— Какого порошка? — мгновенно вскипев, Вася подскочил и вцепился ему в воротник. — Что ты ей подложил, сволочь?

Не пытаясь сопротивляться его натиску, Женя поднял обе руки.

— Успокойся, пожалуйста, — полным миролюбия тоном ответил он, — ничего страшного — обычное снотворное, разрешенное Минздравом. Я сам его принимаю от бессонницы, мой старый отец тоже его пьет, и пока оба живы. Девочка просто очень хорошо выспится.

— Сядь, Васек, в самом деле, — с досадой одернул приятеля Коля, — ничего с ней не случится. Продолжим о серьезном.

Мрачный, как туча, Вася опустился на свое место. Женя спокойно оправил ворот рубашки и продолжил:

— Значит, о серьезном. Итак, в горах Дагестана есть одно местечко. Лет пять назад там был мощный совхоз, теперь вся молодежь разъехалась, осталось несколько семей. Связь с внешним миром плохая, живут, в основном, за счет натурального хозяйства в окружении минеральных источников. Пару лет назад выяснилось, что вода из источников на их земле чрезвычайно ценится на Западе, и многие фирмы готовы платить за нее большие деньги. Сельчане организовали кооператив по сбору воды — собирают ее в цистерны. Я организую транспорт для вывоза цистерн с водой и доставку их на разливочный завод, через меня же идут все денежные операции. Вернее, шли — именно я в течение двух лет привозил им их заработную плату. Понятно, к чему я веду?

— Пока нет, — лицо Коли было непроницаемым.

— Ладно, пошли дальше. Тамошних аборигенов обуял дух времени, и они потребовали, чтобы их труд оплачивали в долларах. Где, скажите на милость, в оторванном от мира селе может потратить баксы столетняя старуха? От уехавших друзей и родственников сельчане свой бизнес всячески скрывают — боятся, что их обворуют. Получая свои баксы, они их сверлят жадными глазами, пересчитывают дрожащими руками и несут прятать в сейф директора совхоза. За два последних года в этом сейфе скопилось около двухсот тысяч долларов.

— И ты, конечно, хочешь эти баксы оттуда забрать, — криво усмехнулся Вася. — Как я понимаю, предполагается ограбление с использованием огнестрельного оружия.

— А если и так? — Женя весело оскалился, но взгляд его стал напряженным.

— Если так, то зря мы с тобой связались — нужно было нам попробовать толкнуть стволы на рынке и чапать на Украину или к прибалтам, как планировали.

— Почему?

— Потому что коли эти твои аборигены так падки до баксов, то они скорее костьми лягут, чем отдадут свое кровное, и стволами их не запугаешь — скорее дойдет до настоящего кровопролития. Тебя там знают, село, пусть и заброшенное, но телефонная связь есть везде, так что после такой эскапады нас на сто процентов повяжут и довольно быстро — мы даже на поезд сесть не успеем.

— Слушайте, мужики, у вас что, есть выбор? Вы ведь и без того повязаны на мокром деле.

— С чего ты взял? — вскинулся Коля.

— Зоя мне все рассказала, — Женя ухмыльнулся, наклонился вперед и, отчетливо выговаривая слова, негромко произнес: — Темку Доронина с дороги вы убрали? Убрали. Да и еще кое-что на вас висит, так что не надо строить из себя наивную девственницу в первую брачную ночь.

Лица приятелей вытянулись, они растерянно переглянулись.

— Сука! — прошипел Коля, бросив яростный взгляд в сторону спавшей девушки, но во взгляде Васи читалось явное недоверие.

— С какой это радости она начала с тобой откровенничать? — насмешливо спросил он. — И когда это вы с ней успели так душевно переговорить? Про тебя — да, про тебя она при тебе же нам рассказала.

— Когда? Ну, побеседовали-то мы еще у меня дома, а с какой радости, спрашиваешь… Возможно, у меня талант обращаться с подобного рода девицами, все шлюхи сразу проникаются ко мне симпатией и…

Он не договорил, потому что кулак Васи въехал ему в подбородок.

— Она моя жена, запомни это, скотина!

В ответ Женя тоже размахнулся, но промазал. Не втиснись между ними Коля, в тесном купе вспыхнула бы драка.

— Сдурели оба? Хотите, видно, чтобы нас с поезда прямо в ментовку отправили?

