Тирел уникален был сам по себе. Бывший проклятийник, отличный зельевар и лекарь с уникальным чутьём крови. Его я выбрал в команду сам. Вампир был очень умным и талантливым в своей специализации. К тому же мне захотелось ему помочь когда-то. Я знал, насколько у него «натянутые» отношения в семье и с ульем, и взял его в команду осознанно, чтобы показать, что вампир со светлым источником магии способен на многое, вопреки мнению остальных. В команде он стал незаменим.

Даже если Тирела лишат статуса наследника клана, я собирался сделать его королевским лекарем или взять экспертом в отдел дознаний, а для этого ему тоже были необходимы магические игры. Сам вампир это понимал, хоть мы никогда не говорили с ним о таком развитии событий. Но Тирел всегда отличался проницательностью, основываясь на фактах больше, чем на чутье.

Сейчас вампир воспользовался своей природной магией – флёром, чтобы успокоить особо переживающих и боящихся испытания адептов. Всего один взгляд в глаза, и у девушек появляется больше уверенности в своих силах. К тому же лекари лекарям доверяют больше, чем остальным, и девчонки начали улыбаться, хотя минуту назад посматривали на вампира с опаской.

Лея находилась рядом с Тирелом. Они очень сдружились за последнее время и держались теперь всё время вместе.

Самая юная и новенькая участница моей команды. Хрупкая и невинная во всём и, не смотря на это, сильная, проницательная и умная. Как же хотелось оградить её от всего: политики, войны, трудностей и опасности. Лее не место в «мужских» играх, несмотря на то, что она здесь «своя». Её дядя думал так же, я это понял сразу. Именно поэтому он так не хотел, чтобы она отправлялась в составе экипажа к зоне боёв. Но, воспитывая стойкость и выдержку, рано или поздно вместе с ними появляется упрямство. А упрямство, помноженное на разочарование, сейчас преобразовалось в форму непримиримого непокорства. Её дяде просто не хватило сил и выдержки, чтобы настоять на своём. Я понял, что фельдмаршал её любит и не хочет ранить, отказывая в чём-то ещё больше.

Я понимал его. Сам бы не смог отказать. Поэтому сейчас задачей было не дать ей «вляпаться» в очередное приключение или неприятность. Сложная задача, при том, что мне нужно оставаться другом и скрывать свои замыслы до лучших времён.

Я тут же нащупал незамысловатый шнурок на руке, что дала мне Элинэ. Сестра решила помочь. Подарок был не только от неё. Инициатором, по её словам, был герцог Сорель. Что лично меня сильно удивило.

Шнурок был заговорённый и имел ментальные свойства, причём магией практически не фонил. Этот амулет, по словам кузины, ментальную защиту не нарушал, а обходил, когда сознание ослабевало. Сейчас амулет всё ещё настраивался на наши ауры, но совсем скоро начнёт работать как должен. С его помощью мы сможем видеть одни и те же сны.

Все наблюдавшие за прохождением трассы офицеры переместились к учебному полигону, где те, кто стартовал первыми, уже прошли половину трассы. Сейчас адепты-боевики пытались обогнать друг друга, сражаясь за первенство. И через восемь минут мичманы начали отмечать время финиширования, а выложившиеся курсанты падали от усталости на землю.

- Идиоты, - прозвучало рядом от моего лейтенанта, и я повернул к нему голову. – С точки зрения командной работы, - тут же уточнил эльф.

- Их так учили, - заметил я. – Потому они и воспринимают соревнование как личное испытание.

- Бросить практически весь резерв на пробежку по пересечённой местности? – фыркнул эльф.

- Вы когда сюда прибыли, были умнее? – задал я встречный вопрос.

Кстати, я был практически таким же. Когда впервые попал на практику к дяде Миарани, тоже пытался выделиться во всём и далеко не сразу понял, что на корабле главное – команда, а вся армада сражается сплочённо, страхуя друг друга. Так что удивляться поведению большей части курсантов не стоило.

