Мужчина же вовсе на меня не смотрел. Он тревожно поглядывал на Татиану, что навело меня на мысль: «ЭТО ДЕДУШКА?! ВАУ!»

Гибкий, высокий, совсем не старый. Если навскидку обозначить ему возраст — эта цифра никак не выше сорока. Даже тридцати пяти! В его волосах ни одной седой волосинки видно не было!

А ещё я заметила, что отношения между брюнеткой и дедом Тати далеки от дружеских. Те взгляды, которыми обменивались эти двое, нечто среднее между «недовольство» и «презрение».

«Они явно не вместе сюда явились. Их мотивы различны… Цисана пришла поглазеть на меня, а Ильяс Рогмар — к Тати… или же второй вариант — эти двое отличные актёры… Учитывая, что теперь я имею дело не с жителями Харькова, а с прожжёнными манипуляторами элиты трёх миров Сорура — вполне себе версия!»

— Можно? — Мило улыбнулась Цисана, приблизившись ко мне.

Вместо того чтобы заразиться вызывающей оскомину любезностью, просто сухо кивнула.

«Мы даже не знакомы. С чего я тут лыбу должна тянуть? В её дружбе не нуждаюсь… Да один из них явно подставил меня, чтобы нацепить ограничитель! Пошла нафиг!» — Всё моё состояние кричало, чтобы я не сидела рядом с этой фифой.

Я привыкла доверять самосохранению. Моя голова варила, что надо. Там нет тараканов… Их давно сожрали другие, куда более крупные и опасные твари.

«Несмотря на видимую доброту, я совсем не цветочек, да простят меня все сирены, род которых мне судьбой назначено продолжить… — прищурившись, уставилась вперёд, не переставая отдавать искрящим, видимым одной мне, разноцветным нитям материи невербальные приказы. — Раз — щит, два — щит… три — охранка, четыре — ловушка на ментальную атаку, пять…»

Моего бедра что-то коснулось.

Резво повернув голову в сторону Элияра, заметила в глаза парня тревогу. Маро одним взглядом спрашивал, что происходит.

Он чувствовал колебание материи вокруг меня.

Прикусив губу, чтобы не улыбнуться, незаметно подмигнула демону.

Элияр моргнул, ошалев от этой каверзы, потом нахмурился и снова посмотрел на своего родственника, взявшего слово.

Два красных пятна на щеках старосты боевиков поразили меня в самое сердце.

«Надо же… смутился! Ути Бозе мой!»

— Уважаемые, — начал Алекс Бусан, заняв своё место. — Начнём. Принцесса Татиана Тартис, вы утверждаете, что «Патир», зафиксированный шесть дней назад — дело ваших рук. Если это так, и это заклинание было целенаправленным, как вы пояснили, то мы просим представить нам доказательства.

Ти взволнованно моргнула, после чего кивнула, сложив ладошки.

Я ощущала, как нервозность сестры заставляет её трястись. Выпустила чернильные щупальца, радуясь, что мои манипуляции не так-то легко просчитать или заметить… если ты не демон.

«Или не другой какой житель Херона, — сделала неутешительный вывод, когда Цисана открыла рот от изумления, следя за стелющимся чернильным облаком. — Значит, она всё-таки их Нижнего… По фиг!»

К моему удивлению, особа никак не прокомментировала мои манипуляции. Захлопнула рот и, о чём-то размышляя, уставилась прямо перед собой.

Тати, волнение которой вытянула обычная клякса-эр, тут же мной развеянная, умиротворённо улыбнулась, выставила кисти перед собой, несколько раз взмахнула, закручивая вихри воздуха, и чётко прошептала:

— Patir vocant. Ut tueri mandatum!

Сфера выплыла из солнечного сплетения Тартис, ослепляя нас всех своим светом, прежде чем войти обратно, только уже не сырой энергией резерва, а сформированным благословением.

Тати опять засияла, преображаясь в красотку.

«Эх… жалко только, что через двадцать четыре часа сестрица будет похожа на фосфорную куклу. Откат у заклинания тот ещё!»

— Что ж, — нервно улыбнулся Ильяс Рогмар, тут же подскакивая с места. — Отлично. Мы можем быть свободны?

— Позвольте! — Возмутился тот преподаватель, который в коридоре весьма настойчиво вёл себя в отношении необходимости поцепить на меня ограничитель. — А сирена?!

