Мы все молчали, ожидая продолжения, увлечённые трагичностью рассказа о семье фельдмаршала Сореля. Лорд Сальваторе обвёл нас взглядом и, удовлетворившись произведённым ужасающим эффектом, продолжил:

- Лорд его тогда почти до смерти избил и искалечил своей некромантской магией. А после в темницу бросил, где он три дня пролежал без помощи, еды и чистой воды. И скажу я вам, темницы замка Сола в то время были не самым приятным местом. Порой от узников графа к утру оставался лишь скелет. Сумрачные крысы сжирали тела всего за одну ночь. От их стаи, как вы понимаете, и магу порой трудно отбиться. Когда гвардейцы бросили молодого лорда Эштона в камеру, на нем не осталось живого места. Он знатно разозлил отца, который не знал пощады.

Рассказ особенно тронул Лею. Её подбородок едва заметно дрожал, а в глазах стояли непролитые слёзы.

- Выжил? – спросила она, будто загипнотизированная и нетерпеливо ожидая продолжения.

- Выжил? – спросила она, будто загипнотизированная, нетерпеливо ожидая продолжения.

На секунду в артефакторской воцарилось молчание, которое в следующий момент взорвалось диким ржанием трёх артефакторов, сотрясшим стены мастерской. Наг даже упал на стол, стуча кулаком о столешницу в приступе безудержного хохота.

Я тоже не смог не улыбнуться и не пошутить. Встретившись с раздосадованными глазами любимой, я ответил совершенно серьёзно:

- Как специалист по нежити, могу сказать: не зомби и не лич… Он всё ещё жив и невредим.

Следующий приступ хохота мы пережидали несколько долгих минут. Лея на мою шутку не обиделась и даже робко улыбнулась, покраснев из-за своей эмоциональной и чувственной глупости.

- Вот что сострадание и жалость с женщинами делают… - отсмеявшись и успокоившись, заметил эльф. – Они глупеют нещадно! Даже самые умные из них…

- Одно хорошо, - продолжил успокоившийся маг. - У лорда Эштона было крепкое здоровье, закалённое деревенской жизнью. Да магия была неслабая уже тогда… После этого он сбежал обратно в академию. А по весне в замке произошло несчастье… — маг печально вздохнул и закончил: — Леди Хейзел покончила с собой… Она выпила сильнодействующий яд. Такой, что ни один лекарь и зельевар не смогли нейтрализовать.

Когда после веселья говорят о таком, всегда наступает неловкий момент. Артефакторы сокрушённо умолкли, и каждому из нас стало жаль мать фельдмаршала Сореля.

- Н-да… - вздохнул наг, и налил в стаканы. – Выпьем за мать герцога Сореля. Пусть переродится она и станет счастлива в новой жизни.

- Да переродится она счастливой! - поддержали остальные.

Лорд Фаббри подпёр голову рукой и пустился в дальнейшие воспоминания.

- Лорд Сорель-старший приказал вашему дяде, принцесса, не сообщать об этом. Он узнал обо всём произошедшем только летом, вернувшись с учёбы. Он просидел неделю в родовом склепе над усыпальницей матери вместе с леди Эмили. И, возможно, просидел бы дольше, если бы не вернулись лорд Даэрон и лорд Феликс. Лорд Феликс, худо-бедно, окончил академию. Начались разговоры о службе Феликса в гвардии герцога Форна, да о замужестве леди Эмили.

Жениха ей быстро нашли — наследника герцога Миллёра. Это тот, который сейчас ужо не наследник, а герцог. Леди Эмили должна была стать его первой женой. Пока отцы-лорды обсуждали брачный договор и торговались о своём, лорд Олвин умер. Поэтому помолвку временно отложили. После похорон новоиспечённый герцог, как только принял титул, отменил помолвку. Леди Эмили ему чем-то не подошла. Так светлые боги отвели напасть от матери вашей, леди Лея.

- А от чего умер герцог Олвин? — спросил я мага, который ненадолго прервался, чтобы снова выпить.

Эта полная загадок история заинтересовала меня. Например, было очень интересно узнать, кто обокрал сокровищницу эльфов и куда делись артефакты из неё. Ведь если они были действительно ценными, то о них должны помнить и по сей день. Любой маг мечтает приобрести редкие магические, порой весьма полезные вещицы. Например, мне от предков достались два особо ценных артефакта: медальон предвидения и сережка телепатии. Оба артефакта обладали очень редкими видами магии, поэтому их ценность была небывалой. Проще говоря, они были бесценны.

