Увернувшись от метущей метлы, я подхожу к окну. Протягиваю руку, но быстро одергиваю. В конце концов, это волшебные зелья.

— Их можно трогать?

— Хм... розовую лучше не трогать, дорогая. Это фейский огонь.

Ладно, жуть. Розовую мне хотелось потрогать больше всего.

— Что такое фейский огонь?

— Могущественное маленькое зелье, — отвечает она. — Просто встряхни бутылочку, выпусти зелье наружу, и получишь огонь жаркий, как дыхание дракона. Он прожжет почти что угодно. Когда он наконец погаснет, даже пепла не останется.

Ясно. Заметка на будущее: никогда не трогать никакие розовые бутылочки в этом доме.

Еще одна заметка: никогда не переходить дорогу Гортензии Гастингс.

— А остальные бутылочки?

Она берет самую большую бутылку, полную темно-зеленой вязкой на вид жидкости.

— Это мой секретный рецепт снимателя истощения.

— Снимателя истощения?

— Ага. Я называю его «Гремучее Горькое Пойло Горти»! Конечно, он отлично помогает взбодриться после ночи с перебором текилы. Но вообще он для тех случаев, когда ты перерасходовала силы. Лечит помутнение рассудка, вызванное магическим истощением.

— А-а. — Я смеюсь. — Кажется, Джаспер упоминал о нём. Сказал, что это как гиперконцентрированный энергетик.

Она подмигивает из-за очков.

— Ждем патент.

Я снова смеюсь.

— А синяя?

— Чудесная Полночь, — воркует она. — Для тех случаев, когда нужно быстро сбежать... или скрыть гнусное дельце.

— Ты сказала, им нужно время настояться?

— М-гм. — Она ставит свое гремучее горькое зелье обратно на подоконник. — Солнечный свет помогает некоторым зельям созревать чуть быстрее. Но магию нельзя торопить, дорогая. Это то же самое, что печь пирог. Процесс занимает ровно столько времени, сколько нужно. Нетерпеливая ведьма попытается его ускорить, но в результате только все испортит.

Я киваю, чувствуя, что где-то тут скрыта метафора самой жизни. Бросаю взгляд через плечо туда, где мне едва видны кончики ног Джаспера на краю дивана. Он так и не поднялся в постель.

— С ним всё в порядке?

— А почему должно быть не в порядке? — Прищурившись, она ахает. — О, сладкая Цирцея, вы двое поссорились?

Подавляю стон. Я не имею права расстраиваться из-за того, что заняла его кровать кипами материалов для исследования, вынудив его спать на диване.

— Я просто предположила, учитывая этот очаровательный маленький засос у тебя на шее, что между вами всё начало налаживаться.

— О, Боже... — Прихлопываю отметину ладонью. — Горти, извини.

Она лишь посмеивается.

— Не стоит. Знаешь ли, я тоже когда-то была молодой. И до сих пор ею остаюсь, если на то пошло. А Джаспер — отличная партия. Скорпионы — божественные любовники, дорогая. Впрочем, кому я рассказываю...

— Да, слушай, — перебиваю я, пятясь с кухни. — Мне правда пора собираться на работу, и, эм... залезть в какую-нибудь нору. — Я врезаюсь в ее самоподметающую метлу, и та с грохотом падает на пол.

— Теплый компресс и мой домашний крем с гамамелисом быстро с ним справятся, — кричит она мне вслед. — Это если ты вообще захочешь от него избавиться!

Ее смех преследует меня до самого верха лестницы.



Когда к восьми часам я приезжаю к зданию Исторического общества, Пип оказывается единственной машиной на парковке. К моему счастью, табличка на двери гласит: «ОТКРЫТО». Рич Эвереттс уже внутри, ждет за стойкой регистрации.

— Добро пожаловать в... о... — Он посмеивается. — Это всего лишь ты, Берди.

— Я надеялась, что Вы будете здесь, — говорю я с улыбкой.

— Какая же ты милая. Карамельку? — Он предлагает мне вазочку на стойке, позвякивая конфетами в шуршащих обертках.

— Спасибо. — Я беру одну из вазочки. — На самом деле, я надеялась, что Вы сможете мне помочь. Понимаете, в понедельник Хоу отправил меня на своего рода секретное задание, и я ушла рано. Слишком рано, чтобы получить пропуск и логин для доступа в архив. Вы не могли бы мне помочь? В девять мне нужно быть на раскопках, но Хоу попросил меня перед этим кое-что распечатать.

