- Я поставил на дракона, - сообщил доверительно.

- Парень может выиграть, - стал делиться со мной мыслями друг, внимательно следя за обоими противниками. – Могу сказать без каких-либо расчетов: его сила превосходит эльфа. Аура яркая и мощная, но не хватает уверенности, времени и сноровки для атак. У генерала Римуса атаки быстрые, выверенные, оттренированные до автоматизма, но предсказуемы. Вследствие ранения и плохо сросшихся костей плечевого пояса, удары правой рукой слабее, чем должны быть… Если предпринять серию атак и заставить перейти в защиту, можно его измотать, а потом пробить щит. Тогда победа будет за драконом.

Я улыбнулся, сам думая практически так же, и послал Стомиану мысленную установку на дальнейший бой через артефакт. Я сравнял его шансы на победу. Отчего-то Том терялся перед генералом. Возможно, вследствие своей скромности и неуверенности в себе, он предпочитал не нападать, а защищаться.

- Оу-оу! – услышали мы со стороны офицеров, почувствовавших, что бой приобретает иной оборот. Стомиану не столько нужна была подсказка, сколько поддержка. И, ощутив её от меня, он перешёл в наступление, тесня офицера.

- Твой друг? – спросил Индрис, как-то уловив мою помощь.

- Да, в академии вместе учимся, - ответил я.

Бой продолжался. Точно сказать, кто побеждает, было трудно. Устав в какой-то момент отступать, генерал перешел на бой магией, и Том едва успел отбиться от «вихрящихся стрел».

- Эх! Проиграл твой друг, - озвучил Индрис в какой-то момент свои мысли. Дракон увернулся от меча и не успел отразить заклинание, полоснувшее его по плечу.

Сорель остановил бой, так как условие было «до первой крови». Том вернулся к нам расстроенным. Его тут же принялись подбадривать и хвалить офицеры, заставив выпить полный кубок вина за «крещение песком и кровью». Вместе с ним пил и генерал Римус, усадив около себя и комментируя свои впечатления. Вскоре мой друг стал менее расстроенным и чуть более хмельным, осоловев от похвал.

Веселье продолжили уже в шатре, где все начали угощаться кушаньями и давать напутствия фельдмаршалу на дальнейшую семейную жизнь. Зазвучала музыка, и перед нами начали танцевать девушки в полупрозрачной одежде, соблазнительно виляя бедрами и плавно двигаясь. Позвякивали монетками и цепочками при танце их богато украшенные наряды, едва прикрывающие тело. Яркие расцветки прозрачной ткани и множество металлических украшений были характерны для восточных стран, где обнажённость и цепи на женщинах означали их рабское положение. От туда же, судя по всему, и был взят танец.

Наевшись, насмотревшись на экзотических танцовщиц и отсидев трезвую часть праздника в честь Сореля, мы захватили с собой бутылку вина, и вышли из палатки, усевшись с Индрисом не далеко прямо на песок. Маг ждал дядю, который пока не собирался уходить, я – Тома, который остался сидеть рядом с генералом-эльфом чуть ли не в обнимку и внимал его эмоциональному рассказу о чём-то своём.

- Ты изменился, Корин, - сообщил мне светлый маг. – Раньше ты был более решительным, холодным и в чём-то циничным. Слышал, в тебе проснулась сила древних лордов... Думал, станешь совсем невыносимым. Перемены в тебе меня удивляют.

Я горько усмехнулся.

Когда я рос дома, меня воспитывали строго, поэтому я был прилежным ребёнком. Но примерно в одиннадцать лет мне пришлось год жить во дворце вместе с отцом и учиться грамоте, истории и арифметике вместе с принцем у одних учителей. Бентану полагалось обучаться не в общей школе, а в королевской резиденции, и в его свите всегда присутствовали дети других аристократов, дабы у наследника был рядом пример, и показатели его успеваемости можно было сравнивать с кем-то. Бентан не любил конкуренции, и если кто-то был лучше него или не участвовал в его шалостях, то такому аристократу приходилось не просто.

