Литмир - Электронная Библиотека
Литмир - Электронная Библиотека > Мицкевич Адам БернардСаядян Арутюн "Саят-Нова"
Кучак Наапет
Шенье Андре
де Ренье Анри
Мильвуа Шарль-Юбер
Якшич Джура
Каладзе Карло Ражденович
"Гомер"
По Эдгар Аллан
Верлен Поль-Мари
Киплинг Редьярд Джозеф
Потье Эжен
Степаннос
Дарио Рубен
де Эредиа Жозе Мария
Дю Белле Жоашен
Жироду Жан
Мейер Конрад
Броневский Владислав
Тик Людвиг
"Сапфо"
Боденштедт Фридрих
Алкей "Алкей"
Тао Юаньмин
Гейбель Эмануэль
Чобанян Аршак
Чавчавадзе Александр Гарсеванович
Петефи Шандор
Вильдрак Шарль
Туманян Ованес Тадевосович
Полициано Анджело
Деборд-Вальмор Марселина
Данте Алигьери
Чон Чхоль
Багряна Элисавета
Байрон Джордж Гордон
Топелиус Сакариас (Захариас)
Бехер Иоганнес Роберт
Гейне Генрих
Теннисон Альфред
Ростан Эдмон
Словацкий Юлиуш Райнер
Барбье Огюст
Беранже Пьер-Жан
Мюллер Вильгельм
Рильке Райнер Мария
Катулл Гай Валерий
"Архилох"
Мистраль Габриэла
Тувим Юлиан
Валери Поль
Бялик Хаим Нахман
Леонидзе Георгий
Дживани
>
Мастера русского стихотворного перевода. Том 2 > Стр.11
Содержание  
A
A

Вильям Вордсворт

459. Сонет
Отшельницам не тесно жить по кельям;
В пещерах жизнь пустыннику легка;
Весь день поэт не сходит с чердака;
Работница поет за рукодельем;
Ткач любит стан свой; в Форнер-Фелльс к ущельям
Пчела с полей летит издалека,
Чтоб утонуть там в чашечке цветка;
И узники живут в тюрьме с весельем.
Вот почему так любо мне замкнуть,
В час отдыха, мысль вольную поэта
В размере трудном тесного сонета.
Я рад, когда он в сердце чье-нибудь,
Узнавшее излишней воли бремя,
Прольет отраду, как и мне, на время.
<1875>

А. Н. Апухтин

Николаус Ленау

460.
Вечер бурный и дождливый
Гаснет… Всё молчит кругом;
Только грустно шепчут ивы,
Наклоняясь над прудом.
Я покинул край счастливый…
Слезы жгучие тоски —
Лейтесь, лейтесь… Плачут ивы,
Ветер клонит тростники.
Ты одна сквозь мрак тоскливый
Светишь, друг, мне иногда,
Как сквозь плачущие ивы
Светит вечера звезда.
1858

Генрих Гейне

461.
Три мудрых царя из полуденных стран
    Кричали, шатаясь по свету:
«Скажите, ребята, нам путь в Вифлеем!» —
    И шли, не дождавшись ответу.
Дороги в тот город не ведал никто,
    Цари не смущалися этим:
Звезда золотая их с неба вела
    Назло непонятливым детям.
Над домом Иосифа стала звезда;
    Цари туда тихо вступали;
Теленок ревел там, ребенок кричал,
    Святые цари подпевали.
1858
462.
Я каждую ночь тебя вижу во сне
    В толпе незнакомых видений;
Приветливо ты улыбаешься мне,
    Я плачу, упав на колени.
Ты грустно и долго глядишь на меня
    И светлой качаешь головкой,
И капают слезы из глаз у меня,
    И что-то твержу я неловко.
Ты тихое слово мне шепчешь в ответ,
    Ты ветку даешь мне открыто.
Проснулся — и ветки твоей уже нет,
    И слово твое позабыто.
1858

Альфред Мюссе

463. Пепите
Когда на землю ночь спустилась
И сад твой охватила мгла;
Когда ты с матерью простилась
И уж молиться начала;
В тот час, когда, в тревоги света
Смотря усталою душой,
У ночи просишь ты ответа,
И чепчик развязался твой;
Когда кругом всё тьмой покрыто,
А в небе теплится звезда, —
Скажи, мой друг, моя Пепита,
О чем ты думаешь тогда?
Кто знает детские мечтанья?
Быть может, мысль твоя летит
Туда, где сладки упованья
И где действительность молчит;
О героине ли романа,
Тобой оставленной в слезах;
Быть может, о дворцах султана,
О поцелуях, о мужьях;
О той, чья страсть тебе открыта
В обмене мыслей молодом;
Быть может, обо мне, Пепита…
Быть может, ровно ни о чем.
1865

Арман Сюлли-Прюдом

464. Разбитая ваза
Ту вазу, где цветок ты сберегала нежный,
Ударом веера толкнула ты небрежно,
И трещина, едва заметная, на ней
Осталась… Но с тех пор прошло не много дней,
Небрежность детская твоя давно забыта,
А вазе уж грозит нежданная беда!
Увял ее цветок; ушла ее вода…
    Не тронь ее: она разбита.
Так сердца моего коснулась ты рукой —
    Рукою нежной и любимой, —
И с той поры на нем, как от обиды злой,
    Остался след неизгладимый.
Оно как прежде бьется и живет,
    От всех его страданье скрыто,
Но рана глубока и каждый день растет…
    Не тронь его: оно разбито.
<1883>

К. К. Случевский

Виктор Гюго

465.
Со дня на день живешь, шумишь под небесами,
По книгам держишь речь с былыми мудрецами —
С Вергилием и Дантом. Ну, а там
Поедешь погулять по избранным местам,
В трактире, посмеясь, готовишься к ночлегу,
А взгляды женщины в вас вносят мысль и негу;
Любимый искренно — безумно любишь сам!
Рад слушать песни птиц, скитаясь по лесам;
Проснешься поутру — семья давно одета;
Она целует вас и ждет от вас привета!
За завтраком журнал, и каждый божий день
С любовью — ненависть, с трудом мешаешь лень!
А там приходит жизнь, жизнь, полная волнений,
В собранья вносишь мысль и ждешь от них решений;
Пред целью близкою, перед игрой судьбы
Мы слабы и сильны, мы деспоты-рабы.
Волна в семействе волн, дух в вечном колебаньи,
Всё, всё проносится то в смехе, то в рыданьи.
Идешь и пятишься, скользит, скользит нога…
А там загадка — смерть: безмолвна и строга.
1857
11
{"b":"836608","o":1}