- Козёл травоядный! – в стиле уличных бродяг выругалась она, смотря на тело и отряхивая одежду.

Всё было кончено меньше чем за минуту. Миторис смотрел на это с таким удивлением, что, казалось, глаза вот-вот вылезут из орбит.

- Графиня Триварин, скажите, как скоро третий лейтенант придёт в сознание? – задал я вопрос девушке.

- Минут через двадцать… - ответила наёмная убийца. Но, задумавшись, добавила: - Или тридцать…

- Это наши будущие сержанты-канониры, лорд Нурине, - напомнил я старшему лейтенанту. – Идёмте.

Когда мы вышли с корабля, то застали остальных наших товарищей сидящими на ящиках со стройматериалами и распивающими что-то из глиняных кувшинов. Элдрин устроил импровизированный пикник, разложив членистоногие местные закуски и выставив прихваченные с собой напитки.

- Вы так быстро? – удивился дроу. – Я думал, вы там пробудете больше часа. Хочешь выпить, Корин? Тут такое пойло варят из какого-то интересного кактуса и его плодов. Весьма забористое! - поделился он со мной впечатлениями, протягивая кувшин.

Если бы это было не в присутствии служащих и младшего корабельного состава, и тем более не накануне моей миссии, я бы с удовольствием согласился. Но с нами были ещё и девушки, а им будет неприятно наблюдать пьянку. К сожалению, Стомиан, Элдрин и Тирел сейчас почему-то забыли об этом, предавшись низменным потребностям и непонятной грусти.

- Это не уместно, Элдрин, - жестко ответил я.

Глядя на это, Алигиэрин хмыкнула презрительно и пошла вслед за Леей в сторону конюшен.

- Элдрин, ты сильно забываешься, - заметил я, взглядом передавая всё то, что я думаю по этому поводу. – Отставить попойку и приготовиться к возвращению.

Отдав распоряжение, я отвел лейтенанта в сторону.

- Лорд Миторис, доведите до сведения команды, что пренебрежение к девушкам на корабле неприемлемо.

- Лорд Тенебрей, я понял. Леди действительно заслуживают уважения. А мои расчеты выносливости мачт показывают, что есть вероятность, что они, усиленные проклятием, не выдержат нагрузки ветра.

- Есть варианты? Вы подумали, как укрепить мачты? – задал я вопрос в ответ.

- Да, - кивнул эльф. – Есть род благодатей, которые укрепляют древесину.

- Если знаете, что делать – делайте, Миторис, - разрешил я.

- Хорошо, капитан Тенебрей, - ответил эльф, кивнув.

- И дайте кораблю новое имя, - попросил я. – Теперь это совсем другой корабль, он не может иметь старое название.

- Команда расстроится, - вздохнул лейтенант. – Мы служили на нём и воевали уже достаточно, чтоб считать его своим домом.

- Тогда не будем расстраивать команду, - улыбнулся в ответ.

[1] Карьер — самый быстрый аллюр у лошади. Это разновидность галопа, при котором лошадь движется прыжками, едва касаясь земли.

Аллюры (от франц. allure, буквально — походка) —способы поступательного движения лошади. Естественные аллюры: шаг, рысь, иноходь, галоп, прыжок.

- Давай прокатимся наперегонки до города? – предложила Лея, когда я подошёл к конюшне, где стояли наши лошади.

Вообще-то я хотел сказать конюху, чтобы не седлал мою лошадь, собираясь переместиться в столицу телепортацией. В форте Тар я мог это сделать непосредственно за воротами. Но после этих слов мои планы резко поменялись. Лея предлагала провести время вместе. И хоть это была лишь гонка на лошадях, она предложила это именно мне. Остальные наши спутники пока не подошли, и мы оказались тут вдвоём.

– Алигиэрин не любит верховой езды, а я давно не ездила верхом и хочу прокатиться с удовольствием, - пояснила смущённо герцогиня.

- Эта лошадь не подходит для гонок, - усмехнулся я, имея ввиду свою лошадь на которой приехал.

- Возьми Раска, - предложила Лея, указывая на гнедого в соседнем деннике. – Это конь дяди, но он на нём редко ездит. Правда, он слегка необузданный и диковат… но зато быстрый. Ты же хорошо ездишь на лошади? – немного неуверенно спросила она. - Не боишься, если взбрыкнёт?

