И то, вероятно, не сразу, а только черезе неделю-другую.

— Значит, слухи все же не врут.

Орлов покосился на ящик стола — тот самый, в котором в прошлой раз обнаружилась бутылка с коньяком. Но доставать не стал. То ли посчитал, что негоже демонстрировать мне плохой пример, то ли просто хотел сохранить разум в порядке — беседа нам явно предстояла непростая.

— Какие слухи? — уточнил я, разваливаясь в кресле. — Кто-то еще встречал в Тайге упырей?

— Солдаты. И вольники, конечно же. Хотя их рассказам не слишком-то верят даже дети и впечатлительные девицы — из тех, что не против пропустить стаканчик вина в заведениях. — Орлов поморщился. — Таежные байки гуляют по всему Пограничью, и мне не пришло бы в голову принимать подобное за чистую монету, не услышь я это лично от князя Кострова. Вы не тот человек, который станет обманывать, приукрашивать или сплетничать о том, что не видел своими глазами.

— Рад, что у меня такая репутация, — усмехнулся я. — Что же касается остального… Боюсь, многие байки уже стали реальностью. И еще больше — станут в самое ближайшее время.

— Да уж… Ничему нельзя верить, и в то же время что угодно может оказаться правдой. — Орлов неуклюже попытался сострить, но получилось так себе. — Даже рассказы о том, что некоторые мертвецы встали из древних варяжских курганов и несли с собой топоры и мечи из кресбулата.

— Полагаю, насчет мечей ваши… скажем так, источники… сильно преувеличивают. — Я подбирал слова как можно осторожнее, чтобы ненароком не оскорбить кого-нибудь из местных офицеров — вояк, которые честно несли свою службу. — Однако остатки кольчуг я видел своими глазами — так же, как сейчас вижу вас, Павел Валентинович.

— Древние покойники, — проворчал Орлов. — Только их нам сейчас не хватало!

— Мне приходилось встречать тварей и похуже. — Я вспомнил свой прошлый визит в Орешек. — Кракена. К сожалению, у нас есть все основания полагать, что со временем их станет только больше. Будь я на вашем месте — сегодня же написал бы в Москву. Письмо лично его величеству государю. Или паре-тройке министров. А может, и всем сразу.

— Думаете, я это еще не сделал? — Орлов сердито сверкнул единственным глазом. — Около полудюжины моих донесений наверняка прямо сейчас гуляют по начальственным кабинета. И будут гулять еще очень-очень долго. И попадут на стол к его величеству не раньше Нового года… если вообще попадут!

— Видимо, кто-то не слишком заинтересован, чтобы государь узнал об истинном положении вещей, — отозвался я. — Или им придется объяснять, почему фактически в крепости на острове на наберется и двух сотен штыков, хотя должно быть около тысячи. Наверняка комендант получает довольствие на целый батальон.

— Уверяю вас, друг мой, в Москве уже давно и так все знают! — Орлов сложил трехпалую руку в некое подобие кулака и легонько ударил по столу. — Но кого это волнует? Дело о контрабанде жив-камней изрядно всколыхнуло общественность, однако пара пропавших солдат или корова, которую сожрали упыри, вряд ли заставят высшие чины беспокоиться. И даже если в министерстве найдется толковый генерал, который не постесняется дойти до государя, сюда отправят в лучшем случае сотню необученных рекрутов и пару остолопов из юнкерского или кадетского корпуса… Простите, друг мой. — Орлов виновато склонил голову, вспомнив, что я только в начале лета покинул стены военного училища в Новгороде. — Иными словами, мы в очередной раз вынуждены рассчитывать на себя — и только на себя.

— Но у вас хотя бы есть полиция и целая крепость с орудиями и боевыми магами, — заметил я. — В то время как мы вынуждены рассчитывать только на родовой Дар и отвагу наших людей.

— Увы, пока я не в силах помочь. Урядников в городе совсем немного. А солдат едва хватает даже на патрули и охрану моста через Неву. — Орлов на мгновение задумался. — Разумеется, я оповещу его сиятельство коменданта, однако не ждите, что он отправит солдат охранять границы вашей вотчины. Вы сами знаете, что в этом городе у вас не так много друзей… Боюсь, кто-то даже не постесняется заявить, что князья Пограничья должны сами решать свои проблемы. Раз уж сотни лет пользуются привилегиями, о которых все прочие аристократы не смеют и мечтать.

