Литмир - Электронная Библиотека
Литмир - Электронная Библиотека > Якшич ДжураПо Эдгар Аллан
Топелиус Сакариас (Захариас)
Алкей "Алкей"
Верлен Поль-Мари
Киплинг Редьярд Джозеф
Потье Эжен
Рильке Райнер Мария
Мейер Конрад
Данте Алигьери
Гейне Генрих
Бялик Хаим Нахман
Тувим Юлиан
Леонидзе Георгий
Байрон Джордж Гордон
Теннисон Альфред
Деборд-Вальмор Марселина
де Ренье Анри
де Эредиа Жозе Мария
Беранже Пьер-Жан
Дарио Рубен
Мюллер Вильгельм
Катулл Гай Валерий
Дю Белле Жоашен
"Архилох"
"Гомер"
Мистраль Габриэла
Мильвуа Шарль-Юбер
Полициано Анджело
Чон Чхоль
Степаннос
Гейбель Эмануэль
Мицкевич Адам Бернард
Туманян Ованес Тадевосович
Барбье Огюст
Словацкий Юлиуш Райнер
Жироду Жан
Саядян Арутюн "Саят-Нова"
Ростан Эдмон
Шенье Андре
Боденштедт Фридрих
Чобанян Аршак
Тао Юаньмин
Бехер Иоганнес Роберт
Валери Поль
"Сапфо"
Петефи Шандор
Кучак Наапет
Тик Людвиг
Вильдрак Шарль
Броневский Владислав
Багряна Элисавета
Каладзе Карло Ражденович
Дживани
Чавчавадзе Александр Гарсеванович
 > Мастера русского стихотворного перевода. Том 2 > Стр.44
Содержание  
Сохранить
Шрифт
Размер шрифта   


Цвет фона

Цвет шрифта
Очистить
Настройки  
A
A
1
2
3
...
43
44
45
...
99

Тристан Корбьер

619. Скверный пейзаж
Песок и прах. Волна хрипит и тает,
Как дальний звон. Волна. Еще волна.
Зловонное болото, где глотает
Больших червей голодная луна.
Здесь медленно варится лихорадка,
Изнемогает бледный огонек,
Колдует заяц и трепещет сладко
В гнилой траве, готовый наутек.
На волчьем солнце расстилает прачка
Белье умерших — грязное тряпье,
И, все грибы за вечер перепачкав
Холодной слизью, вечное свое
Несчастие оплакивают жабы
Размеренно-лирическим «когда бы».
1910

Виктор Гюго

620. Надпись на экземпляре
«Божественной комедии»
Однажды вечером, переходя дорогу,
Я встретил путника: он в консульскую тогу,
Казалось, был одет; в лучах последних дня
Он замер призраком и, бросив на меня
Блестящий взор, чья глубь, я чувствовал, бездонна,
Сказал мне: «Знаешь ли, я был во время оно
Высокой, горизонт заполнившей горой;
Затем, преодолев сей пленной жизни строй,
По лестнице существ пройдя еще ступень, я
Священным дубом стал; в час жертвоприношенья
Я шумы странные струил в немую синь;
Потом родился львом, мечтал среди пустынь,
И ночи сумрачной я слал свой рев из прерий;
Теперь — я человек; я — Данте Алигьери».
<1934>

Шарль Бодлер

621. Идеал
Нет, ни красотками с зализанных картинок —
Столетья пошлого разлитый всюду яд! —
Ни ножкой, втиснутой в шнурованный ботинок,
Ни ручкой с веером меня не соблазнят.
Пускай восторженно поет свои хлорозы,
Больничной красотой прельщаясь, Гаварни.
Противны мне его чахоточные розы:
Мой красный идеал никак им не сродни!
Нет, сердцу моему, повисшему над бездной,
Лишь, леди Макбет, вы близки душой железной,
Вы, воплощенная Эсхилова мечта,
Да ты, о Ночь, пленить еще способна взор мой,
Дочь Микеланджело, обязанная формой
Титанам, лишь тобой насытившим уста!
<1934>

Поль Верлен

622.
В трактирах пьяный гул, на тротуарах грязь,
В промозглом воздухе платанов голых вязь,
Скрипучий омнибус, чьи грузные колеса
Враждуют с кузовом, сидящим как-то косо
И в ночь вперяющим два тусклых фонаря,
Рабочие, гурьбой бредущие, куря
У полицейского под носом носогрейки,
Дырявых крыш капель, осклизлые скамейки,
Канавы, полные навозом через край, —
Вот какова она, моя дорога в рай!
<1934>

Поль Валери

623. Погибшее вино
Когда я пролил в океан —
Не жертва ли небытию? —
Под небом позабытых стран
Вина душистую струю,
Кто мной тогда руководил?
Быть может, голос вещуна,
Иль, думая о крови, лил
Я драгоценный ток вина?
Но, розоватым вспыхнув дымом,
Законам непоколебимым
Своей прозрачности верна,
Уже трезвея в пьяной пене,
На воздух подняла волна
Непостижимый рой видений.
<1934>

Шарль Вильдрак

624. Песнь пехотинца
Я хотел бы на дороге
Старым быть каменотесом;
Он сидит на солнцепеке
И булыжники дробит,
Широко расставив ноги.
Кроме этого труда,
Нет с него иного спроса.
В полдень, удаляясь в тень,
Он съедает корку хлеба.
       __________
Знаю я глубокий лог,
Где укрылась в дикой чаще
Старая каменоломня,
Позабытая людьми.
Там и солнца луч не светит,
Не накрапывает дождик,
Там залетная лишь птица
Вопрошает тишину.
Это — древняя морщина
На лице земли суровом,
Небом проклятая щель.
Съежившись под ежевикой,
Я хотел бы там лежать!
       __________
Я хотел бы быть слепцом
Что стоит у входа в церковь:
Звучной ночью окружен,
Он поет, в себе лелея
Время, плещущее в нем,
Как под сводом чистый воздух,
Потому что он на берег
Выброшен рекой угрюмой,
И его уж не увлечь
Мутной ненависти волнам.
       ___________
Я хотел бы быть солдатом,
Наповал убитым первой
Пулей в первый день войны.
<1934>

Жан Жироду

625.
Я вижу Бельфора.
Пруды, силуэт
Печальный собора,
        Которого нет;
И осень, как рок,
Чья поступь всё губит,
Трубящую в рог,
        Который не трубит;
И тетку Селест,
Что, рдея от злости,
Убила бы гостя,
        Который не ест, —
Всю юность мою
В тупом захолустье;
И желчи и грусти
        Я слез не таю.
<1934>
44
Перейти к описанию Предыдущая страница Следующая страница
{"b":"836608","o":1}