— Поправка, намерено пытаются, — добавила Лена. — Марина совершенно права, вы явно не настроены на решение вопроса без участия суда. Я могу подводить итог сегодняшней встречи, как ваш отказ от мирного соглашения?

— Елена Викторовна, Марина Леонидовна, — тут же попытался всех успокоить Серго Анастасович. — Мы всеми силами сейчас пытаемся решить этот вопрос. И конечно у нас нет намерения доводить это дело до суда. Публичность таких случаев приносит огромные репутационные потери. А уж обвинение в том, что мы пытаемся причинить вред здоровью... Извините, это даже смешно.

— Да? А мне не смешно, — внимательно посмотрел на него Амиран. — Вообще не нахожу повода для веселья в подозрительном поведении ваших сотрудников.

— У нас есть свои регламенты и правила работы, — попытался парировать банкир. — Мы должны их соблюдать.

— Странно они у вас соблюдаются, — сел рядом со мной Рома. — Что одни сотрудники воруют без вашего ведома, в чём вы пытаетесь нас убедить, другие пытаются увести неудобного клиента в сторону и лишить поддержки не только родных, но и юриста, третьи пытаются выйти на шантаж, мол, мы вот подозреваем что-то странное в вашем желании разобраться с вашими деньгами.

Отвечать ему банкир не стал. Но буквально через пару минут расплылся в настолько радостной улыбке, что я против воли насторожилась.

— Видимо, три года назад произошла какая-то ошибка. Сотрудник, который с вами работал был в процессе увольнения, и видимо торопился закрыть или приостановить все свои дела. Из-за этого и не стал разбираться в вопросе. — Громко сообщил нам банкир, подписывая какие-то бумаги в только что поданой ему папке. — Счёт был заморожен, как невостребованный. Естественно, никакие проценты на сумму не начислялись, так как срок действия вклада истёк в момент исполнения Марине Леонидовне восемнадцати лет. Мы смогли найти и вывести из заморозки, переведя в накопительный счёт. Понимая некоторые моменты, в следствии халатности бывшего сотрудника, которые могли причинить некоторые неудобства, мы установили на этот счёт индивидуальный процент. Обратите внимание, он заметно отличается от наших программных продуктов в большую сторону. Со своей стороны мы уже подписали соглашение, очередь за вами Марина Леонидовна.

— Я не собираюсь ничего подписывать. Я хочу забрать деньги и забыть о вашем банке, — отказалась я от протянутой мне папки.

— Такую сумму, ещё и в иностранной валюте, невозможно снять сразу. Как минимум, нужно заказать выплату за несколько дней, — улыбка банкира буквально стекала с его лица. — Это невозможно.

— Сотрудник на момент совершения этой, как вы говорите, ошибки являлся работником банка? — нахмурился Рома. — Значит и ответственность за его ошибки несёт банк. Если не сообщили о счёте и более того, убедили, что он удержан там или обнулён в пользу банка, то не может такого быть, что деньги просто лежали три года. Это даже я понимаю.

— Автоматическое пролонгирование возможно только на обычные сберегательные вклады, — раздражённо ответил Николай Валерьевич.

— Значит, мы достаточно потеряли здесь времени, — поднялась Лена. — До свидания. До встречи.

Уйти нам не дали, ещё минут сорок шли споры. Амиран и Елена проверяли рассчёты банка. Амиран вообще что-то там снимал на телефон.

— Вы куда-то отправляете фотографии документов? — спросил его Николай Валерьевич, неприятно прищурившись.

— Не куда-то, а кому-то. Точнее, Багдасарян Карине Сергеевне, жене моего брата, Кайрата Агирова. Вы ведь знаете, что моя сестра вышла замуж за Сабира Агирова? — поинтересовался у него Амиран.

Ответа, как и возражений не последовало. Сумма, которую прислала Карина, была выше, чем та, которую насчитал банк. Ведь проценты по вкладу не снимались, а шли на увеличение суммы вклада. Следовательно, каждый раз проценты начислялись на большую сумму. Банк же считал каждый год с первоначальной суммы, не учитывая сумму процентов.

— Ещё один косяк, уважаемые, и я отправлю эти фотографии совсем по другому адресу, — холодно предупредил Амиран. — Вы пытаетесь даже в мелочи воспользоваться нашим возможным незнанием, но у нас очень большая семья. Почти по любому вопросу найдётся тот, кто знает.

Озвученная в итоге сумма даже звучала для меня страшно. Нам пришлось ждать, когда недостающие средства привезли из другого отделения.

— Никогда не думала, что снимать деньги со счета может быть так трудно, — выдохнула я, выходя из банка. — Спасибо. Одна бы я точно не справилась. Из-за меня бы точно не стали бы в срочном порядке деньги из другого отделения привозить. Такое ощущение, что они личные деньги отдавали.

— Так и есть, — кивнул мне Амиран.

— Уверен? — спросил его Рома.

— Как минимум, денежные средства в любой сумме перевозятся из организаций, банкоматов, из других отделений строго в машине инкассации, в инкассаторской сумке и инкассаторами. А не мальчик в костюме на опеле привозит, — улыбнулся Амиран, показывая свой телефон. — Заур прислал.

Обратно мы ехали уже двумя машинами. Впереди ехал Амиран, в его машину мы решили положить деньги. Лена села к нам.

— Лен, а как так вышло, что я стала тётей Амирана? — спосила её я. — Я ведь даже не знаю, когда у него день рождения.

— Это всё, что тебя интересует? — засмеялся Рома.

— За дорогой следи, племянничек, — фыркнула ему в спину Лена.

— А чего сразу меня воспитывать? У вас вон сынок угрожает, не проявляет уважения к старшим и вообще, всячески хулиганит, — продолжал веселиться Рома.

— Совершенно правильно. Но хулиганство это не то явление, с которым стоит бороться. Когда в ребёнке формируется личность, начинается период отрицания авторитета старших, он всячески пытается нарушить установленные ранее для него границы, пытается завоевать свой личный авторитет. Первичный и самый очевидный способ, используя свои физические преимущества. Силовой метод. Поэтому то, что ты перечислил как хулиганство, это вполне вписывающийся в параметры нормы признак взросления. Всё правильно, — пожала плечами Лена. — Об этом много педагогов пишут.

Я в недоумении переводила взгляд с Ромы на Лену, совершенно не понимая, о чём речь. Хорошо, что Лена почти сразу рассказала мне о предложении Амирана и её новом статусе.

— Подожди, — потрясла я головой. — То есть, Милана для всех, как и я с Ладой, твоя сестра. А Амиран сын. То есть, ты Милане одновременно и сестра, и свекровь? А Амиран сын и зять?

— Я тебе сейчас интереснее, расклад расскажу, — заржал Рома. — Вот скажи, Мотька тебе кто?

— Сын, — улыбнулась я.

— Ага, а Лена твоя сестра, значит он ей племянник. С другой стороны, она матушка Амирана. Отцы Амирана и Сабира побратимы, братья то есть, плюс сестра Амирана замужем за Сабиром. А Сабир наш побратим, мой, Дэна, Влада иии Монгола! Значит Лена наша тётя. Хороша тётя, зажигает с племянником. Но это не главное, если я племянник, то Мотька Лене внук. Вспоминаем, как бабушка Лена звала малого, — веселился Рома. — Карма дама изобретательная.

— Не внук, а внучатый племянник, не путай. — Поправила его Лена.

— Не знаю как вы, а я точно уже запуталась. Мне чтобы всё это проследить, бумажка с ручкой нужна, — покачала я головой.

Вечером, после ужина, мы сообщили Сабира, что хотим купить один из домов по соседству. Тот сначала упирался, что это должен быть его подарок на нашу свадьбу.

— Владу подарил, и остальным собирался. Мне теперь голову ломать, с чем на свадьбу идти? — смеялся Сабир. — Она же будет?

— Мы с Мариной настаиваем на выкупе дома, — обнял меня Рома. — Мавр, мы считаем, что семья должна помогать, а не тянуть, что удастся. Так что вот так.

— Ох уж эти ваши счёты, — хмыкнул Сабир. — Значит, выбирайте.

— Так, этот наверняка застолбил Влад, — чуть позже сказал Роман, когда мы пошли гулять и смотреть дом. — А вон тот точно понравится Монголу.

— Почему? — удивилась я. — Дома вроде одинаковые.

— Дома да, расположение нет. — Обнял меня Рома.

— Думаю да, Булад точно заинтересуется этим домом, — кивнула Лена. — Сабир, а можно, когда Булад выберет этот дом, по тихому поставить здесь такие большие деревянные столбы?