— Шахту придется затопить наполовину, может быть, меньше, чтобы подъемная сила подняла пенал. Когда давление на крепления ослабнет, можно будет пенал спокойно снять с них.

— Воздуха останется еще меньше.

— Используем кислородные баллоны из противогазов.

— Смотри, а как мы поднимем крышку?

— Затопим под верх. Часть воздуха, который не уйдет в потерну, запрет вверху шахты и вода спрессует его. Нам даже не понадобится много энергии, чтобы поднять ее. Вода сверху быстро зальет шахту и тут же выровняет давление. Мы поднимем крышку дальше.

— Так, это понятно. А как же быть с кабелем, питающим двигатель подъема крышки?

— Отсоединим его, как только поднимем.

— Кому-то придется быть снаружи?

— Ну да, не такая уж большая сложность.

— Там же работы по подвеске, мама не горюй? На день крутить и молотками стучать?

— Долго ли умеючи. — Пошутил Яцук. — Сообща навалимся, за полдня успеем.

— Это, мужики, надо все серьезно обдумать. Шанса переиграть у нас не будет. — Привалов понимал, что ни за какие «коврижки» не станет рисковать семьей.

Других стоящих вариантов никто предложить не смог, поэтому беседа под водку постепенно перешла в совсем неформальное общение, напоминающие привычные посиделки на кухне. В основном, люди делились воспоминаниями из прошлого, или как сказал Исупов, из «прошлой жизни», проведя грань между жизнью до катастрофы и после.

Из неизменного, что в той, что в этой жизни, оказалась реакция жен. Первой не выдержала Мария Стыдова, решившая проверить мужа. Она задала ему несколько провокационных вопросов.

— Машь, ты чего, как самая заботливая? Смотри сколько нас и сколько бутылок? Чего тут пить? Приду трезвый, не переживай.

— Мария, Гриша прав, мы просто разговариваем. — Поддержал товарища Кузьмин.

— Эх, мужики, вы и на том свете придумаете, как сообразить на троих. — Мария возмущенно покачала головой и исчезла в люке.

— Будь здесь салон красоты, им бы было веселее. — Вслед жене произнес Григорий.

Мужики прошлись шутками про салон в УКП, прикинулись манерными стилистами и выпили в итоге за красоту.

— Ну, за то, что красота спасет мир.

Из-за гипоксии, алкогольное опьянение быстро утомило, и компания разбрелась по своим отсекам. На утро, смены дня и ночи в УКП строго придерживались, собрались снова, чтобы обсудить проблему подъема еще раз.

— Не передумал? — Первым делом спросил Привалов Яцука.

— Не передумал. Я уже облазил все крепления, чтобы понять, как сдернуть с них пенал.

— Выполнимо?

— На весу проблематично, а если затопить, то можно. Как я и говорил. Есть еще некоторые идеи, но это уже по ходу работ можно будет озаботиться.

Чтобы избавиться от сомнений и сомневающихся, офицеры выбрались в шахту и облазили ее снизу до верху, чтобы понять план Яцука и способ его выполнения.

— Нам надо будет обеспечить герметичность внешних люков в отсеки и всех коммуникаций. Есть еще идея насчет того, чтобы заранее предусмотреть центровку пенала. Мы же пока не знаем, куда сместиться центр тяжести, плохо будет, если он в воде ляжет прямо на люки. Такая вероятность есть. — Федор показывал все свои предположения руками.

— Что ты предлагаешь?

Яцук завел офицеров на противоположную от люков сторону.

— Я считаю, что эти гидроцилиндры нужно оставить висеть на пенале. Когда он всплывет, они исполнят роль противовеса, или киля.

— Смотри, какой ты головастый. — Присвистнул Стыдов. — А в горловину пролезет с ними?

— Пролезет, но чтобы не уперлось, придется сделать на вершине пенала направляющие под углом. С этого и следует начать. Когда затопим до половины, время пойдет на часы из-за нехватки кислорода.

— Постой, а как же ты собираешься включать генераторы, при такой экономии воздуха? — Вдруг осенило Кузьмина.

