- Но королю нужно знать, кому можно доверять, лорд Эрвиль… - улыбнувшись, ответил я на это. – Вы намекаете на себя, когда говорите моему брату о доверенных лицах? Но можно ли доверять вам? Я вот в этом сильно сомневаюсь, ведь вы играете как минимум на две стороны… Ещё недавно точно так же вы давали советы её Высочеству принцессе Патрисии и советовали мне брак с ней на благо королевства… А как наша сестра была устранена со сцены королём, тут же принялись за моего брата – принца Бентана. Ему вы тоже даёте «ценные советы»?

Говорят, нет ничего, что звучит более правдоподобно, чем ложь, смешанная с правдой. Сейчас же мне даже не пришлось особо лгать. По реакции кузена я понял, что угодил в «цель» своим предположением, и мои слова попали в «благодатную» почву.

Лицо маркиза изменилось и утратило доброжелательность.

- Лорд Тенебрей, вы ошибаетесь… Я одинаково хорошо отношусь и к её Высочеству, и к его Высочеству. Принцесса весьма своенравна, и ей необходимы наставления для обретения душевного равновесия… Если вы говорите о том, что я советовал вам подумать о браке с принцессой, то в моих словах нет неправды! Принцесса влюблена в вас, и я лишь исходил из её интересов. Его Высочеству я так же не даю плохих советов…

- Патрисия любит тебя? – для Бентана это было новостью, и он, выдохнув на последних словах, расхохотался.

Но веселья принца никто из нас не разделил.

- Какую игру вы ведёте, лорд Арин-Канн? – задал я риторический вопрос. – Советуете Бентану отказаться от помолвки с принцессой Итилиена?

Маркиз промолчал, а вот принц перестал смеяться.

- Продолжай, Корин… - требовательно сказал брат.

- Думаю, маркиз хочет разжечь конфликт между нашим королевством и Итилиеном, помешав династическому браку и преследуя свои цели.

Бентан нахмурил брови и требовательно посмотрел на маркиза.

- Это так, лорд динэ Эрвиль? – спросил он. – Ведь вы действительно недавно говорили мне, что этот союз ничего не принесёт нам.

Маркиз побледнел.

- Я… я хотел лишь…

- Он советовал мне брак с… другого плана, - сказал Бентан. – А я ведь вам поверил, лорд Арин-Канн… - Принц злился. – Вы специально поспособствовали помолвке Тарина Клутвина и вашей падчерицы!

- Речь была о Лейяне Хардин? – догадался я. – Тарина так убрали, чтоб больше не мешал «более грандиозным» планам? А Бентана вы решили рассорить с отцом и устранить для того, чтоб он объявил наследницей престола Патрисию?

Вот тут я чисто врал и играл на эмоциях обоих. Такой исход был маловероятен, но главное, чтоб мне поверил мой не особо дальновидный брат, став на мою сторону.

- Королю ведь очень не понравится, если Бентан нарушит обещания королю Итилиена.

Кажется, я добился своей цели, и сейчас принц был не просто очень зол, а взбешён. Отчего-то Бентан сильно недолюбливал Патрисию в последнее время, и его сильно выводило из себя всё, что было с ней связано.

Маркиз сидел раздавленный и хмурый.

- Это не так, ваше Высочество, я вам ещё не успел всего рассказать... Но ваш брат тоже не совсем честен… Король не сделает принцессу никогда наследницей престола! А если дискредитировать в его глазах вас, то на роль наследника будет претендовать следующий кандидат на престолонаследие… - Лорд динэ Эрвиль выдержал многозначительную паузу, наслаждаясь произведенным эффектом. – Это сам лорд Тенебрей – тёмный маг, достигший большой силы и любимый племянник короля!

Я многозначительно поднял бровь. Ну и кто тут себя загнал в угол? Получалось, что своими интригами маркиз едва не вывел обоих наследников из битвы за корону, освободив путь мне. И сам же в этом сейчас вроде как признавался. Но мне это было не нужно. Род Тенебрей никогда не претендовал на трон. Арин-Канн явно просчитался, заигравшись.

- Я не стал бы препятствовать… – истерично заявил маркиз, поняв, что ляпнул полнейшую глупость. - Я не стал бы пытаться рассорить вас, ваше Высочество, с отцом!

