— Госпожа, позвольте вас проводить, — вышел вперед тот, что был в светящемся кубе.

— Хатус, осторожнее, — напряженно прорычал атлет в обмотках на кистях. — Госпожа просила указать ей путь, а не провожать. Не стоит навязывать свое общество женщине без ее на то просьбы или приказа.

— Да все хорошо, — пыталась разрядить обстановку. — Мне не помешала бы компания, но только в том случае, если вы свободны.

— Мы свободны, — сказали все хором и сделали один шаг вперед. И мне вспомнились уроки физкультуры, где нас выстраивали в шеренгу и просили рассчитаться на первый-второй, а потом выйти из строя.

— Хорошо… — была приятна удивлена их рвению.

— Кого госпожа хочет выбрать в сопровождение? — спросил боец, и мне послышалась в его голосе язвительность.

Я оценила свое состояние: ни усталости, ни сонливости, ни каких-либо негативных ощущений не было. Но я отметила, что линии на телах кхарцев начали светиться ярче с каждой минутой моего пребывания рядом. Это и есть их энергообмен? Или просто полоски показывают эмоциональный фон?

— А кто хочет? Я уже сказала, что не против компании, — пожала плечами и улыбнулась. Я не чувствовала угрозы от кхарцев, чему порадовалась. Для меня это уже большой прогресс.

Все трое переглянулись между собой. Взгляды были напряженные и я не понимала, как реагировать. Они решают кто меня проводит? Так вот этот в кубе вроде предложил сам, а теперь медлит…

Мой голод дал о себе знать громким урчанием, и я смутилась, прикладывая ладонь к животу.

— Идиоты, — тихо буркнул тот самый Хатус из куба и вышел вперед. — Я провожу вас, госпожа.

Молодой кхарец наклонился за футболкой, ловко ее натянул и подошел ко мне ближе. Те двое смотрели на него, словно идиот тут Хатус, а не они. Интересно…

— Прошу, — опять склонил голову парень и указал рукой на выход.

Я, бросив последний взгляд на двух других мужчин, вздохнула и направилась на выход.

Про себя подумала, что одного кхарца поймала, а значит пока идем, я могу его допросить. Всех правил я еще не знала, но думаю, что если что-то нарушу, то мне смогут простить в первое время.

Юлия

— Спасибо, что вызвался проводить меня до кухни, — поблагодарила кхарца, что шел от меня на расстоянии в три шага. Мужчина не пытался подойти ближе, сократить расстояние, да и взгляд на меня не поднимал.

— Это мой долг, госпожа, — произнес сдержанно, но я уже отметила для себя: это не просто долг, это интерес. И нет, не как к женщине, а скорее как к особи неизвестной им расы, что фонтанирует энергией. Кхарцу любопытно, а мне необходимо больше информации и данных, тем более сейчас отличное время для проверки последствий энергообмена. А если я заинтересована в нем, а он во мне… не это ли хорошая основа для знакомства?

— Мое имя Юля. Ты можешь обращаться ко мне по имени, — разрешила я и поморщилась. Слушать вечное «госпожа» напрягало. Да и привычнее мне было обращение по именам. Тем более, как говорил Гросс, имена — это просто приглашение в близкий круг. Я же не жениться на мне предлагаю…

— Мое имя Хатус, Юля, — ответил уже бодрее кхарец и поднял на меня свои зеленые глаза с ромбовидным зрачком. Сейчас он стал более «живым», что мне только на руку. И я поразилась, как «допуск» в ближний круг меняет поведение кхарцев.

Я приветливо улыбнулась Хатусу и попыталась оценить свое состояние: ни-че-го. Значит продолжаем эксперимент!

— Вы… Ты уверена, что хочешь принять пищу в общей столовой? Это будет утомительно для тебя и опасно для нас, — Хатус сократил расстояние на шаг и уже смелее смотрел на меня. На его лице была едва заметная улыбка, а в глазах горел интерес вперемешку с беспокойством.

— Я очень голодна. По правде говоря, я вышла не только ради питания, — поделилась с кхарцем. — Хочу узнать, что такое энергообмен и как он повлияет на меня. Видишь ли… там, откуда я родом, такого нет. Стой! А почему ты сказал, что это опасно для вас?

Кхарец споткнулся, но равновесие удержал. Он определённо точно смутился и его жемчужные щеки порозовели.

— Я тоже могу наносить вам вред? — напряглась, потому что Гросс вчера об этом не упоминал.

— Нет-нет, что ты… Просто адмирал Гросс спустит с нас шкуры, если вы… ты почувствуешь себя плохо, — ответил Хатус и провел ладонями по брюкам. Волновался? — В тебе много энергии, и она такая свежая! Это влечет, а контролировать подпитку мы не можем. Вероятность, что в столовой тебя иссушат велика. И потому следует принять пищу уединенно.

— Адмирал Гросс вчера дал мне понять, что я не пленница, — я разозлилась, потому что чувствовала, как меня пытаются вогнать в рамки их привычной системы общества и поведения. У меня есть то, что так необходимо кхарцам для жизни. Это ресурс, которым я могу манипулировать. Только для меня это не панацея. Если мне тяжело будет находиться в обществе, то я превращусь в затворницу и медленно угасну. Сидеть в четырех стенах и раз в неделю выходить, чтобы «зарядить» других — похоже скорее на содержание зверька в цирке. Все неделю зверек отдыхает, а в один день выходить порадовать публику на представление. Такое существование совсем не в моем характере.

— Нет, что ты! Ты гостья! Уважаемая и ценная, — в голосе Хатуса проскользнула паника.

— Именно поэтому я иду в столовую, не буду прятаться и спокойно поем. Я вняла предупреждению, осмыслила последствия и все же… мы идем есть, — дала понять, что все понимаю, но решение принимаю сама.

— Адмирал будет в ярости… — прошептал Хатуса, открывая передо мной дверь.

— Не то слово, — пробасил позади меня знакомый голос.

— Ты сильно рискуешь, брат, — добавил второй голос.

Я не стала оборачиваться, но скрыть улыбку не смогла. Догадалась, что это те два кхарца, что были в спортивном зале. Или они передумали, или я настолько «вкусная», что не удержались и пошли за нами.

— Я рада, что вы присоединились, — пропела, ощущая некую власть. Это пьянило, но и пугало одновременно. Сама затеяла эксперимент, что стал своеобразной игрой, правил которой я еще не понимала.

— Думал вы струсили, — поддел Хатус своих соотечественников. — Спасибо.

Я сделала шаг в столовую и тут же остановилась. Большое, очень большое помещение было ярко освещено. Не меньше сотни столов в центре, занято из которых было от силы 20–25. По периметру уже знакомые мне аппараты выдачи. Но было одно отличие с «Шамрай»: помимо автоматов, имелась стойка выдачи. За стойкой стояли несколько кхарцев — один накладывал нечто на простые тарелки, второй выдавал подносы. Я не могла не отметить, как это… по-земному что ли.

— Как вкусно пахнет! — прошептала я под нос, однако меня услышали. И не только мои спутники, но и все в столовой. Под пристальными взглядами стало дискомфортно. Это не было влиянием энергообмена, скорее моим личным смущением.

Прижав свой планшет к груди, я подняла голову выше, выпрямила спину и направилась к стойке. Ничего страшного! Как будто мне впервой привлекать к себе внимание и находиться в эпицентре событий! Я блогер-миллионник и привычна быть на виду!

— Юля, ты в порядке? — тихо поинтересовался Хатус, когда мы прошли мимо двух занятых столов. Я отметила, что ближайшие ко мне кцарцы… засветились. Линии на их шеях и открытых от одежды руках стали пульсировать ярче. Значит, моя догадка была верной: линии как индикатор «зарядки». Ахренеть!

— Да, — ответила я через несколько мгновений. Прислушалась к себе, но не ощущала ничего, кроме волнения и легкой паники.

— Это только начало, госпожа, — подал голос тот кхарец, что был с обмотками на руках. Обернулась, отмечая, что мужчина оделся, собрал волосы и снял обмотки. — Чем больше времени вы отдаете себя, тем сильнее влияние. Вот увидите, что вскоре вам станет… хуже.

— Пугаете меня? — выгнула бровь, осмотрела своего нового спутника еще раз и повернулась к стойке.

— Предупреждаю, — поправил меня качок и хмыкнул. — Вы добровольно пришли в место общественного пользования и можете… пострадать.