— Я ночью, пока спал, подумал, что придется кабели удлинить, иначе из-за подъема пенала сорвет их до того, как крышка поднимется полностью. Вначале думал вынести один генератор наружу, но больно трудоемко. Да и потом, они могут нам пригодиться. Ну, я имею ввиду, сильно потом. Пока будет затапливать, генераторы будут сосать воздух из шахты, а потом перейдут на внутренние запасы. Я сделаю смеситель, чтобы подавать в систему кислород из баллона.

— Спал он и думал. А что же ты думаешь, когда не спишь? — Усмехнулся Стыдов, пораженный способностью Яцука думать во сне.

— Не думал, мужики, что так буду волноваться. — Привалов сделал глубокий вдох. — Промедление смерти подобно. Федор, дели всех по группам, и определяй им фронт работ.

Через полчаса недра шахты заполнились рабочим шумом. Яцук взял на себя инженерную функцию по части подвески пенала-капсулы. Исупов отключал пенал от всех коммуникаций, кроме связи с электродвигателем, открывающим крышку над шахтой. После консультаций с техниками Привалов и Стыдов взялись за создание направляющих. Пенал во время подъема из-за разбалансированности мог начать заваливаться и зацепиться при подъеме. Этого надо было избежать, иначе пришлось бы держать целый отряд водолазов. А кислорода во всех баллонах оставалось все меньше. Кузьмин и команда младших офицеров, вооружившись солидолом, конопатила внешние люки отсеков.

Направляющие сделали из скрученных со стен шахты лестниц. Яцук придирчиво осмотрел конструкцию, созданную двумя майорами. Привалов и Стыдов сразу почувствовали себя подчиненными, да еще и с кривыми руками.

— Шатко, мужики. Представьте, какая масса будет давить? И вот тут скрутите проушины, чтобы не торчали. Ими же и скрепите ваши лестницы. Все должно пройти очень гладенько, не при женщинах будет сказано, ваша задача, как следует послюнявить.

— Иди, ладно, озабоченный, свою работу делай. — Григорий не выдержал критики со стороны младшего по званию. — Сделай так, чтоб наш ковчег смог подняться.

Федора насмешила реакция Стыдова.

— Потом проверю. — Напомнил он и опустился на лестницу.

— Сделаем, как сказал. — Пообещал ему Привалов.

— Раскомандовался. — Пробурчал Григорий.

— Гриш, а нам сейчас не до Устава. Какая вообще разница, кто мы, майоры, литехи или генералы. Нам бы всплыть, как минимум, и как максимум, приспособиться к новой жизни. У Федора, видишь, черепушка варит в технике. Лучше подчиниться на пользу дела, чем тешить свое самолюбие во вред всему.

— Ну, так-то я с тобой согласен, но инерция сознания упрямая вещь. — Стыдов подумал немного и сделал вид, что лизнул лестницу, из которой делали направляющую.

— Вот, так-то оно лучше. — Поддержал его Привалов.

По шахте бегало непрекращающееся эхо ударов по металлу. Надо было выбить крепления подвески на самом дне, чтобы не лезть к ним в воду, когда шахту затопит. Чтобы справиться с этой задачей, пришлось нагрузить верхние крепления, чтобы ослабить нижние. И все равно металлические штыри, удерживающие проушины гидроцилиндров едва поддавались. Металл штырей разогрелся от сильного трения и расширился, усложнив задачу. Из потерны принесли черную вонючую жижу, чтобы охлаждать их.

Обессилевших срочников заменили офицеры. Но все равно, эта часть работ двигалась медленнее остальных. Исупов уже отсоединил все трубы и провода, и собирался взяться за последний оплот цивилизации, трубу соединяющую туалет с фекальной емкостью.

— Погоди, не спеши. — Остановил его напарник. — Это в самую последнюю очередь. Пусть детишки и женщины в туалет сходят. Неизвестно, как долго мы будем с подвеской возиться после затопления.

Штыри пошли лучше, когда их выбили наполовину. Подвеска загудела, затрещала под увеличившейся нагрузкой. Большую часть гидроцилиндров сняли полностью, как и собирались. Для подъема важен был каждый килограмм лишнего веса, а пенал был тяжел и сомнения в его плавучести были немаленькими.

Привалов оглядел захламленное железом дно шахты.

— Теперь надо перекурить. До женщин и детей довести, что санитарная зона как минимум на полдня. И всех это касается, но вам можно справить нужду прямо здесь.