— Да пошутил я! — осознав, что конфликтовать не время, Женя ощупал подбородок и решил пойти на попятный: — Ничего она мне не говорила, я просто предположил. Темку отец уже с неделю ищет и нигде найти не может, Марат Васильевич мне сам жаловался, что Темка, когда уезжал, потихоньку умыкнул у него новый итальянский костюм, ни разу ненадеванный. Неделю назад жена хотела его достать и к празднику отутюжить, а костюмчика-то и нет, только старая Темкина одежда в угол шкафа запихнута — они тут сразу и догадались. Стали Темку искать, а дома в Москве его нет, в командировке, где был, тоже нет, вообще куда-то сгинул. На работе сказали, пропал. После праздников, если не объявится, будут в милицию заявлять. Конечно, Темка мог и в запой уйти, мог где-нибудь у бабы засесть, но… В прошлый раз я его видел с Зойкой — он из-за нее совсем ума лишился, хвостом за ней бегал, а тут она появляется в вашей компании и без него, а рядом с ней этот, — его припухший подбородок указал на Васю, — до озверения влюбленный Ромео. Связав все один к одному, я заподозрил неладное и решил вам намекнуть. Попал, как видите, пальцем в небо — вы сразу и струхнули. Была бы неправда — просто посмеялись бы. И потом, стволы ведь на дороге не валяются, как-то они к вам попали. Все логично?

Как ни странно, но от его рассуждений Васе полегчало, и в голове мелькнула нелепая мысль:

«Так вот откуда у того типа — Доронина — такой костюмчик был… в тот день».

— Паразит ты, вот, что я тебе скажу! — уже спокойней буркнул он, опускаясь на свое место, а Коля недобрым взглядом впился в лицо Жени.

— Знаешь, Шерлок Холмс, тот, кто проверяет других, сам может однажды лечь и не встать.

— Кажется, разговор у нас ушел не в ту степь. Слушайте, ребята, мне нет дела до ваших проблем, а свои я на вас тем более не собираюсь вешать, но у нас есть общая цель — выбраться. Нам нужны баксы, у меня есть план, как их достать. Мне продолжить? Или на этом заканчиваем и разбегаемся?

Вася, скрипнув зубами, промолчал, но Коля холодно кивнул.

— Продолжай, послушаем.

— В Тбилиси к моим услугам тачка — постоянно стоит в гараже. Я ее беру, когда мне нужно попасть в село по делу.

— Интересно, почему Дагестан? — словно обращаясь к самому себе, молвил Вася. — Едем в Тбилиси, теперь вдруг Дагестан, скоро весь Кавказ объедем. Тбилиси в Грузии, деятель.

— Спасибо за информацию, я этого, наверное, не знал, — добродушно хмыкнул Женя, благоразумно решив, что обижаться на подколы не имеет смысла, — могу объяснить, почему Тбилиси — потому что оттуда ближе всего и удобнее ехать — два часа с небольшим и по достаточно хорошей дороге.

— Значит, село не столь уж заброшенное, как ты расписываешь, связь с миром у них есть.

— Практически никто оттуда не выезжает. Все шофера давно разъехались, транспорта нет — последний грузовик окончательно сдох еще зимой, его отправили в районный центр, но нового не прислали. Есть маленький ГАЗ, водит его внучка директора, но ездит куда-нибудь крайне редко. Вся связь с миром у них — мост, перекинутый через пропасть. Повредить телефонный кабель и лишить село связи — пара пустяков.

Он замолчал, потому что после доклада в ведущей организации слегка осип и теперь устал говорить. Коля, слегка наклонившись вперед, хищно сверкнул глазами.

— А дальше?

Женя с удовольствием отметил вспыхнувший в его глазах интерес.

— А дальше слушайте внимательно. Когда я приезжаю и привожу деньги, они всем миром собираются в бывшем клубе — у них даже столетние старухи собирают воду, и все они хотят лично получить честно заработанные баксы. Собираются все до единого — не доверяют даже членам семей. И когда они все соберутся, ловушка захлопнется. Их около пятидесяти человек, но среди них только трое крепких мужчин.

Он многозначительно посмотрел на своих собеседников. Коля медленно произнес:

— Связать и обезвредить пятьдесят человек довольно трудно.

— Тем более, что они, как правильно говорил Василий, за свои деньги перегрызут горло, — согласился Женя, — но ведь у вас есть «макарки».