Теперь мы наблюдали за тем, как остаток обеих команд пытался с различным успехом преодолеть полосу. Труднее всего приходилось бытовикам и лекарям. Как и в нашей академии, они не стремились улучшить свою боевую подготовку, и теперь страдали и вынуждали остальных втягивать их на стенки, поддерживать, помогая преодолевать горизонтальные брусья и канавы. Без посторонней помощи из-за них мы бы торчали тут больше часа. Теперь свою ошибку осознали, глядя на это, и пришедшие первыми. Они сидели и хмуро смотрели на эти страдания, не имея возможности вернуться на трассу, чтобы помочь отстающим. Отдуваться приходилось тем силовикам, кто вовремя сообразил, что зачёт примут по последнему участнику команды, пересекшему финишную полосу.

- И всё-таки в этом году они движутся быстрее, - заметил со вздохом капитан Тотор. У меня же появилось стойкое ощущение, что офицер разочарован.

- Что переживаешь, что некого будет на вахту ставить? – усмехнулся Сорель. – Хороший генерал всегда найдёт, за что похвалить и наказать…

Фельдмаршал прервался, и его взгляд переместился в сторону. К нам бегом приближался Риф Конвель в форме службы внутренней безопасности. Бежал оборотень быстро и явно торопился.

Остановившись перед всеми, он отдал честь, приветствуя офицеров, и вручил мне письмо.

- Курсант Объединённой королевской академии магии, Риф Конвель, - отчитался он перед остальными.

- Это который единственный не прибыл к месту практики вовремя? – задал тут же вопрос капитан Тотор.

- Виноват, - подтвердил Риф. – По распоряжению заместителя службы внутренней безопасности и его Величества был задержан для выполнения особого поручения.

Я развернул депешу, предоставляя Рифу самому оправдываться. Повод задержаться в столице у Конвеля действительно был. И мне срочно нужно было явиться во дворец. Но не одному.

- Ваше Сиятельство, нас с вами срочно желает видеть король, - сообщил герцогу Сорелю, передавая бумагу.

- Я уже понял, - кивнул герцог, читая написанное. И, развернувшись, первым пошёл к адмиралтейству.

- Курсант выполнял поручение во дворце и имеет весомые причины для опоздания на практику, - сказал я капитану Тотору. – А теперь извините, но меня ждут, – и последовал за фельдмаршалом Южного фронта.

[1] Бушприт — горизонтальный или наклонный брус, выступающий вперёд с носа судна.

Король ожидал нас в рабочем кабинете. Когда мы пришли, тут уже присутствовали Истед, лорд Сенье и мой временный заместитель, оборотень Руэн Конвель.

Все труды герцога Хардин, его дочери и моей тёти обернулись тем, что король превосходно себя чувствовал и пылал праведным гневом. «Пылал» практически в прямом смысле, не в силах удержать свою магию под контролем, и которая расходилась от него в виде клубов фиолетово-чёрного тумана. И будь тут не сильнейшие маги королевства, нам бы всем пришлось туго. Аура короля подавляла, а ведь он был не полностью здоров… Плохо было только Руэну. Но он справлялся и делал вид, что не испытывает особого дискомфорта.

- Вы занимаетесь все непонятно чем! Из-за этого происходят похищения, убийства и бардак! – начал нас распекать его Величество практически с порога, едва мы, как положено, поприветствовали короля.

Гнев дяди был немного преувеличен, но в этой ситуации оправдан. Нервничал монарх не просто так.

- Пока кое-кто из вас налаживает личную жизнь, - «камень» в мой и лорда Сореля огород. - Другие кутят и напиваются, - это про Истеда, от которого исходил конкретный такой перегар. - А третьи занимаются делами своих взрослых племянников, - и король многозначительно посмотрел на лорда Сенье. - Похищают члена королевской семьи!

О том, что это похищение, было ещё не совсем ясно.

- Ваше Величество, почему вы так решили? – задал я вопрос.

Мне показалось странным, что король сделал такой вывод, не имея пока на то оснований.

Рассерженный хлопок рукой по столу мог напугать кого угодно, но не нас. Бледнел с непривычки только Руэн. Стоящие тут в большинстве своём не впечатлились.