Я шла мимо столов с гордо поднятой головой. Старалась смотреть под ноги и обходить другие столики, чтобы позорно не растянуться на полу. Пока у меня нет ни имени, ни документов, ни озвученных и прописанных прав, я должна хоть как-то заявить о себе и своей независимости. Я не просто «батарейка», я — свободная женщина с желаниями, целями, своим мнением и границами. И если им нужна только энергия — я ее дам. Но взамен возьму все и даже больше! Жить, а не существовать — вот моя цель!

— Что ты творишь, Юля⁈ — шептал Гросс эмоционально после того, как я поставила поднос, с улыбкой поблагодарила кхарца-поварешку и вышла с адмиралом за пределы столовой. — Это… это безрассудно! Опасно! Ты неподготовлена к массовой отдаче энергии! Это…

— Я нарушила какой-то закон? Правило? Нанесла оскорбление своим поведением? — начала защищаться. Сейчас тот самый момент, когда я заложу первый кирпичик своей будущей границы.

— Нет, — не ожидал от меня напора Гросс. — Ты… поспешила. Нам нужно в медицинский отсек, чтобы проверить твои показатели. Как ты себя чувствуешь?

— Отвратительно! Как я могу чувствовать себя на космическом корабле среди сотни мужчин, что пытаются меня сожрать энергетически? Как «батарейка на ножках»! Еще вчера меня поставили перед сложным выбором: клетка с пытками или комфортная клетка с энергией, замужеством и жизнью в Империи Кхар!

— Это не клетка, — вставил реплику Ильхом, за что получил мой укоризненный взгляд.

— Не важно, насколько комфортная клетка, сколько благ мне обещают и как почитают. Это все равно клетка! — меня несло, видимо от того, что все мое утро было напряженным. — Вы такие… все еще странные и ледяные для меня. А я просто стараюсь выжить! Понять, что значит этот ваш энергообмен, узнать больше о жизни, о мужчинах, о традициях. Думал я буду сидеть в каюте и ждать, пока ты мне все расскажешь? Я вовсе не хочу тебя обидеть, но у меня пока мало доверия и к тебе, и к ситуации, и даже к самой себе. И если я не пленница, то позволь мне изучать окружающее меня пространство так, как я умею: наблюдать, экспериментировать, собирать информацию, анализировать.

— Это не ограничение свободы, Юля, — после некоторой паузы произнес Гросс. — Это… забота и неподдельное беспокойство. Ты могла нанести себе вред, и сама того не осознавать. Еще раз спрошу — как ты себя чувствуешь?

Прислушалась к себе, пока мы шли по коридору. Меня слегка трясло, ладони вспотели, пульс участился, но никаких физических отклонений не было: ни усталости, ни боли. И даже опустошения я не чувствовала. Наоборот, я пылала внутри, стараясь оторвать себе больше пространства.

— Нормально. Я пока ничего не ощущаю, — успокоила Гросса.

Кхарец молчал, шел рядом и кидал на меня обеспокоенные взгляды. Я обратила внимание, что сам Ильхом стал выглядеть лучше: морщинки разгладились, под глазами исчезли тени, а линии на шее светились ярко. Напитался? Это от меня подобное преображение?

— Позволь Эрику тебя осмотреть, — не приказывал, а просил Ильхом. — Мне будет спокойнее, если я буду знать в каком ты состоянии.

— Чтобы контролировать?

— Чтобы смочь позаботиться о тебе.

— Как позаботиться? Вовремя закрыть в каюте, чтобы я не отдала лишнего? Не вышла из строя, а была бесконечным потоком подпитки для вас всех? Это контроль, Ильхом, контроль, а не забота.

— Ты не понимаешь, о чем говоришь, Юля, — еле сдерживал свои эмоции Гросс. — Все намного серьезнее, а ты…

— Ну конечно, — горько усмехнулась я. — Я всего лишь носитель энергии. Так?

Гросс остановился. Он не просто замолчал — он замолк. Его лицо, секунду назад живое от беспокойства, стало каменным. Синие ромбы зрачков сузились, а неоновые линии на висках вспыхнули так ярко, что на секунду осветили его резкие скулы. Он смотрел на меня не с обидой, а с чем-то более тяжёлым. Или не знал, что ответить, или я высказала одуряюще честное заключение. Я просто ресурс для их жизни. Источник, из которого можно черпать силы. Суперполезный элексир, позволяющей дольше жить и лучше выглядеть.

