- А вы, лорд Сорель, собрались мальчишник в «Доме фиалок» отмечать? – поинтересовался Стомиан.

- Пить мы там собирались! Но традиция отмечать мальчишник в борделях – есть древняя и нерушимая, – ответил южный герцог. – Запомните, юнги! Независимые и гордые женщины не терпят измен. Они мстят! А мужчина, у которого есть рога – уже не хищник, а травоядное.

Кажется, фельдмаршал сарказмом не просто говорил, а думал.

– Кто ж себе сам портить жизнь будет, огорчая невест и жён?

- Ну, это если узнает, - поделился своим мнением каптенармус, который, видимо, был противоположных взглядов на измены и супружескую верность. – Всё нужно делать по уму… Однако в твоём случае, Эштон, я бы тоже был поаккуратней…

- Чему ты учишь молодёжь? – возмутился гном. – Я вот со своей Маркелой живу душа в душу уже сто двадцать лет! И не нужны мне никакие «фиалки». А то, что мы не в публичном доме, леди Элинэ оценит. Как и то, если мадам решит сменить сферу деятельности. Она меня уже не раз просила закрыть бордель. Якобы это разлагает дисциплину и портит отношения офицеров с жёнами. Видимо, это ей «братский подарок» к свадьбе!

Ставить привезённую на лошадях каптенармусом и комендантом палатку нам пришлось вдвоём со Стомианом. С помощью магии это было не сложно, но одному было бы с ней справиться трудно, так как это была не палатка, а шатёр огромных размеров, который внутри нужно было ещё застелить коврами.

Позже подъехали другие офицеры высшего ранга гарнизона и телеги с солдатами, мебелью и провизией. Солдаты начали расставлять столы и стулья, а затем сносить на них кушанья. Но в этом мы уже не участвовали.

Я хотел было вернуться в имение герцога, но нас с Томом остановил комендант.

- Куда собрались? – спросил он, развалившись у выхода из шатра на стуле. И Персиваль, замаявшись бесцельно бегать за хозяином и лежащий рядом с гномом, обнажил на меня клыки.

- Нас не приглашали, - ответил я.

- А по-твоему, Эштон сюда припёрся просто из желания подраться? – задал он мне вопрос. – Ты никуда не пойдёшь, если он тебе не разрешит.

Я хотел было подойти к герцогу и попрощаться, но тут разговаривавший с ним и другими офицерами шокан обернулся к нам и позвал Стомиана.

- Эй, дракон как-там-тебя! Не хочешь размяться?

Стомиан даже обернулся, проверяя нет ли кого позади него, пытаясь убедиться, что обращаются именно к нему.

- А что нужно делать? – уточнил он.

- Развлечь нас… Скучно, - ответил герцог, поднимаясь к нам по дюне. – Сразишься с генералом Римусом?

Стомиан оторопел от такого и посмотрел на то, как один из офицеров-эльфов снимает с себя китель.

- Никто мне не верит, что в академии Изрегейта есть хорошие стихийники, - и Сорель, остановив мимо проходящего сержанта, попросил у того позаимствовать дракону меч.

Пришлось остаться. Расположившись рядом с герцогом в походном кресле, я приготовился смотреть на бой. Тут же появилась одетая в полупрозрачную одежду девушка, предлагая нам всем на подносе кубки.

Народ прибывал. В начинающихся сумерках солдаты стали разводить костры и устанавливать артефакты-фейерверки, освещающие всё вокруг искрами.

Появился и лорд Сенье вместе с племянником – Индрисом Сенье, наследником герцога и братом Линетты. Вот кого не ожидал увидеть, так это их. С Индрисом мне часто приходилось общаться в детстве, и светлый стихийный маг мне нравился, поэтому с удовольствием пожал ему и ректору руки.

Теперь мы сидели полукругом, смотря, как противники готовятся к бою.

- Делаем ставки, лорды, - хлопнул в ладоши комендант-гном, азартно усмехаясь. – Наименьшая ставка… пять золотых.

Первым деньги на стол выложил герцог, и его ставка была на дракона. Шокан поставил на эльфа, как и остальные офицеры. Лорд Сенье поддержал своего адепта. Я тоже поддержал спор, сделав ставку на Тома.