— Ну… В чем-то этот кто-то даже будет прав. — Я пожал плечами. — Мы с Ольгердом Святославовичем намерены разобраться с тварями. Однако ваша помощь мне все же потребуется.

— Я уже говорил, что писал в Москву.

Орлов тут же насупился и сложил руки на груди, будто я собрался выпрашивать у него то ли людей, то ли оружие, то ли денег — а может, и все сразу. Наверняка местные толстосумы уже не раз осаждали его с требованиями разобраться с таежным зверьем на том берегу реки. И при этом, разумеется, со своей стороны не спешили… в общем, не спешили — и разгребать все бедняге приходилось чуть ли не в одиночку.

— Если вам будет угодно, Игорь Данилович — я сегодня же напишу снова, — продолжил он недовольным тоном. — Но пока это единственное, на что вы можете рассчитывать!

— Не будьте столь категоричны, ваши сиятельство. — Я нарочно заговорил чуть тише, растягивая слова, чтобы Орлов успел хоть немного успокоиться. — Уверен, мы сможем договориться. Я не жду, что вы, государь, комендант или еще кто-нибудь станут защищать владения моего рода вместо меня.

— Тогда — уж простите за нескромный вопрос! — чего вы ждете?

— Мне нужно официальное разрешение строить в Тайге. На том берегу. — Я подался вперед, облокотившись на стол. — Уверен, у вас есть такие полномочия, Павел Валентинович.

— Хм… Я так не думаю Тайга с самого создания империи находится исключительно под юрисдикцией государя. Ее земли обладают особым статусом. — Орлов сделал нарочито долгую паузу и закончил: — Впрочем, какая разница? Не думаю, что кто-то станет запрещать вам что-либо. Или проверять, чем именно ваши люди занимаются на том берегу Невы… Особенно сейчас.

— Я тоже так не думаю, — усмехнулся я. — Однако этого недостаточно. Рано или поздно Москве придется обратить свое внимание на Пограничье, и к этому моменту я бы хотел вести дела официально. С таким количеством гербовых бумаг и печатей, которое удовлетворит даже самых дотошных столичных ревизоров.

— Хорошо. Допустим, я сумею выбить для вас какую-нибудь грамоту с подписью его величества. Или что-то подобное. — Орлов слегка прищурился единственным глазом. — Но каким образом вы собираетесь защищать поселение за Невой, если сил вашей дружины не хватает даже…

— Очень просто, Павел Валентинович. Вольники, — улыбнулся я. — Зимой им наверняка понадобится теплое и сравнительно безопасное убежище под боком у Тайги и возможность беспрепятственно доставить добычу в городу. И я могу дать им все это.

— Вы? — недоверчиво переспросил Орлов. — Насколько мне известно, ваш люди в общей сложности отправили на тот свет не один десяток искателей. Не говоря уже о том, что в Тайге гибнет все больше людей.

— И на их место приходят новые. Те, кто уже знает, что с князем Костровым лучше не ссориться. — Я откинулся на спинку кресла. — В Тайге стало опасно, это правда — зато теперь там снова встречаются автоматоны. И совсем скоро слухи об этом дойдут даже до южных уездов — и уже весной в Орешке будет не протолкнуться от желающих попытать счастья за Невой… Вы ведь не станете возражать, если кто-то из них решит уехать в Отрадное, Павел Валентинович?

— Я буду только рад, друг мой. — Орлов поежился, явно представляя, во что может превратить и без того не самый спокойный городок нашествие вольников со всех концов нашей необъятной родины. — Значит, вы собираетесь открыть у себя что-то вроде гостиницы для искателей?

— За Великановым мостом. Точнее, чуть дальше. Гостиницу, лазарет… Может, магазин с самыми необходимыми товарами или что-то вроде этого. — Я на мгновение задумался. — В общем, последовать примеру его сиятельства Николая Платоновича Зубова — только сделать все не тайком, а с высочайшего дозволения.

— Пожалуй, все и правда имеет… некий смысл, — пробормотал Орлов.