги были лишь подтверждением искренней любви местных слуг к призракам. Учитывая, что во главе разведывательного отряда сейчас Хорас, я могу быть абсолютно спокойной насчёт приличного поведения простынчатых. Если уж здесь все так повёрнуты на традициях и приличиях, вот пусть Геймовер и предлагает оптимальные варианты для нашего сосуществования.
Я уже собиралась лечь поспать, как «мужская банда» явилась всем составом. Что-то давненько, а если быть точной, то ни разу, до сегодняшнего дня не видела настолько довольного Хораса. Привыкла к его вечному брюзжанию и недовольству всеми и вся. Сейчас же мой призрачный дворецкий сиял, аки начищенная песком пряжка ремня дембеля. Мне дядя Серёжа показывал однажды такую.
– Как прогулялись?
Хорас гордо выпятил грудь, взявшись за лацканы своей ливреи: – Эти остроухие выскочки сейчас надраивают всё подряд! Чувствую, костьми своими тощими лягут, но до утра весь дом будет блестеть!
– Ты им что, а-ля «свекровьину проверку» устроил, указав, где пыль лежит и плинтусы не протёрты?
– Не только пыль, а ещё каминные часы не все блестят должным образом, решётки требуют более тщательной очистки от сажи... На их месте я бы сменил чистящую пасту для столового серебра, воск для паркета и садовника. Уж на что наш Мартин – охламон, но даже он в курсе всех последних новостей в ландшафтном дизайне.
– Докопались-таки...
– Мисс Тори, ну как я могу поверить на слово, когда мне, дворецкому со стажем, заявляют, что у них всё идеально? Это даже не вызов, а профессиональный интерес, чтобы перенять какие-нибудь полезные для себя навыки, обзавестись новыми знаниями, – довольно улыбнулся Хорас, в глазах которого я увидела предвкушение от завтрашней проверки.
– Но вы бы видели, мисс Тори, какое здесь хранилище! Чистый восторг! – воскликнул Джоэл, когда я его поманила пальцем. – Не просто сокровищница, а...
– СТОП! Вы и туда влезли?! – я посмотрела на притихших Брика и Линда.
– Одним глазком взглянули, и всё, – изобразив саму невинность, произнёс Джоэл. – Мы же должны были понять, что и где находится. Для вашей же безопасности, мисс Тори!
– Не сметь лезть ни в хранилище, ни в сейфы, ни в иные места с ценностями! Все слышали?! Линд, тебя это отдельно касается! Чтобы даже думать не смел о том, как подобрать подходящие отмычки! И только попробуйте снова провернуть тот же фокус, как тогда, когда добывали отмычки!
О, нужно было видеть эту грусть на лице нашего шельмы! Но в таких вопросах компромиссов быть не может. Отпустив простынчатых подумать над своим поведением в этом доме, я, наконец-то, добралась до кровати. В итоге проспала не только обед, но и ужин. Хорошо, что у Броны всегда чётко срабатывает правило «Хозяйка не должна быть голодной», поэтому в гостиной меня ждал накрытый стол, заставленный различными блюдами, сохранившим все свои температурные и вкусовые качества благодаря магическим клошам. Вот только я захотела признать, что жизнь прекрасна, как в дверь постучали.
– Мисс Тори, я хотел бы с вами поговорить.
Ох, как мне не хотелось вести хоть какие разговоры с Геймовером, но так как он был хозяином дома, выбора не было. Пришлось жестом приказать Блейку открыть дверь.
– Добрый вечер, лорд Габриэль. Так что вы хотели обсудить?
Эльф покосился на выстроившихся за моей спиной простынчатых.
– Джоэл, уведи всех куда-нибудь подальше, – мне пришлось обратиться к своему помощнику вслух специально для Геймовера.
Как только призраки исчезли, эльф заговорил: – Я хотел бы попросить вас, мисс Тори, как-то решить вопрос, чтобы ваши слуги не пугали обитателей поместья.
– Они не специально, всего лишь разведывали обстановку в новом месте обитания. Если скажете, где они могут ещё помимо выделенных мне комнат пребывать, более проблем не возникнет. Служанки могут находиться здесь, включая Арно, а вот мужская часть слуг хочет соблюсти приличия. Кстати, может, вы войдёте, а то как-то не очень удобно разговаривать через порог.
Уже в который раз в голове промелькнула мысль, что это не эльф, а вампир какой-то: пока не пригласишь, внутрь помещения не войдёт. Интересно, а если у порога соли насыпать, будет топтаться до тех пор, пока её не смету?
– Я могу предложить чердак над флигелем: там как раз никогда никого не бывает, и даже слуги появляются крайне редко, – после некоторых раздумий ответил Геймовер.
– Какое прекрасное место! А мне там нельзя поселиться? – с надеждой я посмотрела на своего временного охранника, скрещивая при этом наудачу пальцы за спиной.
– Это исключено, мисс Тори.
Наверное, это единственный случай, когда мы с Геймовером пришли эмоционально к консенсусу, синхронно изобразив на лицах искреннее сожаление. Разговор не клеился, но эльф не уходил. Вот ненавижу такие моменты! Мне лучше сразу получить все ценные указания и снова «спрятаться в своей скорлупе», чем сидеть и гадать, что там у собеседника на уме.
– Мисс Тори, – после продолжительной паузы снова обратился ко мне Геймовер. – Я хотел бы ещё прояснить некоторые организационные моменты на время вашего пребывания в моём доме.
Даже так... Любопытно, а какие такие? Вроде «налево пойдёшь – со скуки помрёшь», «прямо побежишь – на костёр угодишь», а если «направо шагнёшь – нотаций огребёшь»?
Однако последовавший после моего кивка вопросы меня слегка озадачили: – Вы больше любите чай по утрам или кофе? Мне стоит распорядиться накрыть в большой столовой или хотите более в уютной обстановке позавтракать?
– Если честно, то предпочитаю, чтобы по утрам со мной вообще никто не разговаривал, а ещё лучше не появлялся в радиусе километра. Прошу меня извинить, но я слишком привыкла к одиночеству, чтобы изменять своим привычкам даже ради соблюдения приличий. Поэтому если это возможно, то с удовольствием бы завтракала, обедала и ужинала здесь.
