Сейчас Тенебрея не было, как и пропали куда-то назначенные нам инструктора, потому курсанты осмелели и решили напомнить о своём высоком положении.

Гоблины, кстати, своё место не уступили и послали эльфов в весьма конкретное место. Тут же два стола, за которыми разместились остальные титулованные, обернулись и стали возмущаться в слух на тех, кто не знает, как положено разговаривать со знатью. А в это время к нам направился тот самый дроу, что разговаривал с девушками.

- Ребята, вы с нами? – спросил он, опершись ладонью о стол в показательно расслабленной позе и смотря выразительно на Элдрина и Тирела.

- С вами – это где? – не понял Ризгас, недовольный тем, что наш завтрак прерывают. – Мы и так все тут, - заметил он.

Элдрин уныло мешал ложкой овсяную кашу с фруктами и орехами в своей тарелке. Видимо, такой завтрак аппетита у дроу не вызывал.

- С нами – это, в смысле, с титулованными, - сморщившись, будто объясняя идиотам, пояснил аристократ. – Я наследник маркиза Бландери из академии Рхага, - представился он. - Мы тут немного недовольны тем непочтением, что проявляет чернь, и хотим их приструнить…

- Ну, ты и ушлёпок, Анруш, - прошипела графиня-дроу, судя по всему, знакомая с парнем. – Тебе что и тут неймётся? За собой бы последил!

- А тебя никто не спрашивал, цыпочка, - в тон Алигиэрин ответил маркиз. – Думаешь, если прибилась к столичным, тебя никто не тронет?

- Слушай, любезный Анруш, - прервал их обмен колкостями Элдрин. – А ты местных офицеров не боишься? В первый день, кажется, всем дали понять, что тут свои порядки.

- Ну так мы сильно в местные порядки и не будем лезть, - ответил тёмный эльф. – Но среди адептов должна быть субординация… Или тебе понравилось растрёпанным и размалёванным ходить?

Вот этой части беседы я не поняла. Однако у меня закрались подозрения, что неряшливый вид Элдрина накануне был не просто так.

- Вы-то неплохо пристроились, как я погляжу, - продолжал вещать тем временем парень. – И рядом с одним из капитанов учебных кораблей… и девушек себе отхватили симпатичных… Может, поделитесь? – И наглый эльф поймал мой подбородок, поворачивая к себе. Этим жестом он хотел продемонстрировать, кого имеет ввиду, и оценить меня ближе.

Такое не понравилось остальным. И прежде чем я успела что-то сказать или сделать, Стомиан, сидящий напротив меня, резко встал и предупреждающе схватил дроу за китель, притягивая к себе. Эльф отпустил моё лицо и уставился на светлого мага, который клокотал от гнева, отчего его зрачки сузились в угрозе.

- Убрал руки, высокоблагородный, от наших девушек! – прошипел дракон.

- Да ты… - начал было дроу.

И тут бы случилась драка, но в этот самый момент верхняя пуговица на кителе маркиза не выдержала натяжения ткани и, оторвавшись, полетела по дуге прямо в тарелку Элдрина, упав со шлепком в ложку нашего проклятийника, которую тот держал в руках.

Взгляды всех присутствующих переместились на испорченную овсянку, а Элдрин с досадой кинул столовый прибор обратно в тарелку и отпихнул её от себя одним коротким движением кисти.

- Ничто так не портит утро, как идиоты, - страдальчески заметил проклятийник, и мне даже показалось, что он с сожалением посмотрел на кашу в своей тарелке, к которой так и не притронулся. – Ты испортил мне завтрак!

Элдрин перевёл возмущённый взгляд на своего сородича. И сородич вроде как хотел что-то сказать в свою защиту, но, видимо, более высокий статус Элдрина не позволил ему это сделать в том тоне, что напрашивался.

- Ой, а давай вернём пуговицу просто обратно! – тут же воскликнула Алигиэрин и стукнула кулаком по противоположному краю ложки, торчавшей из тарелки.

Пуговица полетела обратно по такой же дуге, как и в прошлый раз, только теперь вместе с кашей. Попав на грудь аристократа, овсяная клякса приклеилась к ткани уродливым пятном.

Стомиан к этому времени отпустил китель эльфа, но продолжал стоять, нависая над ним всей своей физически развитой мощью.

- Теперь можешь есть, - довольно кивнув, сообщила Алигиэрин Элдрину. – Приятного аппетита, сахарок.