— Конечно, — радостно отзывается старый экскурсовод. — Рад помочь.

Что ж, это была самая легкая афера, которую я когда-либо проворачивала.

Рич слезает со своего табурета и ведет меня к лифтам. Он задает мне ровно один вопрос о моем утре, прежде чем пуститься в долгий рассказ об истории лесопилки Ист-Порта. Не перебивая его, я следую за ним вниз на архивный этаж, через стеклянные двери и к командному центру.

— Пропуска должны быть здесь, — говорит он, с грохотом выдвигая один из нижних ящиков. — Я знаю, как занят сейчас директор Хоу. Мы не можем допустить, чтобы его новая помощница осталась без доступа в архив.

— Не можем, — эхом отзываюсь я с улыбкой.

Ему не составляет труда включить компьютер, войти в систему и зарегистрировать на меня пропуск.

— Вот, держи. — Он торжественно вручает мне карточку. — Она также открывает главную дверь наверху.

— Спасибо. — Кладу карточку в карман.

— Теперь насчет доступа к базе данных... — Он поворачивается к компьютеру, щелкая мышкой. — Я зашел под учетными данными Хоу, так что у тебя должен быть доступ ко всему, что он просил достать. Только... давай сохраним этот маленький взлом между нами, — добавляет он вполголоса. — Строго говоря, мы все должны использовать свои собственные логины.

— О, я никому не скажу, — заверяю его я.

— Отлично. Ну, вот и всё. Достань всё, что нужно боссу, и хорошего дня, а? — Он отступает, уступая мне место за компьютером.

Я чувствую себя так, словно сижу перед бомбой с часовым механизмом, когда опускаюсь на компьютерный стул с колесиками. Монитор просто светится, показывая на главном экране логотип Исторического общества острова Берр.

— Пока-пока, до скорого, — кричит Рич, помахав рукой, и направляется через стеклянные двери к лифту.

Я машу ему через плечо, отвлеченная открывшимся передо мной потенциалом. Не думала, что получить доступ ко всем файлам Хоу будет так просто. Не теряя ни секунды, я ныряю в свою сумку через плечо, роюсь в переднем кармане и достаю флешку. Вставив ее в USB-порт, открываю папку с документами и начинаю просматривать содержимое.

Мои пальцы словно живут своей жизнью: щелкают правой и левой кнопкой мыши, копируя и вставляя на флешку все интересующие меня файлы. Здесь есть целая папка с названием «ХОУМВУД» и еще одна с надписью «РХГ». Должно быть, это «Рейвен Хилл Групп». Папку об основателях острова я тоже без раздумий копирую.

Пока я жду завершения переноса файлов, открываю папку «ХОУМВУД». Там легко наберется больше четырех гигабайт данных. Я прокручиваю список подпапок, останавливаясь на той, что называется «Зонирование». Сердце бьется чуть быстрее. Наверняка это связано с георадаром, так? Когда археологи размечают территорию для сканирования, они обычно делят ее на зоны. Так проще отслеживать, что уже отсканировано, и анализировать данные, если делать это небольшими частями.

В папке царит беспорядок из файлов, включая несколько PDF и JPEG. С колотящимся сердцем открываю JPEG под названием «Все зоны». Экран заполняется аэрофотоснимком места раскопок Хоумвуда. Это не настоящий снимок с дрона, на котором видны реальные объекты вроде деревьев. Скорее упрощенная модель территории, вид сверху.

Место раскопок разделено на пять зон.

Зона 1: Участок, который уже по большей части раскопан. Здесь находится несколько домов, включая исторически реконструированный, который используют для экскурсий.

Зона 2: Территория, где раскопки идут прямо сейчас. Судя по всему, здесь было более крупное строение, вероятно, амбар.

Зона 3: Участок, испещренный множеством линий и штрихов, обозначающих разные фундаменты. Все они мелкие и разбросаны хаотично. Может, еще дома? Кузница? Зернохранилище?

Зона 4: Самый небольшой участок из всех, расположенный немного по диагонали от зоны 3. Эта область закрашена чуть более темным оттенком серого. Никакой информации. Никакой разметки.