— А вы не слышали? — спросил меня удивлённо наг.

— Нет, — признался я. – Всё-таки это было давно.

- А история была очень весёлой! – интригующе поддакнул эльф. – Слухи о кончине герцога Миллёра в своё время весьма веселили короля Нелласа. Он даже приказал камердинеру ежедневно по утрам зачитывать сводку о его кончине, чтобы поднять себе настроение!

- Да что вы можете знать?! – возмущённо перебил его наг. – Это же я был непосредственным участником тех событий во дворце! Именно мне пришлось ловить гадов! Я был в тот день единственным нагом на смене разведывательного управления. И глава дворцовой охраны меня чуть ли не на коленях умолял помочь им в поимке тварей. Ибо все дамы лежали в обмороке и утверждали, что они тоже едва не пострадали, требуя ежесекундной охраны… Какая же это была операция!

- Расскажете? – спросила Лея, азартно подавшись вперед.

- Ещё бы! – широко улыбаясь, кивнул змеелюд. – До чего же нелепая смерть вышла. Чтобы вы прониклись всей абсурдностью ситуации, расскажу небольшую предысторию.

Лорд Олвин, получив титул герцога от короля, женился на аристократке, дочери бывшего герцога. Вассалы герцогства не приняли бы чужака как сюзерена, ведь лорд Миллёр, хоть и был из старого и уважаемого рода, абсолютно не обладал магическим даром и имел лишь дарованный некогда титул. Это был вынужденный шаг, чтобы смена власти в герцогстве произошла наиболее гладко.

Леди Колетт, будущая жена герцога, естественно была из семьи магов, но, не унаследовав магического дара, не считалась наследницей. Её мать, вице-герцогиня Ашар-Бри, согласилась на предложенный королем мезальянс лишь потому, что леди Колетт в этом браке становилась герцогиней, и обеим им не пришлось бы терять статус и лицо. Однако старая леди все же считала этот брак унижением для своего рода, и потому с самого начала невзлюбила зятя. Никакие успехи герцога Миллёра не могли примирить леди с таким «падением». К еще большему позору, внук родился также без магии.

Герцог в свою очередь весьма неприязненно относился к тёще. А кому понравилось бы, когда ему постоянно и при всех напоминают «из каких он вышел»?

Однако же и герцогу и вице-герцогине приходилось жить вместе и терпеть друг друга. И больше всего лорда Орвлина удручал тот факт, что леди, хоть и носила на себе проклятие, отчего не могла передвигаться самостоятельно и ездила в специальном кресле, благодаря своей магии имела все шансы пережить зятя и испортить ему остаток и без того недолгого существования.

Естественно, герцог Миллёр всей своей сущностью желал сжить тёщу со свету, чтобы она не портила ему остаток жизни. Вот так они и жили: как орки с эльфами… Пока леди Колетт не скончалась. Герцогиня однажды просто не проснулась, и никто не мог понять причину её смерти.

После этого леди Ашар-Бри совсем начала донимать герцога: переехала во дворец, забрала внука на воспитание, изжила всех фавориток, заставила духа замка запереть родовую сокровищницу и не пускать туда герцога, лишённого магии, а также совершала другие мелкие пакости. Леди была весьма влиятельной особой, и у нее было немало возможностей качественно гадить зятю.

Герцог в долгу также не оставался и мстил тёще. Хотя надо признать, это было не так эффектно, как она ему. Король Дерек, вероятно, не выгонял старую герцогиню из дворца поскольку сам любил посмеяться над конфликтами этого семейства. Ведь все эти конфликты весьма бурно обсуждались в дворцовых коридорах. Так что семейство Миллёр-а-ля-Ашар-Бри в своё время немало веселья доставляло высшим кругам.

Наг прервался на несколько секунд. Задумчиво почесав когтями шею, он продолжил, погружаясь в размышления:

- История нелепой смерти лорда Олвина началась с его подарка. Герцогу вздумалось торжественно подарить тёще на праздник ледяного аспида. Придворные расценили это как шутку-месть. Экс-герцогиня, надо отдать ей должное, подарок приняла и даже умилилась. Видно, змеиная натура возрадовалась новой подруге!