Я усмехнулся на это, а Лея продолжила:

- Раск той же породы, что и моя Ильсиора, и они будут по резвости наравне.

- Хорошо, - согласился я. В конце концов, прокатиться с ветерком было не плохой идеей.

Пока мне седлали новую лошадь, подошли остальные члены нашей компании.

- Мы поедем первые, - сообщил я остальным, и чтобы не объяснять истинной причины, дополнил: – У меня ещё много дел, и мне нужно поторопиться.

Лея уже сидела верхом, дожидаясь меня, и её кобылка нетерпеливо топталась на месте, предвкушая путь домой. Взобравшись на лошадь, я ударил коня по бокам. Лея стартовала одновременно со мной, и, проехав ворота, я придержал коня, давая фору своей любимой. Догнать и опередить будет поистине большим удовольствием для меня, чем простое соревнование в езде, поэтому для честной победы следовало дать девушке и её кобыле преимущество. Моему коню это не понравилось, и он начал подпрыгивать, стараясь отобрать у меня контроль и вырвать поводья. Но я с шести лет ездил верхом самостоятельно, и справиться с непослушной лошадью вполне мог.

Решив, что соперница достаточно оторвалась, наконец отпустил коня и дал ему возможность восстановить самолюбие.

Началась гонка. Я не подгонял лошадь, радуясь удовольствию от быстрой езды, которую не испытывал давно. Мы мчались сквозь песок и бурю, взбираясь на барханы и спускаясь с них. Наши лошади фырчали, делая резкие скачки вперёд. Движение сильного тела животного ощущалось даже через толстую кожу седла, а под сбруей выступила пена.

Лея периодически оборачивалась, убеждаясь, что я остаюсь позади. Но как опытный участник гонок, я знал, что не стоит выкладываться на старте. Лошадь Леи устала, преодолев путь через песчаную бурю уже один раз, и, не смотря на свою выносливость и быстроту, герцогине приходилось её периодически подгонять.

Когда впереди показались крепостные стены города, я ударил коня по бокам, и он с легкостью начал нагонять мою спутницу и её лошадь. И всё-таки, когда наши кони поравнялись корпусами, что-то заставило меня придержать Раска, не дав опередить.

Тормозить мы начали до ворот. В любом городе существовали негласные правила передвижения, и нестись верхом в быстром галопе там было нельзя. Тем более в таком городе, как Сарнгейт, с его узкими улицами и толпами народа.

- Было здорово! Правда? – сияла счастьем Лея, восстанавливая дыхание. – Ничья?

- Ничья, - согласился я, внимательно следя за девушкой и понимая, что такая Лея – это та самая Лея, которая и появилась однажды в академии и в моей жизни. Именно такой хотел я её видеть всегда: свободной, счастливой и настоящей в своей радости, а не такой, какой она была в последнее время.

Через город мы двигались уже шагом, давая возможность лошадям восстановить дыхание и успокоиться.

- Тебе понравился Сарнгейт? – спросила меня гецогиня.

- Мне нравятся корабли, но не песок, - признался я. – Нравится запах бриза и ухи. Нравится, как поют цикады вечером у воды, и заходит солнце, скрываясь за морем. Нравится мощь волн в бурю и крики чаек по утрам. Много из того, чего нет в Сарнгейте, и к чему привык я.

Лея искоса посмотрела на меня. Возможно, она и хотела о чём-то сказать, задав мне этот вопрос, но теперь передумала. А я не понимал, что сказал или сделал не так, что она опять закрылась.

- Ой, смотри, Корин, там золотые шершни! Говорят, их яд – универсальное средство при многих заболеваниях, а поймать их живыми очень трудно. Тирел бы обрадовался, получив несколько экземпляров для своих зелий.

Многие торговые магазины и палатки уже закрывались, но на улицах оставалось ещё много народа. У одной из пагод стояли палатки, а торговец магическими животными свой товар не убрал и сейчас улыбался нам, приглашая рассмотреть диковинки в клетках.

- Лея, давай в другой раз? Я действительно тороплюсь. У меня назначена встреча с лордом Сенье.