На педалях сидел Матвей. Он меланхолично крутил их и водил сонным взглядом по сторонам. Без необходимости чистить колеса от водорослей работа превращалась в более легкий, но монотонный труд. Матвей уставился на черную точку, выступившую из дымки. Вначале он принял ее за очередной обман зрения. Но чем ближе она становилась, тем натуральнее выглядела.

- Пап, смотри, что там? – Матвей указал рукой вперед.

Егор оторвался от бумаг и посмотрел туда, куда показывал сын.

- Не понятно, на мираж не похоже. – Егор привстал и приложил ладонь ко лбу. – Правь на нее.

Чем ближе становилась точка, тем грандиознее она выглядела. Но определенно сказать, что это, пока было нельзя. Когда до объекта осталось меньше трехсот метров, и отец и сын ахнули. Перед ними из воды выступал сильно поврежденный корабль. Он лежал на боку во всю свою исполинскую длину. Несмотря на снесенную с палубы надстройку, в нем можно было опознать океанский лайнер или огромный паром.

Плот, приблизившись к огромной махине, наполовину утопленной в воде, смотрелся как микроб рядом с яблоком.

- Вот это размерчик! – С придыханием сказал Матвей.

- Даа! Всю жизнь мечтал поплавать на таком.

Судно было очень сильно повреждено. Ветер, возможно, не мог поднять его в воздух и нес по воде. Борта были замяты внутрь, палуба выдавлена наружу. Все было покорежено, пробито насквозь и разломано.

- Полезем? – Матвей махнул головой в сторону корабля.

- Опасно, но пройти мимо точно нельзя. Надо будет подстраховаться.

К счастью, с собой были тросы и фонарь. Егор обогнул корабль со всех сторон, чтобы найти подходящее место для подъема. В итоге, они с сыном пришли к мнению, что лучше всего подняться со стороны носа, пройти до иллюминаторов и забраться через них внутрь корабля.

Когда-то белые борта лайнера были теперь покрыты ржавчиной и напоминали лунную поверхность, испещренную ударами метеоритов и астероидов. Все стекла в круглых люках иллюминаторов были выбиты. Наружный осмотр показал, что помещения внутри сильно забиты грязью. Егор выбрал каюту, которая показалась ему наиболее безопасной. Он привязал Матвея тросом и спустил его через иллюминатор внутрь.

В каюте было душно и воняло затхлым. Смешанное с грязью имущество лежало на стене, в которой была дверь в коридор. Матвей принялся разбирать его, чтобы выйти туда. Кровати и столы, разбитые на части, смешанные с грязью и постелью, создали трудно разбираемый хаос. Матвей от досады пнул кучу, и она с шумом ушла вниз, провалившись в дверной проем. Дверь, как оказалось, была открыта.

Матвей выглянул в проем и увидел грязный коридор, забитый мусором. Почти во всех каютах по его ряду двери были открыты. В каютах напротив двери были закрыты мусором, и понять, открыта дверь или нет, не разобрав его, было нельзя.

- Я спускаюсь ниже. – Матвей уведомил отца.

Для этого ему нужно было отвязаться от троса. Конец троса доставал почти до противоположной стены коридора.

- Подожди, я с тобой.

Егор протиснулся в иллюминатор и спустился по тросу, который привязал снаружи.

- С чего начнем? – Спросил сын.

- Предлагаю разобрать эти завалы, чтобы найти каюту с закрытой дверью. Может быть, там что-то сохранилось в целости. Постель, одеяла, хоть что-нибудь!

Они приступили к разбору завалов. Матвей сразу предложил проверять, открыта дверь или нет, ударяя по куче вороха ногой. Напротив открытой двери куча проминалась, а напротив закрытой нет.

В первой открытой каюте обнаружился полный беспорядок, как и в остальных. Грязи в ней было намного меньше, чем в верхних каютах, но было так же сыро. Егор попробовал воду на вкус. Она была почти пресной. Это значило, что вода была дождевой. Следовательно, до уровня поверхности водоема эти каюты еще не доставали.

            Свет фонарика выхватил переломанную мебель и всевозможные тряпки, которыми она была заправлена. Егор потянул за ткань. Та почти без усилий порвалась.

