Я понял, что нужно идти к брату. Маркиз, отчим Мейниры Сатале, был сейчас с ним, и я мог застать его у Бентана.

- Ты прав, Инголир, - согласился я. – Попробую надавить на маркиза.

В комнате пространство сжалось в воронку и «выплюнуло» гончую лорда Сореля с ответной запиской в зубах. Фельдмаршал забрал её и прочитал. По лицу герцога было не трудно догадаться об ответе.

- И так, мы теперь знаем, с помощью чьего артефакта смогла сбежать принцесса. А так же точно знаем, что это не похищение, - констатировал лорд Сенье.

- Это облегчает работу, - пробормотал Руэн и начал зачёркивать что-то в своих записях.

- Как я понимаю, вы никому артефакт не передавали? – уточнил скорей для порядка Глава инквизиции, едко улыбнувшись. – Или мы нашли «пособника»?

- Я бы сказал вам идти к демонам, лорд-инквизитор, но я работаю с ними и не хочу, чтоб вы там появлялись, - ответил Сорель, улыбаясь самой доброжелательной улыбкой в ответ.

Инквизитор усмехнулся.

- Кто мог похитить у вас артефакт? – задумался я. – Ваше имение очень хорошо защищено, даже получше дворца… Тот, кто его забрал, должен был иметь доступ к вашим личным вещам. Есть подозрения?

Настолько хмурым я Сореля ещё не видел. На лицо фельдмаршала будто грозовая туча нашла, не суля ничего хорошего.

- Даже мои ближайшие друзья и генералы не имеют доступа в мой кабинет без меня. К тому же у меня в секретарях ифрит, и нужно знать его слабости, чтоб выкрасть артефакт незаметно для него.

- И всё же… Кто?

- Моя жена, - ответил мрачный Сорель.

В кабинете наступило молчание, во время которого слышно было лишь шкрябание пера Руэна по бумаге. В отличие от нас, оборотень продолжал вести деловито записи.

Оборотнями руководили в большей мере инстинкты. Самыми сильными из них были инстинкт размножения, что просыпался, когда они чуяли истинных, и инстинкт защиты самок и щенят.

Когда инстинкты пробуждались, они становились необузданными и способными на всё. За это их боялись другие существа. Для любого недоброжелателя нападение на членов стаи могло закончиться очень печально, тем более, что стая всегда мстила за родичей.

Сейчас оборотнем руководил третий базовый инстинкт – преследование добычи. И хоть времена, когда оборотни больше походили на полуразумных существ, давно прошли, в их поведении многое осталось от далёких предков. Руэн напал на след и преследовал «добычу», поэтому был холоден и беспристрастен, как настоящий хищник.

- Элинэ не могла этого сделать, - нарушил я тягостное молчание и общие размышления.

Я не верил в виновность троюродной сестры. Слишком правильной была целительница. Во-первых, она не пожаловалась мне на притеснения со стороны опекунов, решив «уйти» от проблемы, а не провоцировать конфликт. Это говорило о слабом характере. Во-вторых, чтобы что-то украсть, нужно иметь низкий уровень моральных ценностей. Вор понимал, что артефакт нужен для преступных целей, иначе логичнее было бы просто попытаться выкупить у Сореля ненужную ему вещь. А Элинэ была аристократкой до мозга костей и на низость бы не отважилась. В-третьих, кража произошла недавно. Украсть у жениха или новоиспечённого мужа, подвергнув риску отношения, решиться весьма не просто. Элинэ «съела» бы сама себя из-за угрызений совести после такого. Ну и последнее… Даже если предположить, что маркизу заставили это сделать шантажом, у сестры не было ничего особо ценного, чем её могли «прижать». Титул герцогини она получила от мужа, от своих земель практически отказалась, личного имущества не имела. В этом контексте, пойдя на кражу и будучи обнаруженной, она могла потерять больше, чем приобрести. Вывод: это точно не Элинэ.

- Значит, артефактора мы не найдём и не сможем выяснить вектор перемещения? – поднял другой вопрос оборотень.

Все как один уставились на сыщика.

- Что? – спросил Руэн, разводя руками на недоуменные взгляды. – Нам же нужно выяснить, куда делась принцесса? Через полтора часа король ждет отчёт! – напомнил он нам.