— Пусть твой Эрик осмотрит меня, я не против, — согласилась. Облегченно выдохнула, когда двери отъехали, впуская нас в уже знакомый медицинский отсек.

— Вы все без масок, — зацепилась взглядом за медика, что в прошлый раз скрывал свое лицо, а сейчас стоял к нам боком и что-то рассматривал у шкафа с флакончиками. — Почему?

— На «Араке» нет посторонних. Ты теперь тоже гражданка Кхар. Маска — часть военной формы, не более, — тихо сказал Ильхом. — А ты… не просто батарейка, Юля. Позже ты поймешь, что кхарцы вовсе не паразиты, а такие же заложники своей природы, как и ты.

— Что ты имеешь ввиду? — не поняла, готовясь к новой стычке.

— Женщины с энергией — олицетворение самой Богини Кхар. Вы имеете больше власти и свобод, чем мы. И это не бессмысленная и вечная борьба полов. Это неоспоримый факт. Вы живете, а мы… мы просто иногда имеем право на дыхание. Рядом, словно тени. И ты даже представить не можешь, какая удача быть хоть на миг замеченным. И нет, Юля, ты не просто носитель энергии. Энергия — это естественное излучение вашей жизни. Мы, мужчины, не забираем, мы… существуем рядом. И я думаю, что мне не нужно объяснять тебе разницу между настоящей жизнью и жалким существованием.

— Я… — кивнула, но слов не нашла. Вся моя ярость, весь построенный за утро баррикадный пункт сопротивления — всё это рухнуло в тишину, что повисла между нами. Вместо гнева в горле встал комок — горький и неудобный. В момент, когда я старалась защититься от Гросса, он даже не воевал со мной… Мужчина просто показал дно пропасти, через которую мне предстоит перебраться.

Юлия

Медик, который еще вчера скрывал свое лицо и устанавливал мне чип, обернулся. Увидев меня, он замер на секунду, его рука непроизвольно потянулась поправить несуществующую маску, а потом опустилась. Он кивнул, стараясь смотреть мне в переносицу, но я заметила, как он сглотнул.

— Светлых звезд, госпожа, — произнес он ровно. — Адмирал.

— Эрик, нужно провести диагностику для госпожи, — Гросс говорил твердо, словно отдавая приказ. Сейчас он был адмиралом, главным на корабле кхарцем. Его лицо, голос и даже осанка преобразились.

— Причина? — так же сухо переспросил Эрик.

— Госпожа имела неосторожность выйти из каюты и принять пищу в общей столовой, — рассказал о причине Гросс даже не смотря в мою сторону. Я почувствовала укол вины, но тут же отмахнулась. Я обязательно подумаю о своем поведении и выработаю правильную стратегию действий: попытаюсь играть по их правилам, но в своих интересах.

— Госпожа дает согласие? — приподнял бровь Эрик, что-то защелкал в своем браслете, а после и на планшете, что установлен на рабочем столе.

— Конечно, — подошла ближе к медику. — Мне опять придется лезть в этот гроб?

— Что? — не понял медик, а Гросс хмыкнул отошел, чтобы не мешаться под ногами специалиста.

— То, что ты назвала «гроб», всего лишь медицинский фикс — специальное устройство для сложных операций и восстановления критически поврежденных существ, — пояснил Ильхом.

— От вас требуется только посидеть спокойно несколько минут, — рассказал Эрик, доставая присоски с проводами. Ничего угрожающего или пугающего. И я невольно вспомнила, как ежегодно проходила чек-ап на Земле.

— Больно будет? — присела на свободное кресло.

— Ни в коем случае, госпожа! — заверил меня медик. Он несмело подошел ко мне и желтоватые линии на его шее и открытых участках рук засветились ярче. Он питался от меня, а я не имела возможности контролировать этот процесс.

Эрик присел и наши глаза оказались на одном уровне. Мужчина избегал прямого взгляда глаза в глаза. Выглядел он молодо и внешне привлекательно: ровный нос, высокие скулы, светлые брови в разлет, чуть пухлые губы. Красив несмотря на то, что инопланетянин.

Эрик быстро приложил к вискам, шее и на запястья присоски. Ему словно было неловко рядом со мной, и как только все было на своих местах, он отстранился и отошел к столу.