- И всё же вы косвенно склоняете принца к этому, - заметил я. – А я пришёл, чтоб как раз предупредить брата о ваших замыслах и последствиях необдуманного решения... Как видите, мои помыслы «чище», чем выглядят ваши.

Бентан вскочил со своего места и подошёл к нам ближе, пристально смотря на аристократа.

- Не смейте пытаться рассорить меня с отцом или братом, лорд Арин-Канн! Я вас вижу насквозь!

Сильное утверждение! И я едва сдержал улыбку. Светлый маг сильно испугался.

Мне же пора было переходить в наступление.

- Ваше Высочество… - попытался оправдаться он, но я его грубо прервал.

- Скажите, лорд Эрвиль, вы получили утром уведомление о дознании вашей падчерицы, леди Мейниры Сатале?

Бентан недоуменно посмотрел на меня, не понимая, о чём речь. И я решился пояснить:

- Принцесса пропала из обители Светлых сестёр. Накануне её навещала фрейлина Сатале, а в келье остались следы применения артефакта перемещения. И если это не похищение, то, несомненно, заговор против королевской семьи. Есть все основания подозревать именно приёмную дочь маркиза динэ Эрвиля.

- Мейнира тут ни при чём! – воскликнул лорд.

- Тогда почему вы препятствуете расследованию? Если это так, то через полчаса леди отпустят, и подозрения с неё снимут. Её никто не собирается тащить в сыскное управление, а приглашают на беседу во дворец. Репутация леди Сатале никак не пострадала бы.

Я требовательно смотрел в глаза тому, кто плёл не один заговор, и только сегодня у меня получилось «прижать» паука к стене.

- Патрисия сбежала? – удивился принц, а потом взбешённо прошипел: - Подписывайте документ на дознание, лорд Эрвиль! И советую самому доставить вашу падчерицу на дознание! Иначе я подпишу указ на ваш арест за подстрекательство… моего Высочества!

…

Когда я вернулся в отдел инквизиции, то был весьма доволен собой. С Бентаном у меня сейчас складывались весьма хорошие взаимоотношения. Что-то произошло с принцем, отчего он вдруг поменял свои взгляды и начал более недоверчиво относиться к своим приближённым. Это я заметил ещё в прошлую нашу встречу. На этом фоне кузен вдруг решил сблизиться со мной. Я понимал, что это отнюдь не из-за внезапно вспыхнувших братских чувств, но меня всё устраивало.

- Мне не нравится, что Патрисия пропала, Корин… Я надеялся, что она надолго останется в обители Светлых сестёр, и уверен, что сбежала неспроста… Она что-то задумала, - сообщил мне Бентан, когда маркиз ушёл. – Присмотрись к ней и выясни, что она замышляет!

Мне очень хотелось знать, с чего вдруг Бентан так сильно переживает? Они с Патрисией никогда не были дружны. Даже в детстве постоянно ссорились из-за игрушек и других мелочей. Принц «случайно» ломал куклы принцессы, а она бежала ко мне жаловаться и просить защиты, ибо кто, если не я или король, мог остепенить Бентана.

Позже всё стало ещё сложней. Бентану нравилось дразнить сестру тем, что он соблазнял её подруг-фрейлин. Я воспринимал это вроде игры: чем ближе становилась новая подруга-аристократка к Патрисии, тем больше она привлекала внимание Бентана. Принц начинал оказывать знаки внимания девушке. Когда же фрейлина, польщенная ухаживаниями наследного принца, увлекалась и начинала бегать за ним как собачка, выдавая все «грязные» тайны Патрисии, принц делал их достоянием дворца и высмеивал сестру прилюдно. Казалось, ему нравилось доводить её каждый раз до слёз.

Я понимал, почему Трис так сильно привязалась к Мейнире. Эльфийка единственная, кто оказалась стойкой к обаянию принца и оставалась верна ей. Внушения короля наследника остепенить надолго не могли, и всё повторялось раз за разом.

В свою очередь, и Трис не оставалась перед Бентаном в долгу и всячески пыталась напакостить брату. Излюбленным её методом было наябедничать отцу. Обо всех попойках, бесчинствах, оргиях и недостойном поведении на приёмах, король узнавал в первую очередь от дочери.

Свой вопрос я всё же решился задать. Мне было интересно понаблюдать за реакцией кузена и тем, насколько он будет откровенен со мной.