Еще днём удивилась тому, что меч с женским началом был сделан атакующим. Прямо издевка над Элдрином, который привык девушек использовать в своих целях. И я усмехнулась этой мысли. Глефа стала единым целым, соответственно, ей нужно было дать новое имя. Но как придумать? Отец всегда говорил, что имена возникают в голове артефактора сами, ибо магия направляет руку артефактора и его разум. В случае с Радугой у меня так и вышло. Имя появилось само и казалось единственно правильным. Как назвать оружие Элдрина, я не знала. В голове было совершенно пусто. Не могла же я дать оружию банальное название? Это будет глупо и не соответствовать дроу, которые во всем были элегантны и воинственны.

Когда на древко упала моя капля крови, я раздосадованная хотела её стереть, но кровь тут же впиталась в металл. Для холодного оружия явление не такое уж необычное, а скорее нормальное.

А я продолжала размышлять. Мара и Арам – это имена противоположности, они логичны были для мечей-антагонистов. А если совместить? Из «Мара-Арам» нужно составить новое. И я продолжила: «Марарам»… «Марам»… «Марамара»… «Арамара»… Нет, мне совершенно не нравилось!

Снова упала капля крови, и руны едва вспыхнули под моей рукой, от чего я дёрнулась.

- Ты чего? – задал мне вопрос Стомиан.

- Ты не видел? – спросила я у дракона и Элдрина.

Парни отрицательно покачали головой.

– Зажгу лаванду и сандал, - пробормотала я, не став акцентировать внимание на произошедшем.

- Сандал? – переспросила Алигиэрин. – Он же для медитаций и молитв.

Да, сандал помогал входить в транс, и его использовали, когда только начинали этому обучаться. Но от тяжелого запаха у меня потом часто болела голова, и я добавляла лаванду, чтоб облегчить побочные явления.

На чём остановилась? На имени… «Марарам»… «Марам»… «Марамара»… «Арамара»… Повторяла я снова и снова по кругу. Но руны больше не вспыхивали, хоть я и успела сделать больше, чем до этого. Они вообще вели себя странно, поняла я. Работа была почти закончена, но я не чувствовала той магии, что связывала меня и творимый мною артефакт.

Впервые у меня возникло чувство, что что-то идёт не так. И рядом не было того, с кем можно было бы посоветоваться. Кто укажет на ошибку и подскажет.

Что я не учла? Может, это потому, что так и не придумала имя? Или же требовался ещё какой-то ритуал?.. Не даром же кланы оружейников хранили свои секреты испокон веков?

Я поднялась, и, схватив за руку Алигиэрин, отвела её в сторону.

- Эрин, был какой-то специальный ритуал при создании мечей?

- Был. Но я не знаю, какой! – призналась графиня. А на нас посмотрели остальные, привлечённые громким голосом Эрин.

- Тише! – попросила я. – Значит, не знаешь?

- Отец не посвящал меня во все «тонкости», - пояснила она, потупившись. – Это же «тайна рода» и всё такое… А я ещё даже в академии не выучилась… Наблюдала за всем только со стороны, сама никогда ничего не делала.

- То есть, я могу что-то из-за незнания сделать не так? – поняла я.

Алигиэрин приняла виноватый вид, и я поняла, что она мне не помощница.

Я кинулась к сундуку со своими вещами в поисках отцовских книг и своей тетради. Холодное оружие мы с отцом не делали, для этого заказчики предпочитали обращаться к оружейникам-артефакторам. Эта специализация была узкой и довольно специфичной.

- Лея, всё в порядке? – спросил меня Стомиан, когда я уже углубилась в чтение.

- Да, всё хорошо, - отмахнулась я. – Вы можете идти… На сегодня закончим.

- Это правильно, уже поздно, - согласился дракон. – А ты? Разве не собираешься уходить?

- Ещё почитаю немного, - не отрывая взгляда от книги, сказала в ответ, делая свет ярче. – Идите!

Сейчас мне не хотелось, чтобы кто-то присутствовал рядом и отвлекал меня. Нужно было погрузиться в свои мысли и чтение. Неудача сильно расстроила и выбила из душевного равновесия, поэтому я даже обрадовалась, когда услышала голос Тенебрея, который тихо сказал всем: «Пошли…» - и следом удаляющиеся шаги.

