Гром, по-видимому, предвосхищал начало дождя и его конец. Шум дождя затих мгновенно, будто его отключили. Между деревьев, журча, к морю бежали ручьи. Их силы хватило еще на пару минут. Вода быстро впиталась в песок.

- Надо бы осмотреться? - Предложил я, пробуя носком ботинка землю.

Я подумал, что она может стать зыбкой, но дождь наоборот, уплотнил ее.

- У нас не принято ползать по мокрому. - Сообщил змей. - Через воду передаются всякие болезни, чешуя может слезть или волдыри пойти под ней. Климат у нас сухой, нет природной устойчивости.

- А сдается мне, ты вот так завуалировано просишься на ручки. - Решил я. - В тебе полцентнера. Ты же не дамская сумочка, чтобы носить тебя через плечо. Хотя..., сумочек из тебя можно было бы пошить.

- Друзья. - Подала голос кошка, пушащая лапой подсыхающую шерсть на теле. - А почему мы до сих пор не представились. Как-то неловко обращаться без имени.

- Действительно. - Согласился я. - Меня зовут Жорж. Можно добавить Землянский, потому что мой мир называется Земля, но это необязательно.

- Меня зовут Олеляу. - Последний звук она произнесла грассирующим мурлыканьем.

- Я так и думал, что имя у тебя будет звучать по-кошачьи. - Признался я. - Вот у меня кошка была... - Я натолкнулся на немигающий взгляд желтых глаз. - Прости. У меня о ней только хорошие воспоминания остались.

- А меня зовут Аанташшш. - Змей учтиво кивнул головой, совсем по-человечески.

- Анташ - монтаж. Легко запомнить. Очень приятно. Вот мы и перезнакомились. Жорж, Оля и Антошка.

- Нет, если хочешь кратко, то лучше произносить второй слог, Ляу. Оле - это моя бабушка. Широких ей веток в вечном лесу.

- Ага, Ляу, так Ляу, почти что мяу.

- А меня зови Антош. То имя, которое ты произнес, режет слух.

- Ладно, Жорж никому не режет?

Антош и Ляу ответили, что не режет.

- Ну, банда нетрадиционной эволюционной ориентации, хватит сидеть на одном месте, пора бы и осмотреться, что за «Последний герой» нам устроили гостеприимные власти Транзабара. Вы, кстати, не против, если командовать парадом буду я? - Я хлопнул в ладоши и замер, ожидая реакции коллектива.

- Кто из нас командир, покажет чрезвычайная ситуация. - Ляу дала понять, что мой авторитет еще не признан.

- Это справедливо. - Согласился с ней змей Антош.

- Ладно, я не настаиваю. Пусть это произойдет естественным образом. Как пойдем, через лес или по берегу?

- По берегу. - Выбрала кошка.

- Это разумно. - Кажется, Антош склонялся к лидерству кошки.

- Вот и ползи сам, подкаблучник.

- А ты хотел продираться через лес? - Поинтересовалась Ляу.

- Нет, я тоже хотел по берегу.

Мы вышли на песок. Течением вынесло много разного хлама из леса, поломанных ветвей, старых коряг и даже кустарниковых колючек, ощетинившихся искрящимися капельками воды на концах иголок, выглядящими как яд на жвалах тарантула. Антош быстро извозился в мокром песке и мусоре и стал похож на грязный пожарный шланг. Его немигающие глаза выражали нечеловеческое страдание. В отличие от нас с кошкой его чешуя была ему и одеждой. Я представил себя, ползущего в свадебном фраке, и мне стало жалко змея.

- Антош, давай отряхнись, чтобы я взял тебя на ручки.

- Не знаю, право, Жорж, я ведь такой тяжелый.

Однако он остановился, вытянулся почти на метр над землей и замер, ожидая, когда его почистят. Ляу, ловкими кошачьими лапками, очистила змея от налипшего на него песка и мусора. Антош даже закрыл глаза, прибалдев от ее манипуляций.

- Антош, а у вас одежды в принципе не бывает? - Спросил я.

- Нет. Не вижу практической пользы. Она же сотрется вмиг.

- Верно. Да и стыдится вам нечего. Ничего выдающегося кроме головы, у вас нет.

- Тебе это кажется необычным? Представь, каково мне видеть ваше несуразные тела, лишенные геометрической рациональности. Природа будто забыла, как создавать красоту и сделала вас.