            - Не годится. – Посетовал Егор. – Давай пройдемся по коридору. Похоже, здесь мы не найдем ничего полезного. Вода и время сделали свое черное дело.

            Вторым тросом, который до этого был обмотан вокруг тела Егора, отец привязал Матвея к себе и пустил его вперед. Грязь и мусор местами сделали коридор настолько узким, что приходилось становиться на четвереньки, чтобы протиснуться по нему.

            - Здесь лестница! – Вскоре раздался крик Матвея.

            Он дождался, когда отец подберется ближе, чтобы осветить фонарем находку. Лестница соединяла верхние и нижние палубы. Это был не тупик, коридор шел дальше. Егор примерился, чтобы понять, куда идти вниз, а куда вверх.

            - Куда пойдем? – Спросил отца Матвей.

            - Думаю, надо идти вниз. Меня интересуют больше всего хозяйственные каюты, для персонала. Там, где можно разжиться чем-нибудь полезным.

            Егор забрал фонарь у сына и сам пошел впереди.

- Не подходи близко, будь готов упереться во что-нибудь, если я провалюсь.

- Хорошо.

Грязная и влажная лестница была чище, чем коридоры. Потоки воды промыли ее, стащив весь мусор вниз. Отец с сыном спустились на уровень ниже. Коридор тоже был захламлен, но не так сильно, как верхний. Двери кают были открыты. Там каюты были не по борту, в них не было иллюминаторов. Егор отвязал от себя трос и отдал фонарь сыну.

- Посвети мне.

Сам подпрыгнул, ухватился за края проема, и, сделав выход силой, оказался внутри каюты. Матвей подсвечивал ему снизу.

- Чего там? – Спросил он.

- Грязи почти нет, но все трухлявое. Даже не знаю, что и взять здесь.

Егор спрыгнул вниз.

- В каютах нам ничего не найти, пошли дальше.

Они прошли до конца коридора, периодически заглядывая в каюты. Но это все были номера, состояние вещей в которых было одинаково ветхим. Они дошли до следующей лестницы, но миновали ее и дошли до помещения с надписью на латинице «SAUNA».

- Это то, чего мне сейчас очень не хватает.

Дверь была заперта. Егор ударил по ней ногой. Поднажал плечом. Дверь не шелохнулась.

- Кажется, она вообще открывается навстречу. – Догадался сын. – А чего нам искать в сауне, кроме тазиков?

- В самом деле, пошли назад.

В лодке был инструмент, при помощи которого можно было вскрыть дверь, но для этого нужна была острая необходимость. Они вернулись к лестнице, которую проигнорировали недавно. Снова спустились вниз на следующую палубу. Здесь тоже были номера, а там, где этажом выше была дверь в сауну, здесь находился тупик. В каютах, которые были под ногами, плескалась черная вода. Спускаться ниже уже было незачем.

Тогда Егор с сыном решили проверить коридоры по всей длине. Они шли, пока Матвей не заметил на двери каюты, находившейся над их головами, вместо номера надпись «service room».

- Это надо проверить. – Довольно произнес отец. – Ну-ка, отойди.

Отец подпрыгнул и крутанул ручку двери. Они тут же распахнулась под тяжелым весом всего, что на ней держалось. Столовая утварь чуть не убила Егора. Он еле успел отскочить от града падающих ножей, вилок, тарелок и кастрюль.

- Так, хоть что-то нормальное на этом корабле. – Обрадовался находке Егор.

- Наконец-то будем, как нормальные французы, лягушек ножом и вилкой есть. – Пошутил Матвей.

- Уи, месье. Ля кленуль ням, ням, карашо.

- Чего? – Не понял Матвей.

- Да так, французский из школьной программы. Посвети мне, заберусь внутрь.

Каюта, по виду, предназначалась для работников многочисленных баров и ресторанов, имеющихся на борту лайнера. Здесь хранилось все, что так или иначе было связано с едой. Начиная с зубочисток и заканчивая трехведерными кастрюлями. Егор рассудил, что такие кастрюли им ни к чему, но маленькие вполне могли сгодиться, как и столовый инструмент, особенно ножи и ложки. Тарелок целых не осталось, потому что все они были сделаны из фарфора или фаянсовые. Зато нашлись несколько сковородок, которые здорово могли пригодиться в хозяйстве.