— А что я? — Не стала молчать, прекрасно зная, что этот наезд был сегодня неизбежен.

— Титаны до своего совершеннолетия должны носить ограничитель! — Возмутился пока неизвестный мне дядька. — Это опасно!

— Не переживайте, я контролирую себя.

— Каким образом?! — Ехидно спросил мужик, достаточно сильно зля меня своим пренебрежительным поведением.

— Меня хранит великий древнеегипетский бог покоя и умиротворения — ДАНУНАХ.

— Что?! — Удивление и непонимание отразилось на лицах почти всех присутствующих… только Элияр хрюкнул, резко отворачиваясь к окну.

Я невозмутимо продолжила, закинув ногу на ногу:

— Говорю, что выбросов и хаотичных всплесков магии с моей стороны не было и не будет.

— Молодая мисс, вам о пятом этаже напомнить, который вы разнесли в прах, пощадив только несущие колонны?!

— То не моя вина. Нельзя на сирену цеплять брачные наручи…

— Э!

Глянув на Элияра, поморщилась:

«Прости, дорогуша, но начудили мы вместе, и выпутываться тоже будем вместе!»

— Но…

— Как?!

— КТО?!

— Элияр, — в шоке спалил своего племянника ректор Бусан. — Ты посмел одеть на сирену браслеты?!

— Я не знал, что она — сирена, — мрачно ответил полудемон-полумаг.

— Потрясающе! Теперь понятно, почему твой отец вызвался оплатить ремонт!

Алекс Бусан был в негодовании.

— Тем не менее… — никак не желал угомониться преподаватель уже по моему самому нелюбимому предмету, пусть его наименование мне пока незнакомо. — Ограничитель — неотъемлемая часть всех несовершеннолетних титанов! Кто за то…

— Алё! — В своей привычной манере усмехнулась.

«Эх… а ведь хотела быть воспитанной! Падла! Вынудил меня перейти на режим «Быдло».

— Тут вам не палата лордов! Есть куда более высшие инстанции, которые решают: как, где и в каком состоянии мне находиться! Не вымахивайтесь. Я — не только адептка! Я — сирена! Сирена, работающая с источником! «Патира» моего боитесь?! — Махнув рукой, выдула такую сферу, что один из преподавателей съехал со стула, боясь с ней соприкоснуться.

Щёлкнула пальцами, и сырая сила осыпалась чёрным пеплом, не подарив никому ни благословления, ни проклятья.

— Не бойтесь!

— Как ты… — Цисана, белая, как мел, прижала руки к груди.

— Я с трёх лет изучала такие заклинания, какие ни одному отпрыску во всех ваших трёх мирах даже не снились. Я знаю свои силы и не переоцениваю себя. Да, трудности есть, но они только в определённости наименования того или иного заклинания, заложенного во мне в раннем детстве. Однако я очень скоро все их классифицирую и разложу по полкам, — покрутив многозначно у виска, хмыкнула. — Вам не о чём волноваться. Не злите меня, и не будет вам угрозы… Защищать свою жизнь и свою свободу буду до последнего вздоха, поэтому даже не думайте, что у вас получится поставить на меня какие-то там блоки, — бросив укоризненный взгляд в сторону задумавшегося наставника-выпускника, улыбнулась, — или нацепить брачные браслеты без моего на то согласия. А вообще — у меня есть свой дофин. У кого какие предложения или возмущения в сторону единственного титана Нижнего мира — к нему!

«Зизран вам выпишет вазелин! В контракте чёрным по белому написано: ПОЛНАЯ свобода воли, слова, силы, жизни, мысли!»

Гордясь сама собой, наконец, поднялась, учтиво кивнула магистру Барду, который с упоительной мимикой любовался мной, и ректору, после чего взяла Тати за руку.

— Если это всё, то всем спасибо за искреннее волнение о наших возможностях.

— Можете идти, — с облегчением кивнул Бусан, откидываясь на спинку своего кресла.

— Какая наглая… — прошептала Цисана, когда я уже вышла в приёмный кабинет.

— Не то слово, — промямлил «дедушка» Татианы.

— Чур, на моём факультете!

— Утрись! — Узнала голос магистра Барда. — Сирена будет учиться только на боёвке! Я её уже записал к себе!

— Хей! Мы даже ещё не собирались обсуждать кандидатуры первачков!

— Господа деканы…

Дверь закрылась за Элияром, и Тати прерывисто выдохнула: