Девушка долго не отвечала, и мне даже стало казаться, что правду я не услышу.

- Я видела, что произошло на фабрике, и как ты поступил с теми… рабочими. Ты – монстр!

Время и всё вокруг для меня остановилось.

«Как? - хотел крикнуть я. - Как это возможно? Как она узнала? Неужели кто-то донёс на меня? Но кто?»

Мой мозг, поражённый осознанием того, что Лее стала известна одна из самых неприглядных сторон моей работы и тем фактом, что мне порой приходится поступать жестоко, а так же то, что я вполне способен на эту жестокость, начал лихорадочно искать виновника. Не первый раз девушка узнаёт о моих секретах… И это было очень подозрительно.

- Танцуй же! – вернула меня в реальность герцогиня, заставляя сдвинуться с места. – Мы привлекаем внимание!

Нашу пару действительно стали огибать по дуге, чтоб не столкнуться. И силой воли я заставил себя передвигать ноги.

Я не был для неё монстром, когда она узнала о моей силе, когда я принял облик тёмного лорда, когда уничтожил ипостась дракона Йохана, когда отдал приказ пытать и казнить графа Ичивера… И вдруг в него превратился…

Мне сейчас хотелось спросить Лею о многом, но я не мог произнести ни слова. Горло сдавило каким-то спазмом.

- Ты был очень жесток. Почему? Зачем ты убил их?

И снова я не смог произнести ни звука.

- Давай уйдем с танцпола… Мы мешаем, - произнесла Лея, поняв, что мы сбиваемся с ритма и тем самым мешаем всем остальным. И потянула меня за руку в сторону.

Остановились мы в дальнем углу зала у фуршетного стола. Окружающие тут же поторопились расступиться, косясь в нашу сторону.

- Держи! – сунула мне Лея в руки какой-то бокал, и я, не глядя, выпил залпом. – Полегчало?

- Нет, - пробормотал в ответ, но голос ко мне хотя бы вернулся.

- Я не могу быть с тем, кто так поступает, Корин! Я пыталась пережить это и оправдать тебя… Но потом ты, не считаясь со мной, бросил на балу, и я поняла, что ты будешь поступать так, как считаешь нужным, и ставить превыше всего свой долг. Вопреки всему и не жалея никого! Я не спорю, что в тебе много хорошего, но и много такого, что отталкивает, и с чем я смириться не могу! Ты – деспот. Ты будешь всегда делать так, как считаешь нужным. И для тебя все вокруг лишь камни на доске го, которые можно переставлять по своему усмотрению. Ты не думаешь об окружающих и их чувствах совершенно. Я не могу с тобой быть, Корин, именно поэтому.

В моих висках громким набатом гремел стук сердца. Мы стояли, глядя друг на друга, казалось, вечность. Мир будто перестал для меня существовать, сузившись до одного человека.

- Хорошо, я согласен. Я – деспот, и тот, кто не внимателен к тебе и окружающим. Возможно по этим причинам я не подхожу тебе, - согласился с её доводами, когда молчать уже стало неприличным. – Только у меня к тебе просьба…

Мой взгляд наконец-то обрёл ясность, и я увидел, как блестят глаза любимой. Ей было так же тяжело сейчас, как и мне.

- Какая? – тихо спросила Лейяна, всматриваясь в моё лицо.

- Отдай мне то, что находится у тебя! И то без чего я не могу тебя отпустить.

- Что именно?

- Моё сердце…

Мы смотрели друг на друга и понимали одно и то же: что нам обоим сейчас неимоверно больно и тяжело.

Всё, что мне хотелось сейчас, - это оказаться на другом конце света… Вне этой толпы и шума… Вне проблем и суеты… Просто обнять её и так держать до тех пор, пока эта боль не пройдёт.

- Ты сказал забыть, что было…

- Сказал, - перебил резко я. – Сказал, потому что признал, что ошибся! Но ты мне нужна, так же как воздух.

Мне хотелось кричать о том, что я хотел бы вернуть всё назад и сделать всё по-другому, исправить все ошибки, что совершил.

Но теперь не видел в этом смысла… Как бы всё ни произошло и ни сложилось, для Леи я рано или поздно всё равно стал бы чудовищем. А самое отвратительное во всём этом было то, что это было правдой… Я не просто чудовище, а чудовище, что едва себя контролирует и в любой момент может уничтожить всё вокруг…

- Ошибаются все, и мы не исключение, - сказала девушка с сожалением. – Нужно постараться все забыть.

Обреченность рухнула на меня, словно огромная, неподъёмная плита. А ведь я верил, что она сможет принять меня таким, какой я есть.