- Ты, того, полегче, мы с Ляу находим себя очень даже привлекательными. А будешь болтать, пойдешь ножками. - Я хохотнул над этим сравнением. - А хаять того, кто тебя тащит на себе, могут только паразиты.

- Извините, просто у нас считается нормальным говорить, что думаешь.

- У нас тоже, но еще более нормальным считается умение держать язык, особенно раздвоенный, за зубами.

- Мальчики, не ссорьтесь. Смотрите, там что-то из воды показалось. - Ляу направила мохнатый пальчик в сторону моря.

Волнистая водная поверхность надулась двумя пузырями. Что-то поднималось из глубины вод.

- В лес, живо! - Крикнул я и первым ринулся под его зеленую крышу.

Кошка по полпути играючи обошла меняя. Даже на двух ногах, она умудрялась бежать очень упруго и грациозно. Усейн Болт на моем месте уже задумался бы о том, чтобы закончить свою карьеру.

- Ух, ты! Ничего себе! - Антош смотрел мне за спину.

Меня терзало любопытство, увидеть то, что так впечатлило его, но страх и приобретенный за последние дни опыт, пересилил это чувство. Оставшись без сил, я рухнул в мокрые кусты на опушке леса.

- Жорж, смотри. - Ляу, забравшись на короткий ствол пальмы, смотрела с него за подъемом большого и странного «нечто».

Я бы назвал непонятное сооружение летающей подводной лодкой, подвешенной на воздушных шарах. Продолговатый корпус, напоминающий кашалота, висел на стропах, прикрепленных к двум воздушным шарам. Здорово отличали ее от земной подводной лодки, помимо шаров, огромные винты, на носу и корме. Прямо у нас на глазах они пришли в движение, и конструкция двинулась по воздуху. Она прошла над нами, окатив морской водой, стекающей с шаров и корпуса.

- Значит, мы все-таки здесь не одни. - Произнес я очевидную мысль. - Хотелось бы понять, какая из сред для них родная, вода или воздух? У вас есть подводные лодки на воздушных шарах? - спросил я у Ляу, потому что у змея вряд ли были подобные устройства.

- А зачем их вообще опускать под воду? - Вопросом на вопрос ответила кошка.

- Ясно.

- А я бы сказал, что для тех, кто управляет этим устройством, родной стихией является вода. Шары с газом необходимы им для подъема из воды в воздух. Те, кто живут на суше, стали бы так делать?

В моем мире такого точно не было, но при всем многообразии вариантов миров возможны были любые неочевидные решения.

- Предлагаю двинуться вглубь суши, пошпионить за местными. Если нам придется доживать свои дни в этом мире, который на первый взгляд не так уж и плох, чем раньше мы будем знать о нем все, тем лучше.

Я приглядел на земле сломанный ствол дерева. Укоротил его, обломал ветки, превратив в первобытную дубину.

- Я готов к встрече с неизвестным, а вы?

Мои товарищи по несчастью растерянно смотрели на меня. Кажется, у них были совсем другие планы по адаптации к здешним условиям.

- Я умею мимикрировать под окружающую среду. - Признался змей.

Он обернулся вокруг коричневого ствола дерева и в течение нескольких секунд сменил зеленый оттенок на коричневый.

- А я, в случае опасности, смогу быстро взобраться на дерево. - Ляу по-кошачьи, всеми четырьмя конечностями вцепилась в дерево и ловко забралась под самую крону. - Мы живем на деревьях, которые выращиваем сами для себя.

- Так, значит, пока вы будете прятаться, воевать с опасностью придется мне. Я не умею быстро лазить по деревьям, не умею менять цвет.

- У тебя дубина. - Напомнил Антош.

- Спасибо, но я хотел бы, чтобы она была у каждого из вас.

- Мне будет неудобно с ней ползти. - Признался змей.

- А я женщина, мне не пристало махать оружием.

- А в моем мире львицы охотятся, а львы лежат под деревом. - На меня вдруг накатило раздражение.

- А в моем мире, макаки прыгают с ветки на ветку. - Ответила на это Ляу.

- Я не макака.

- А я не львица, я человек.

Мне захотелось возразить в запале, но хватило ума замолчать. Как трудно было избавиться от стереотипов.

- Хорошо, жизнь сама расставит все по местам. Идемте вперед.