Подростковый период у всех протекает по-разному, для Бентана он прошёл в проказах, издевательствах над другими детьми и довольно злых шалостях. Пока дядя Миарани с отцом не втолковали мне понятие ответственности, я с удовольствием участвовал во всех развлечениях брата. Это позже мои взгляды поменялись, а лорд Миарани смог показать, что от моих решений многое зависит, и уважение нужно заслужить даже перед солдатами и матросами.

Жизнь во дворце стала тем единственным периодом, который сблизил нас с Бентаном. В том числе полгода с нами пробыл Индрис, хоть и был старше.

С наследником герцога Сенье у нас часто возникали разногласия. Он был более мягким, чем я или Бентан. Если принцу нравилось насмехаться над кем-то, я обычно не вмешивался, предпочитая всегда оставаться в стороне от лишних проблем и наблюдая со стороны, Индрис же всегда заступался за всех и не любил насмешек и дерзких забав, в которые наследник нас пытался втянуть. Я полагал в таких случаях, что тот, кто не может себя защитить, заслуживает этого. Глядя на своего отца, я полагал, что важна только сила. Тех, у кого она есть, боятся и уважают.

Позже я пытался наставить и брата «на путь истинный», но Бентан не поменял своих привычек и даже озлобился на меня за то, что я стал лучше него.

Сейчас я не мог себя чувствовать уверенно практически ни в чём, что раньше считал своими достоинствами. Магия не подчинялась мне полностью, логика и расчёт не работали, ибо я не мог, как ни старался, добиться расположения той, что люблю. Что у меня осталось? Титул? Богатство и высокая должность? Но это было сейчас скорее обязанностью и бременем, и не моей личной заслугой. Всё это я бы поменял на то, что сейчас имел светлый маг. Несмотря на своё незавидное положение, он не опускал руки и не боялся потерять статус и состояние. Он был счастливее меня, свободнее, и я видел это по спокойному, уверенному и сияющему взгляду.

- Из-за этой силы я потерял любимую, - признался другу детства.

- Герцогиню Хардин, - кивнул догадавшись маг. – Я немного общался с ней, когда она приезжала в наш замок. Тогда она представилась графиней. Своеобразная девушка…

- Твоя жена подарила ей кольцо… - вспомнил я. – Это тогда вызвало у меня большие опасения... У Леи удивительная способность притягивать неприятности.

- Кольцо само по себе не опасно, - равнодушно пожал плечами светлый. - Села сделала подарок от души. Я присутствовал при этом. Так что можешь не переживать по этому поводу. В её роду считают, что кольцо было даром морского бога и может подсказывать правильные решения в нужный момент... Род её матери – один из древнейших в королевстве, и это вполне может оказаться правдой. У русалок получается предчувствовать будущее лучше, чем у кого-либо другого. Если Села так почувствовала, то так предначертано свыше. К тому же, выполнив предназначение, оно вернётся в род.

- Значит, влюбился? – иронично спросил спустя время Индрис, наблюдая за мной из-под полуопущенных ресниц. – Что, не по зубам оказалась девушка?.. Кто бы мог подумать!

Я скривился на эту насмешку. Стало горько. Да, помня о моих прошлых убеждениях, Индрису было над чем смеяться. Я думал, что любовь можно легко купить. Любую… Я думал, что знаю женщин и придерживался на их счёт мнения Инголира и Бентана.

- Лея не похожа на остальных, - произнес я, будто оправдываясь, что тоже было на меня не похоже. - Она не только красивая, но ещё и умная, и… - я даже не находил слов, чтоб подобрать нужное выражение и выразить всё то, что я о ней думаю. – Она не поддается логике и первая, которая оказалась равной мне практически во всём.

Индрис улыбнулся.

- Знаешь, тут я тебя понять могу… Когда встречаешь «ту единственную», кажется, что на её фоне остальные серы, как мыши перед колибри.

Из шатра показались лорд Сорель, ректор Сенье, генерал Римус и ошалевший от вина и всего происходящего Стомиан.

- Жду тебя завтра, Лонгрен, - произнес фельдмаршал ректору столичной академии. – Жаль, что ты не можешь остаться…

- Увы, мой друг, но король не любит ждать, - ответил маг и искоса посмотрел на меня.

- Увози своего стихийника, лорд Тенебрей. Ему, кажется, достаточно, - бросил мне Сорель, возвращаясь в шатер.