Эльфа я немного знал. Воин был одним из лучших лучников королевства, а вот как у него дела обстоят с мечом – это было для меня загадкой. Хотя все эльфы были отличными мечниками, но и Тома я тоже знал не плохо.

- Неизвестная сила молодого дракона против ловкости и опыта, - задумчиво протянул гном, потирая ногтями подбородок. – Эх! Была не была! – воскликнул комендант и, ударив ладонью по столу, оставил горсть золотых монет. – На молодежь! – и добавил, будто проклял: - Чтоб им жилось долго!

- Ты какими судьбами здесь? – спросил я тем временем Индриса.

Светлый маг грустно усмехнулся.

- К дяде приехал в столицу на работу устраиваться. Он когда-то говорил, что из меня хороший преподаватель получиться может. Вспомнилось… как нужда настала. Когда встретились, он как раз сюда собирался и взял меня с собой.

Я удивлённо приподнял бровь, не понимая, какая нужда вынудила герцогского наследника искать заработок.

- Не удивляйся, Корин, - отмахнулся маг. – Мне семью содержать теперь самому нужно, если не хочу их потерять. Отец ультиматум выдвинул, что я должен подать прошение королю о разводе и вернуться домой, иначе он меня лишит титула и наследства в пользу сестёр или племянника жены, Тарина Клутвина. Лишил ежемесячного пособия и ренты с земель. Теперь ждёт, когда у меня закончатся деньги, и я прибегу к нему. Накоплений на безбедную жизнь мне пока хватает, но не хочу попусту их растрачивать. Нужно думать о будущем. Поэтому стал инвестором в разработке одного месторождения металлов.

- Ты теперь отец? – спросил я, зная, что у Индриса жена-русалка была беременна.

- Еще нет, - улыбнулся старый друг. – Но уже скоро им стану. Селу дядя тоже обещал устроить на должность лаборанта, как только сможет начать работать. Это ей в нашем родовом замке тошно было, а в Изрегейте нравится. Мы дом сняли с огромной купальней.

- Тебя не лишат титула без разрешения короля, - сообщил я очевидное. – Герцог скорее тебя запугивает.

- Корин, мой род давно в немилости короля, - усмехнулся Индрис. – А за титул я держаться не буду, если в приоритете жена и семья. Заработать на сносную жизнь смогу и без этого. Я бы и служить пошёл, но не хочу оставлять Селу саму с маленьким ребёнком.

- И какой предмет ты собираешься вести в академии?

- Дядя сказал, что отдаст мне экономику и прогнозирование, - смущенно улыбнувшись, сообщил светлый.

Это были предметы, которые входили в программу обучения менталистов. Те из них, кто не обладал выраженными ментальными способностями, а имел лишь слабый дар, закончив этот факультет, становились хорошими дельцами и банкирами. Слабый дар предвидения случайностей позволял им рассчитывать риски и предугадывать потери на больших торговых рынках, а также лучше чувствовать выгодные сделки.

Сильной стороной Индриса всегда были расчётные дисциплины. Его отец настоял, чтобы он обучался на стихийного мага. В то время парень ещё не смел перечить родителю и закончил обучение одним из лучших на своём курсе. Но на третьем году обучения сам подал документы на факультет менталистики. Имея весьма слабые ментальные способности, Индрис легко математически просчитывал по формулам, картам и графикам любые вероятности и даже трижды выигрывал межакадемические олимпиады.

- Ты всегда мог удивлять, - заметил я.

Индрис искренне мне улыбнулся.

- Сделаешь прогноз? – поинтересовался я, зная, что пытливый ум Сенье уже просчитал вероятности исхода только начавшегося боя.

Сам маг ставку не сделал. Индрис редко играл в карты и участвовал в спорах, несмотря на то, что если делал предсказание, то оно оказывалось верным.

- Тридцать три на шестьдесят семь, - ответил тут же он. – Пока в пользу эльфа-генерала. Дракону вряд ли удастся победить… У генерала какой-то артефакт мудрёный. Смотри, как эльф легко держит щит, хотя сам магически гораздо слабее.

Стомиан действительно отступал, что сопровождалось бурными криками и обсуждениями со стороны лицезревших бой лордов и офицеров. Каждый из них считал своим долгом поддержать именно дракона. В сторону коллеги-эльфа летело больше шутливых пожеланий проигрыша и едких замечаний во время промахов. Естественно, бой был больше развлечением, чем воспринимался всерьёз.