Чтение не принесло мне чётких ответов на мои вопросы. Всё, что прочла, я уже знала. Можно было выть от отчаяния и понимания, что я, возможно, испортила Элдрину оружие. Но всё равно что-то в моих мыслях не давало мне окончательно отчаяться и подсказывало, что я упускаю нечто банальное и очень важное… Может, всё дело было в том, что артефакты, по сути, уже были созданы? Они уже раз прошли ритуал создания. Может, всё так и должно было быть на этом этапе, а я зря отчаиваюсь и заранее паникую?

И я снова взялась за гравировку. Её, по крайней мере, следовало закончить.

Медленно чадил сандал, играла музыка моих артефактов, лунный свет падал из окна, а я продолжала работу.

Я соединила рисунки древка с лезвиями и наносила последние руны, когда от усталости линии перед глазами начали разъезжаться и плавно плыть, изгибаясь в своём свободном течении.

…

Я кружила, раскинув руки, среди цветущих деревьев сада Гланде. Белые лепестки опадали, кружась в вихрях весеннего ветра. Щебетали в деревьях птицы, и яркое солнце ласково касалось моего счастливого лица.

- Лея! Лея! Ты где потерялась? Иди пить чай! – услышала я где-то рядом любимый голос и радостно побежала на зов.

[1]Амбидекстрия(от лат. ambi — «оба» и лат. dexter — «правый»)— врождённое или выработанное в тренировке равное развитие функций обеих рук без выделения ведущей руки. Человек способен выполнять двигательные действия правой и левой рукой с одинаковой скоростью и эффективностью.

Среди деревьев был накрыт стол, а на плетёном диване сидел отец, ожидая меня.

- Папочка! - кинулась я к нему на шею.

Отец рассмеялся и обнял в ответ, ласково поглаживая по голове.

- Ну, что ты, мой алмаз, будто вечность не виделись…

- Не виделись, - согласилась я. – Целую вечность!

- Всего лишь полдня, - ответил герцог Хардин. - Садись удобнее, Лея.

И я пристроилась рядом, скинув туфли, подобрав ноги, и снова обняла своего дорогого родителя.

- Дитя драгоценное, ну чего ты?

- Я соскучилась, папочка.

Отец не ответил, продолжая успокаивающе гладить по голове. А я закрыла глаза и отдалась этой ласке, наслаждаясь его присутствием и тем спокойствием, что оно мне дарило.

- Тебя что-то тревожит, Лея? – задал он вопрос, когда мы просидели так значительное время.

Меня многое тревожило, и многое я хотела бы рассказать, но отчего-то во сне продолжала помнить, что это всего лишь сон и он скоро закончится, поэтому спросила о том, что меня сейчас наиболее волновало:

- Папа, если бы я взялась переделывать оружие из двух парных мечей для друга, созданное оружейником-артефактором… - призналась я. – Как сделать так, чтоб оно стало подчиняться хозяину? Мне кажется, что я упускаю нечто важное. Я не нашла в книгах ничего, что могло помочь.

Отец удивился вопросу, но как всегда ответил:

- Переделать его будет трудно, Лея. Но нет ничего невозможного, - ответил, в истинно своём стиле, герцог.

И я вся превратилась во внимание, надеясь услышать то, что даст мне подсказку.

- Я знаю не так много оружий, способных настолько взаимодействовать со своим обладателем, что становятся единым целым с ним. Я сам этим никогда не занимался.

- Ты о мече Разящем? – догадалась я.

- И о нём тоже. Разящий, по преданию, был создан Диодорой, но ковал его гном-оружейник. Не напоминает ли тебе этот факт твой случай? Два создателя… - он задумчиво погладил свои усы и продолжил: - Но в этом есть что-то не логичное. Соответственно, можно сделать вывод, что изначально меч не был тем артефактом, что мы знаем сейчас.

- Но тогда и артефактов не делали, - тут же вспомнила я уроки истории. – Была лишь сила мага и его меч.

Отец не согласился с этим, посмотрев на меня с ироничным прищуром.

- Подумай сама, Лея, могло ли быть такое, что во времена, когда наш мир был населён демонами, не было магического оружия?