- Прямо как в детстве, - заметил Тирел. – Ты всё так же швыряешься едой, Эрин.

Но шутливый тон никак не мог исправить ситуацию. Маркиз был оскорблён, Элдрин просто зол, а Стомиан возмущён отношением ко мне.

- Ты что, поднял на меня руку? – спросил дракона адепт академии Рхага.

- Ну, ты же, лорд-будущий маркиз, себе позволил поднять руку на герцогиню Хардин, - заметил Риф, пожав плечами, в свою очередь вмешиваясь и поддерживая друзей. – И что ты ожидал в ответ? Катись лучше отсюда, пока цел…

У эльфа округлились глаза, и он посмотрел на меня. Видимо, кто я, он не знал. Взвесив всё в своей голове, дроу всё же решил не ввязываться в дальнейший спор.

- Ладно. Я понял - вы не с нами, - сделал он вывод с таким разочарованием в голосе, будто мы все в чём-то виноваты. – Жаль… Ещё встретимся.

Прозвучало это будто с каким-то обещанием. И дроу развернулся, чтоб уйти к своему столу.

- Эй, сиятельный! – окликнул парня Риф, а когда эльф обернулся, добавил: - Ты учти, что если решил кому-то хамить или угрожать, то должен уметь быстро бегать и хорошо драться. Надеюсь, ты это всё умеешь делать так же хорошо, как и показывать другим свою исключительность…

Эльф обвёл нас всех взглядом и, ничего не ответив, ушёл. Но до своего места за столом таких же, как он, снобов не добрался. Первый кусок булки в него полетел из-за стола девушек-лекарей. Описав красивую параболу, мякиш приземлился прямо на макушку аристократа и, отскочив, упал на пол.

В столовой за нашим разговором с интересом наблюдали все, кому было не лень, прекратив на время свою трапезу. А когда поняли, что аристократ ушёл не солоно хлебавши и без поддержки, то восприняли это по-своему.

- У меня может, груди и нет, но есть мозги! А у тебя ни того, ни другого, серокожий! – прокомментировала девушка-эльф своё нападение едой.

Эльф замер от этих слов, но унижение стерпел, даже когда по столовой пронеслись смешки. А вот в следующую минуту к нему полетел по воздуху шар-сфера с лимонадом внутри, что, зависнув над головой, разорвался, окатив жидкостью. Эта атака уже была со стороны столов гоблинов.

И не успела я глазом моргнуть, как со всех сторон полетела другая еда и заклинания. Всё-таки в гарнизон прибыло больше адептов, не имеющих титул, но весьма способных. И все они были возмущены отношением к себе, поэтому для них вендетта над предводителем аристократического лагеря была в радость. Но и их противники не собирались сдаваться просто так, отстаивая своё высокое положение. Курсанты будто по команде подхватились со своих мест, швыряясь друг в друга чем попало и занимая выгодные позиции для обстрела противника. Кидались в противоположный лагерь, в адептов других академий и просто в тех, кто не нравился лично каждому, поэтому бой разразился хаотичный. Перевернув свои столы как баррикады, они спрятались за ними и, весьма организованно выныривая из-за укрытий, отвечали атакующим не менее яростно. Полетели взаимные оскорбления, превратившиеся в весёлый гвалт, вызванный азартом от битвы.

Надо признать, серьёзных заклинаний боевой магии никто не применял, воюющие ограничивались в большей мере оригинальными бытовыми заклинаниями, наносящими вред внешности. Потому все стороны были одинаково равны. Кто-то тут же окрасился в весёлый лилово-сине-розовый цвет. У кого-то волосы подскочили дыбом, завившись мелкими кудрями, а на одежде начали вырисовываться обидные прозвища. Взвились в воздух толпы невесть откуда взявшейся мошкары, атакуя адептов. А растения в кадках, расставленные вдоль стен для эстетики, вдруг превратились в хищников, пытающихся достать адептов своими лозами и бутонами и оторвать от формы кусок ткани, или же просто ухватить за ноги.

Курсанты мгновенно распались на группы, защищающие свои интересы и свою часть столовой. В наиболее выгодной позиции при этом оказались девушки, сообразившие занять стратегически важное место – за раздачей, где пищевых «снарядов» было больше всего. Именно оттуда вёлся самый интенсивный пищевой обстрел.