Забыть? Я не смогу этого сделать никогда! Всё, что я ей говорил в саду имения герцога Сореля, было рассчитано на то, чтобы успокоить её и чтобы она перестала меня избегать.

- Нужно как-то дальше жить, Корин, - Лея продолжала говорить, но её слова не могли прижиться в моей голове, и сознание отторгало их, будто отраву. – Я верю, что когда-нибудь всё наладится и нам обоим станет легче.

- Легче? – неожиданно на меня снова накатила злость. – Кому будет легче, Лея?.. Тебе?.. Мне?.. Хватит врать себе! Тебе точно сейчас так же плохо, как и мне... Эти убеждения – самообман. И если хочешь жить в этом самообмане – пожалуйста! Но за себя могу сказать точно – мне легче никогда не станет. Единственное, что остается, - это сцепить зубы и терпеть. Ведь иного выхода у меня нет! Ты мне его не оставляешь!

Меня убивало то сочувствие и жалость, что сейчас были в её глазах.

- Поверь, спустя время непременно станет легче! – повторила она, будто пытаясь меня утешить. Но при этом она сама была не уверенна в том, что говорила. А говорила с горечью в голосе.

Она жалела сейчас меня! Не себя, а меня! Хотелось выть от бессилия и злости. Да пожалей ты себя! Поплачь! Ты же любишь того монстра, что перед тобой!.. Поплачь, покричи на меня, сделай хоть что-нибудь, что даст мне надежду на то, что всё не кончилось! И что ты не поставила на всём крест окончательно!

От бессилия я швырнул пустой бокал в стену, и ближайшие к нам гости дворца, испуганно вскрикнув, начали озираться. Оглянулись два стража, что стояли по стойке смирно у дверей недалеко от нас. Увидев меня, и в каком я состоянии пребываю, окружающие поспешили уйти ещё дальше, а охрана сделала вид, что ничего не происходит.

К удивлению, такой незначительный выплеск злости немного помог. Стало лучше.

Закрыв глаза, я сжал точку на переносице, пытаясь утихомирить давление магии в каналах и обуздать собственную ярость. Сейчас излишние эмоции могли навредить, и следовало успокоиться. Нужно сначала подумать и проанализировать всё, прежде чем продолжать с Леей о чём-то говорить. Я помнил о своих ошибках и больше допускать их не мог. Упёртость девушки в своих убеждениях не была для меня новостью, а о её самопожертвовании ради других я знал и помнил.

- Ладно… Этот разговор не следует продолжать сейчас и здесь, - произнес я. – Нам обоим нужно время и перерыв… Может, мы ещё вернёмся к нему, но только после того, как эмоции улягутся, а способность трезво думать вернется.

Лея мне робко улыбнулась. Её глаза всё ещё продолжали блестеть, хоть слёз и не было.

- Да, я согласна с тобой, - кивнула любимая. – Знаешь, я ждала этого разговора ещё тогда в саду, и наконец-то спокойна… Хуже было бы, если бы мы так и не поговорили открыто. Тогда я точно бы думала, что ты снова что-то замышляешь.

Замышляю? Конечно! Как она вообще могла подумать, что я сдамся? Однако показывать этого не стоило. Даже у овцы, проглоченной драконом, есть два выхода…

Попытки Леи сделать всё так, как ей хочется, были смешны. У меня было больше власти и средств для достижения целей. И, слава богам, окружающие в своём большинстве понимали это, как и то, кому переходят дорогу.

Когда глава красных драконов сообщил мне о своей договорённости с Леей, я сначала разозлился. Но потом лорд ди Ханарат объяснил, что сделал это из своих интересов. Ему нужны были средства для завода и постройки города рядом с разрабатываемым им месторождением. Несомненно, он бы получил дотацию у герцогства Хардин, но у Леи не было достаточных связей с промышленниками и аристократическими домами для дальнейшей торговли. Красный дракон оказался хитрым политиком: он фактически предложил герцогине условную помолвку с той лишь целью, чтобы Лейяна не предпринимала дальнейших попыток в поисках подходящей для себя партии, а остановилась на лорде Сариме. Лорд ди Ханарат сообразил, что помогая мне, получит больше выгоды для себя и приобретает хорошего союзника таким образом. Меня же дракон уверил, что не собирается соблюдать договорённость с леди Хардин полностью и считает, что так дает ей возможность успокоится и выигрывает время для меня. Сделку и помощь в итоге я ему обещал. Всё необходимое ди Ханарат получит, а Лея останется пребывать в уверенности, что всё идёт по задуманному ей плану.