- Знаешь, тебе бы возглавить разведывательный отдел, - философски заметил Истед. – Переходи ко мне на работу после того, как тебя Тенебрей уволит…

Оборотень моргнул и уставился на эльфа.

- У меня своя контора… Извините, лорд Истед. Здесь я по временному договору.

- Я готов купить тебя, - предложил инквизитор и, не выдержав, встал и открыл дверцу шкафа. – Кто-нибудь хочет выпить «не чаю»?

- Утро, - кратко и ёмко сделал замечание Конвель.

- Ты чересчур правильный, - саркастично усмехнулся эльф, доставая стаканы и графин с тёмным напитком.

- Мне налей, - попросил Сорель. Его не порадовала новость о том, что в ближайшем окружении у него вор и предатель.

- Отлично! Не одному мне хреново… Это радует, - порадовался сквозь зубы эльф, наливая в стаканы и подавая фельдмаршалу.

- Один я не работаю, - ответил Истеду оборотень, продолжая начатый разговор. – Лорд Тенебрей нанял всех сотрудников моей сыскной конторы, и цена… высока.

- Сколько? – поинтересовался инквизитор.

- Пятьсот злотых за месяц, - оборотень опустил стыдливо глаза в пол.

Именно до этой суммы мне пришлось поднять цену, чтобы Руэн в итоге согласился заменить меня. Ответственность была высока, и перевёртыш шёл на многие риски, соглашаясь, поэтому соблазнить я его смог только очень хорошим гонораром, который пришлось заплатить из собственного кармана.

Истед едва не поперхнулся, услышав ответ.

- Ну, у вас и расценки!

Мне наше собрание начало напоминать посиделки сплетниц жилого квартала, именующих себя «образцовым женским клубом». Тема то и дело уходила в другое русло, не касающееся работы, а опускалась до пересуд.

- Перейдём, может, к делу? – прервал «торги» и вербовку Сенье, опередив меня. – Герцогиня Лейяна Хардин знает печати отца и методы его работы. Можно попросить вашу племянницу помочь, лорд Сорель?

- Опять без Леи не обойтись… - проворчал неодобрительно фельдмаршал, смотря с сожалением на свой опустевший стакан. – Я против того, чтобы втягивать её в любые расследования и экспертизы.

- Вы же понимаете, что это единственный шанс получить ответ на то, где искать принцессу? К тому же неплохо бы увидеть ту тетрадь, что вёл Хардин.

- Хорошо, - согласился Сорель, вставая. Согласие далось ему нелегко, но необходимость вмешательства Лейяны он понимал. – Сам её приведу. Боюсь, Тотор с инструктажа не отпустит…

Фельдмаршал ушёл.

- Лорд динэ Эрвиль был с принцем. Попробую поговорить с маркизом насчёт Мейниры, - сообщил я, покидая кабинет.

…

Бентана я нашёл в его рабочих апартаментах. Как и предполагал, тут же с ним присутствовал и интересующий меня лорд. Принц, вроде, работал, об этом говорили разложенные на столе документы. Но сидел он не за рабочим столом, а вместе с маркизом Арин-Канном в смежном кабинете, предназначенном для отдыха. Ненадолго хватило его благих порывов сегодня.

- Трудишься, Бентан? – насмешливо задал я вопрос, садясь напротив принца и маркиза в кресло.

- Как сказать… - не стал притворяться братец. – Промышленность – не моё…

- Понима-аю, - протянул я. – Но ты станешь королём когда-нибудь, дорогой брат, и с чего-то нужно начинать…

Бентан с благодарностью посмотрел на меня.

- Лорд Тенебрей, но его Высочеству совсем не обязательно разбираться во всём. Главное – видеть «общее», - возразил маркиз. – Для всего остального у него будут доверенные советники и главы ведомств.

Смотря в эти хитрые и такие притворные глаза, я понял, что мне предстоит снова «игра». Как та, что мне пришлось играть на балу в академии. Мне было неохота притворяться и манипулировать, но в аристократическом обществе без этого никак. Тут все «играют» то ли в преферанс, то ли в блек-джек, то ли чужими жизнями и королевством в целом… Главное в этом – уметь просчитать карты соперника и обманывать так, чтоб не смогли разгадать твои. Как бы ни хотелось быть честным, без фальши, по-крупному не выиграть. Ставки в таких соревнованиях были высоки, а проиграв, можно было потерять многое.